На третий день медового месяца я услышала у лестницы странный разговор, после которого мой муж перестал улыбаться

На третий день медового месяца я услышала, как мой муж назначил мне время смерти, а потом поднял бокал за нашу любовь.

Я возвращалась в каюту за лекарством. Голова кружилась так сильно, что деревянные стены яхты плыли перед глазами, а пальцы не слушались. На среднем пролёте лестницы я схватилась за холодные перила и услышала звон бокалов снизу.

— Как там доза, Андрей? — спросил Николай.

Я узнала голос свёкра и перестала дышать.

— Две таблетки вечером, — ответил муж. — И ещё немного в суп сегодня. К полуночи она будет лежать как тряпичная кукла.

У меня свело живот. Я прижала ладонь ко рту, чтобы не вскрикнуть.

— Значит, сегодня? — тихо спросила Наталья.

Моя свекровь. Утром она поправляла мне воротник и называла меня доченькой.

— Сегодня, — сказал Андрей. — После полуночи поднимется шторм. Команда уйдёт внутрь, а я выведу Лену на корму. Скажу, что ей нужен воздух. Один толчок — и океан всё закончит.

Стакан в моей руке едва не выпал. Я вцепилась в перила, чувствуя, как под платьем впивается в кожу маленькая металлическая застёжка.

— А доверенность? — спросил Николай.

Андрей усмехнулся.

— Подписана ещё до свадьбы. Когда её объявят пропавшей, триста миллионов перейдут мне. Потом мы уедем. Вместе с Мариной.

Имя любовницы прозвучало спокойно, почти буднично. Будто он обсуждал покупку машины.

— А её родители? — спросила Наталья.

— На следующей неделе поедут в горы. Дорога скользкая, тормоза ненадёжные. Мои люди всё подготовят.

Я почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Они пили шампанское из погреба моего отца на яхте, которую он подарил мне, и составляли расписание убийства всей моей семьи.

Отец не растил меня беспомощной наследницей. Перед отплытием он застегнул на моём дорожном платье необычную серебряную застёжку.

— Это не украшение, — сказал он тогда. — Нажмёшь, если не сможешь позвонить.

Я медленно коснулась её большим пальцем.

Вернуться в каюту нужно было так, будто я ничего не услышала. Нельзя было показать страх. Нельзя было принять следующую дозу. Нельзя было дать Андрею понять, что его жена уже знает о корме, шторме и «случайном» падении.

Я отступила на шаг. Колени дрожали, но мысли становились яснее.

Они считали меня слабой. Это было единственное преимущество, которое у меня оставалось.

В каюте я заперлась, достала застёжку и нажала на скрытую кнопку. Никакого света. Никакого звука. Только едва заметная вибрация под пальцами.

Через несколько минут ручка двери повернулась.

Андрей вошёл с улыбкой, держа воду и две белые таблетки.

— Проснулась, любимая? Выпей. Тебе станет легче.

Я взяла стакан. Таблетки легли на язык.

Муж сел рядом и стал ждать, пока я проглочу их. И тут за дверью раздались три коротких удара — ровно такие, какие мог услышать только человек, ожидавший моего сигнала…

ЧАСТЬ 2

Я не успела даже опустить стакан, как Андрей резко повернул голову к двери.
— Кто там?
— Капитан, — ответил незнакомый голос. — Срочно на мостик.

Андрей посмотрел на меня. Улыбка осталась на его лице, но глаза стали жёсткими.
— Выпей, — повторил он.
— У меня руки дрожат, — прошептала я. — Помоги мне.

Он наклонился ближе. Я поднесла стакан к губам, сделала вид, что глотаю, и позволила воде стечь за ворот платья. Таблетки спрятались в складке ткани.

Андрей не заметил. Или решил, что заметил недостаточно.

— Я скоро вернусь, — сказал он.
— Не оставляй меня одну.
— Именно поэтому я запру дверь.

Он вышел и повернул ключ снаружи.

Я подождала, пока шаги удалятся, затем выплюнула таблетки в салфетку. Во рту стоял горький вкус, а сердце било так сильно, что мне казалось, его услышат на палубе.

За стеной загудел ветер. Яхта качнулась, и с полки упала серебряная рамка с нашей свадебной фотографией. Стекло разбилось. На снимке Андрей улыбался, прижимая меня к себе.

Я подняла фотографию и увидела на обороте тонкую полоску бумаги, которой раньше не замечала. Там был написан номер каюты капитана и одно слово: «Доверяй».

Я подошла к вентиляционной решётке и трижды постучала по металлическому краю. В ответ послышался такой же стук.

— Елена? — прошептал голос.
— Кто вы?
— Илья Воронцов. Старший помощник. Ваш отец попросил следить за маршрутом этой яхты.

Я закрыла глаза. Отец знал, что опасность возможна, но не знал, насколько близко она подойдёт.

— Андрей отравляет меня, — сказала я. — Сегодня ночью он столкнёт меня за борт.
— Мы уже видели, как он прячет лекарства. Но нам нужно, чтобы он сам признал цель.
— Вы хотите, чтобы я снова пошла к нему?
— Мы хотим, чтобы вы дожили до рассвета.

В замке повернулся ключ.

Илья исчез из-за решётки. Я спрятала салфетку под матрас и легла, изображая слабость.

Андрей вошёл вместе с Николаем. Свёкр держал в руке бокал, но теперь не улыбался.

— Пора на корму, — сказал Андрей. — Воздух тебе поможет.
— Я не могу идти.
— Тогда я понесу.

Николай запер дверь за собой.

Я позволила мужу поднять меня. Его пальцы сжали мою талию так крепко, что заболели рёбра. В коридоре пахло солью и машинным маслом. Где-то впереди скрипнула незакреплённая цепь.

На палубе ветер бил в лицо. Андрей наклонился к моему уху.
— Не бойся. Всё закончится быстро.

В этот момент на корме вспыхнул аварийный фонарь. Свет выхватил из темноты не только капитана и Илью, но и женщину, которую я меньше всего ожидала увидеть на яхте.

Наталья отступила к лееру и побледнела, потому что женщина держала в руках папку с печатью моего отца…

ЧАСТЬ 3

Женщина подняла папку выше, чтобы ветер не вырвал листы.

— Меня зовут Марина Крылова, — сказала она. — И я не любовница Андрея.

Мой муж дёрнулся, будто его ударили.
— Не слушай её, Лена. Она сумасшедшая.
— Тогда почему у неё моя переписка? — спросила я.

Марина раскрыла папку. На первом листе стояла подпись Андрея под договором о передаче ей денег после моей смерти. Ниже были даты, суммы и название горной дороги, где должны были погибнуть мои родители.

Николай шагнул к ней.
— Отдай документы.
— Подойдите ещё ближе, и капитан сбросит копии на береговую службу, — ответила Марина.

Андрей схватил меня за локоть.
— Ты всё неправильно поняла.
— Я слышала тебя у лестницы.
— Ты была под лекарствами!

Он сам произнёс это слишком быстро. На палубе повисло молчание, которое разорвал капитан.

— Значит, лекарства всё-таки были?

Андрей понял ошибку и отпустил мою руку. Но было поздно.

Марина вытащила из папки ещё один лист.
— Я работала у Николая в бухгалтерии. Три недели назад нашла переводы на счета посредников. Когда поняла, что следующей жертвой стану я, связалась с вашим отцом.

— Ты должна была молчать! — закричал Николай.
— Я молчала шесть лет, — ответила она. — Пока вы не решили убить ещё одну женщину.

Наталья закрыла лицо ладонями.
— Андрей, скажи, что это неправда.
— Мама, они хотят забрать деньги!

Он рванулся к папке, но Илья перехватил его запястье. В ту же секунду Николай попытался оттолкнуть капитана и поскользнулся на мокрой палубе. Наталья закричала.

Я стояла у леера, дрожа не от холода. Всё, что я считала семейной жестокостью, оказалось частью более старого плана. Андрей женился на мне не ради денег. Его родители уже несколько лет разоряли компании моего отца через подставные фирмы, а мой фонд должен был закрыть их долги.

Капитан передал мне спутниковый телефон.
— Ваш отец на линии.

— Папа?
— Лена, слушай внимательно. Мы остановили машину твоих родителей у перевала. Они живы. Но есть ещё кое-что.

Я прижала телефон к уху.
— Что?
— Доверенность, которую ты подписала перед свадьбой, была поддельной. Андрей не получил бы ни рубля. Он убивал тебя ради денег, которых не существовало.

Андрей побледнел.

— Ты слышал? — спросила я.
— Это невозможно.
— Нет, Андрей. Невозможным было только то, что я когда-нибудь поверю тебе снова.

Вдали показались огни приближающегося спасательного судна. Но капитан вдруг посмотрел на экран и нахмурился.

— Елена, — сказал отец по телефону, — к вам направляется ещё один катер. Его нанял человек, который назвал себя твоим законным управляющим…

ФИНАЛЬНАЯ ЧАСТЬ

Но на горизонте появился тот, кого считали мёртвым…

Я думала, что главная тайна уже раскрыта. Но следующий голос заставил меня усомниться во всей своей семье.

Андрей посмотрел на чашку с таблетками.
«Пусть это будет единственная вещь, которую вы унесёте».
Он отшатнулся от собственного плана.

😱 УЗНАТЬ, ЧТО ОНИ СКРЫВАЛИ →

👇 Финал истории уже открыт

Оцените статью