ЧАСТЬ 4
— Кто он? — спросила я.
На другом конце линии отец не ответил сразу.
Ветер рвал его голос на части, а под ногами снова качнулась палуба.
— Виктор Шевчук, — наконец сказал он. — Твой дядя.
Я сжала телефон.
У меня не было дяди.
По крайней мере, так мне говорили всю жизнь.
Николай услышал имя и резко поднял голову. В его лице исчезла всякая растерянность.
— Отец, — прошептал Андрей.
Я повернулась к нему.
— Что значит «отец»?
Андрей отступил, но за его спиной был леер. Море кипело внизу, разбиваясь о борт.
— Он не должен был приезжать, — сказал Николай.
Наталья зарыдала.
Марина медленно закрыла папку.
— Вот почему вы торопились, — произнесла она. — Вы боялись не только долгов.
Капитан приказал Илье увести меня в защищённую часть палубы. Я не сопротивлялась, но продолжала смотреть на Андрея.
— Ты знал о нём?
— Я знал, что он существует, — ответил муж. — Но не знал, что он жив.
— Ты женился на мне по его приказу?
Андрей провёл ладонью по лицу. На пальцах у него блестела вода, а не слёзы.
— Он сказал, что если я не добуду доступ к твоему фонду, он уничтожит мою мать.
— И поэтому ты решил уничтожить меня?
Он ничего не сказал.
Этого было достаточно.
Отец на берегу уже связался с горной службой. Машину моих родителей остановили перед самым участком дороги, где ночью обрушился каменный склон. Водитель, нанятый людьми Николая, успел скрыться, но в его багажнике нашли запасную тормозную трубку.
Мои родители были живы. Мама плакала, прижимая к груди старый шерстяной шарф, который всегда брала в поездки. Папа не позволил ей сесть в машину обратно.
— Мы заберём тебя сами, — сказал он по телефону. — Только держись подальше от Андрея.
— Я держусь, папа.
— Нет, Лена. Ты всё ещё пытаешься понять, почему он это сделал. Сейчас это не твоя задача.
Я посмотрела на мужа.
В нём не осталось того человека, которого я любила. Но передо мной стоял не чудовищный незнакомец, а испуганный мужчина, который однажды сделал выбор и потом каждый день выбирал его снова.
— Где твой дядя? — спросила я.
Андрей указал на дальнюю волну.
— Он не дядя. Он мой настоящий отец. Николай украл у него компанию, когда они были молодыми. Виктор исчез, а Николай сказал Наталье, что он погиб. Потом Виктор вернулся и решил забрать всё через меня.
Николай ударил его по щеке.
— Замолчи!
Удар прозвучал громче выстрела.
Илья мгновенно встал между ними.
— Ещё один шаг — и вы будете связаны до прибытия спасателей.
Николай огляделся. Справа стоял капитан, слева — Марина с документами, впереди приближался катер. Впервые его власть состояла только из пустых угроз.
Наталья подошла ко мне. Её платье промокло до колен, тушь растеклась по щекам.
— Я не знала о поддельных тормозах, — сказала она. — Клянусь. Я думала, Андрей просто напугает тебя и заберёт деньги.
— Вы слышали план.
— Я испугалась Николая.
— А меня вы не боялись?
Она опустила взгляд.
— Боялась. Но не так сильно, как его.
Это не было оправданием. Но это была первая честная фраза, прозвучавшая от неё за весь медовый месяц.
Я взяла папку у Марины.
Внутри лежал не только договор. Там были банковские выписки, копии писем и один лист с моей подписью. Рядом стояла дата, за два дня до свадьбы.
Я вспомнила тот вечер. Андрей принёс мне бумаги и сказал, что это разрешение на управление свадебным фондом. Я подписала, не читая.
— Подпись настоящая, — сказала я.
— Да, — ответила Марина. — Но текст заменили после того, как вы подписали чистые листы.
Я почувствовала, как к горлу подкатывает горечь.
— Почему отец не предупредил меня?
— Он пытался, — сказал капитан. — Но вы попросили всех не вмешиваться. Вы были уверены, что нашли любовь.
Боль от этих слов оказалась сильнее, чем я ожидала.
Я хотела, чтобы кто-нибудь сказал: «Ты не виновата». Но взрослая жизнь не раздаёт такие фразы вовремя. Иногда приходится самой отличать ошибку от вины.
Спасательный катер подошёл к борту. На нём были люди береговой службы и медицинская бригада. Андрею надели пластиковые стяжки, Николая и Наталью разделили, чтобы они не успели договориться о новой лжи.
Андрей посмотрел на меня, когда его вели к трапу.
— Лена, я могу всё объяснить.
— Ты уже объяснил.
— Я любил тебя.
Я остановила его одним взглядом.
— Любовь не приносит человеку таблетки, которые лишают его воли.
Он опустил голову. Не от раскаяния. От понимания, что деньги, ради которых он предал меня, никогда ему не принадлежали.
Марина осталась рядом со мной. Она передала капитану последний лист.
— Это признание Николая, — сказала она. — Он подписал его у нотариуса три года назад, когда пытался выкупить мои счета. Там указаны все переводы и имя Виктора.
— А Виктор? — спросила я.
Отец ответил по телефону:
— Его катер обнаружили. Он идёт к вам не за помощью.
— Зачем?
— Забрать архив компании. Он считает, что имеет на него права.
Я посмотрела на тёмную линию горизонта. За ней приближался человек, которого моя семья прятала десятилетиями. Он был частью этой истории, но не мог решить, кем стану я.
— Папа, передай архив не ему.
— Кому?
Я взглянула на Марину.
— Марине. Она единственная пыталась остановить их, когда могла просто сбежать.
Марина резко подняла голову.
— Елена, я не могу принять компанию.
— Не компанию. Доступ к документам. Ты восстановишь счета и назовёшь всех, кто помогал им. Потом решишь сама, что делать дальше.
Капитан кивнул. Он понял, что я говорю не о мести.
Через двадцать минут катер Виктора подошёл к яхте. На борту стоял высокий мужчина с белой полосой в волосах. Он не спросил о сыне и не посмотрел на Николая.
Он смотрел только на меня.
— Ты похожа на свою мать, — сказал он.
— Вы знали мою мать?
— Я любил её до того, как Николай отнял у меня всё.
— И послали своего сына убить меня?
Виктор побледнел.
— Я приказал вернуть деньги. Не убивать.
— Но вы создали человека, который решил, что убийство — приемлемая цена.
Он отвернулся к морю.
Я не простила его. Не простила Андрея. Не простила себя за доверие, которое отдала без проверки.
Но я и не стала превращать эту ночь в спектакль о победительнице.
Я попросила капитана дать мне белую фарфоровую чашку. В ней ещё оставались таблетки, которые Андрей принёс мне вечером.
Я поставила чашку перед ним.
— Возьмите их с собой, — сказала я. — Пусть это будет единственная вещь, которую вы унесёте с яхты.
Андрей посмотрел на две белые таблетки и отшатнулся, будто увидел не лекарство, а собственную подпись.
На рассвете яхта изменила курс. Не к островам, выбранным Андреем, а к порту, где меня ждали родители, врачи и все документы, способные разрушить их сеть.
Илья стоял у штурвала. Марина держала папку обеими руками. Я смотрела на серебряную застёжку на своём платье: маленькая вещь, которую отец дал мне как запасной шанс.
Теперь она больше не была тайным сигналом бедствия.
Она стала приказом капитану.
— Курс на берег, госпожа Шевчук, — сказал Илья.
И впервые за эту ночь море оказалось позади меня.
Пропустили начало?


