Муж обнял любовницу на глазах у беременной меня, но после одного звонка его улыбка исчезла

Мой муж обнимал любовницу под вспышками сотни камер, а я стояла в десяти шагах, прижимая ладонь к животу с его сыном.

Это происходило в бальном зале Метрополитен-музея в половине одиннадцатого вечера. Хрустальные люстры дробили свет на бриллиантах, оркестр играл вальс, а вокруг Леандера Блэквуда теснились инвесторы, сенаторы и люди, привыкшие покупать целые кварталы одним подписанным документом.

Леандер основал корпорацию «Аэтер Ред» десять лет назад. Сегодня он выглядел так, будто весь мир принадлежал ему: безупречный чёрный смокинг, серебряные запонки и спокойная улыбка человека, которому никогда не отказывали дважды.

С балкона я увидела, как он подошёл к Сиенне Вейл.

Её красное шёлковое платье сверкало при каждом движении. Рыжие кудри падали на голые плечи, а тонкие пальцы лениво перебирали бокал шампанского. Выставку цифрового искусства «Синтетические души» оплачивала корпорация моего мужа. Последние полгода Леандер говорил о Сиенне чаще, чем о собственном сыне, которого я носила.

— Мюриэль, посмотри на его руку, — тихо сказала Хлоя, подойдя ко мне.

Ладонь Леандера лежала на пояснице Сиенны. Не на секунду. Он провёл пальцами по ткани так, как делал когда-то со мной.

— Это деловая встреча, — ответила я.

Ложь оставила во рту металлический привкус.

— Деловые партнёры так не смотрят друг на друга.

Я сжала маленький медный колокольчик, пришитый к внутреннему карману моей сумочки. Его подарила мне бабушка перед свадьбой и сказала: «Если станет страшно, держись за звук, который принадлежит только тебе». Тогда я рассмеялась. Сейчас холодный металл впился в ладонь.

— Я спущусь, — сказала я.

Хлоя схватила меня за запястье.

— Тебе не нужно устраивать сцену.

— Я не собираюсь устраивать сцену в собственном благотворительном фонде.

На лестнице у меня потянуло низ живота. Я остановилась, вдохнула и продолжила спускаться. Беременность была тяжёлой, врачи называли её рискованной и запрещали мне нервничать, словно тревогу можно было выключить приказом.

Леандер не заметил меня.

Сиенна заметила.

Её зелёные глаза скользнули по моему животу, по кольцу на пальце, по лицу. В них не было смущения. Только холодное удовлетворение.

— Леандер, — позвала она.

Он обернулся слишком поздно.

Сиенна обвила руками его шею. Леандер притянул её к себе и уткнулся лицом в её волосы. Это был не дружеский жест спонсора. Это было признание.

Камера вспыхнула.

Потом ещё одна.

Вальс продолжал звучать, но я слышала только собственное дыхание.

Я не закричала. Не бросила бокал ей в лицо. Просто развернулась и ушла в мраморную уборную, где вцепилась в край раковины так сильно, что ногти побелели.

— Все видели, — прошептала Хлоя.

— Тогда пусть видят и то, как я ухожу.

Мы выбрались через служебный коридор. На улице пахло мокрым камнем и бензином. В машине я впервые позволила слезам упасть, но только до тех пор, пока не почувствовала движение ребёнка.

В три часа ночи Леандер вошёл в спальню. От него пахло чужими духами. Он думал, что я сплю, осторожно положил ладонь мне на живот и прошептал:

— С малышом всё в порядке?

Я не ответила.

Через десять минут он уже дышал ровно, отвернувшись к стене.

Я прошла в кабинет и открыла ноутбук. Утренний выпуск уже опубликовал фотографию под заголовком «Треугольник Блэквудов». На снимке Леандер целовал Сиенну, а я уходила на заднем плане, прикрывая рукой нерождённого сына.

Острая боль скрутила живот.

Я позвонила доктору. Он приказал немедленно ехать в клинику.

У самой двери я набрала номер водителя, который служил моей семье ещё до знакомства с Леандером.

— Позвони отцу, — сказала я. — И попроси его проверить прошлое Сиенны Вейл.

Через секунду в трубке раздался напряжённый голос:

— Мисс Блэквуд, мы уже нашли её прежнее имя. Но вам лучше сесть. Оно связано с человеком, который хочет уничтожить корпорацию вашего мужа…

В этот момент врач выбежал из палаты и протянул руку к папке с моими анализами…

ЧАСТЬ 2

Врач вытащил папку из рук медсестры в коридоре частной клиники. Было без четверти четыре утра, лампы под потолком мерцали, а на моём запястье холодел браслет с номером палаты.

— Мюриэль, у вас начались преждевременные схватки, — сказал доктор Рид. — Мы остановим их, но вам нельзя волноваться.

— Тогда не говорите со мной как с ребёнком. Что нашли мои люди?

Он посмотрел на Хлою, которая стояла у стены и крутила в пальцах медный колокольчик.

— Ваш отец просил передать: прежнее имя Сиенны — Элиза Морроу.

Я почувствовала, как внутри всё стало ледяным.

— Морроу… Это же фамилия Гидеона Морроу.

Гидеон владел холдингом «Морроу Глобал» и три года пытался поглотить «Аэтер Ред». Леандер отказал ему, после чего началась война: утечки, сорванные сделки, исчезнувшие партнёры и статьи о якобы опасном искусственном интеллекте моего мужа.

— Она его дочь? — спросила Хлоя.

— Нет, — ответил голос отца в телефоне. — Была личным помощником Гидеона. Потом её обвинили в краже денег из благотворительного фонда. Дело закрыли, но через неделю Элиза исчезла.

Я закрыла глаза. Боль в животе отступила, однако страх остался.

— Значит, Сиенна проникла к Леандеру по приказу Морроу?

— Пока это только версия, — сказал отец. — Но есть ещё кое-что. Она появилась рядом с ним через месяц после того, как Леандер подписал соглашение о строительстве нового центра искусственного интеллекта.

В палату вошёл Леандер. На нём была та же рубашка, что и ночью, а на воротнике блестела крошечная красная пайетка. Он увидел отца на экране телефона и остановился.

— Почему ты вызвала семью? — спросил он.

— Потому что мой муж выставил любовницу перед всей страной, а теперь мне говорят, что она работала на его врага.

Он побледнел, но быстро взял себя в руки.

— Сиенна не имеет к Гидеону отношения.

— Ты сказал это слишком быстро.

— Я защищаю делового партнёра.

— Нет, Леандер. Ты защищаешь женщину, с которой обнимаешься перед камерами.

Он подошёл к кровати.

— Я собирался всё объяснить.

— Когда? После рождения ребёнка? После продажи компании?

Леандер сжал пальцы. На указательном пальце у него остался след от бокала, будто стекло впилось в кожу.

— Сегодня состоится заседание совета. Кто-то пытается использовать эту фотографию против меня. Если начнётся паника, акции рухнут.

— А если рухнет мой брак, это не считается?

Он не ответил.

В семь утра отец прислал курьера. Тот принёс тонкую папку с копиями банковских переводов и одну фотографию Сиенны, сделанную пять лет назад. Она стояла рядом с Гидеоном Морроу у входа в закрытый фонд.

На обратной стороне снимка была дата и короткая надпись: «Она не крала деньги. Она отказалась подписать отчёт».

— Кто написал это? — спросила я.

Курьер отвёл глаза.

— Женщина, которая работала в фонде. Она согласилась встретиться с вами сегодня утром.

Но прежде чем я успела спросить её имя, на телефоне Леандера высветилось сообщение. Он прочитал его, и лицо у него стало серым.

— Что там? — спросила я.

Он медленно поднял глаза.

— Сиенна требует, чтобы я пришёл один. И пишет, что если я не приеду, она расскажет совету, зачем на самом деле вошла в мою компанию…

В коридоре хлопнула дверь, и доктор Рид резко повернул голову…

ЧАСТЬ 3

За дверью стояла Сиенна. На ней было тёмное пальто, мокрые рыжие пряди прилипли к щекам, а в руке она держала кожаную папку с потёртым металлическим уголком.

— Я не собиралась ждать его внизу, — сказала она. — Нам всем пора перестать прятаться.

Леандер шагнул вперёд.

— Уходи.

— Ты так же говорил пять лет назад, когда Гидеон велел мне молчать.

Хлоя включила свет, и Сиенна увидела отца на экране моего телефона.

— Мистер Блэквуд, вы уже знаете, кто я. Значит, знаете и то, почему я пришла.

— Говори, — ответил отец.

Она положила папку на край моей кровати.

— Я действительно была помощницей Гидеона Морроу. Но не его сообщницей. В две тысячи двадцатом году он приказал мне перевести тридцать восемь миллионов с благотворительного счёта на подставную фирму. Я отказалась и сохранила копию распоряжения.

Леандер резко повернулся к ней.

— Почему ты не передала её властям?

— Передала. Через два дня свидетель исчез, а дело закрыли. Гидеон уничтожил мою репутацию и заставил меня уехать. Потом он узнал, что я устроилась в «Аэтер Ред».

Я открыла папку. Внутри лежали выписки, подписанные Гидеоном, и письмо на фирменной бумаге «Аэтер Ред».

— Это не всё, — сказала Сиенна. — Гидеон хотел не просто поглотить компанию. Он хотел получить доступ к вашему проекту искусственного интеллекта. Для этого ему нужен был человек внутри.

— Ты стала этим человеком, — произнесла я.

Сиенна опустила глаза.

— Да. Сначала я собирала сведения. Но Леандер не знал, что его главный финансовый директор уже работал на Гидеона. Я пыталась добраться до него через Леандера.

— И заодно легла с моим мужем? — голос у меня сорвался.

— Я не буду оправдывать это. Я правда любила его. И думала, что если он выберет меня, то наконец расскажет, что происходит внутри компании.

— Он выбрал не тебя, — сказала я. — Он просто пользовался вашей тайной.

Леандер отступил к окну.

— Мюриэль, я знал о Гидеоне.

В палате стало так тихо, что я услышала, как капает вода с пальто Сиенны.

— Знал что?

— Что Сиенна пришла не случайно. Я позволил ей остаться рядом, потому что хотел вывести Гидеона на чистую воду. Но потом всё вышло из-под контроля.

— Ты месяцами лгал мне, рисковал нашим ребёнком и называл это планом?

Он не успел ответить.

Дверь распахнулась. Вошла седая женщина с тростью — бывшая бухгалтерша фонда, та самая свидетельница. Она посмотрела на Леандера и сказала:

— Ваш финансовый директор уже вывел деньги из резервного фонда. Сегодня в десять он передаст Гидеону ключи от серверов.

Леандер схватил телефон.

— Сколько времени?

— Час, — ответила женщина. — И ещё одно: Гидеон знает, что документы у Сиенны. Он приказал забрать их вместе с ней.

За окном завыла сирена скорой помощи. Ребёнок снова толкнулся, и я прижала ладонь к животу.

Отец сказал с экрана:

— Мюриэль, мы можем спрятать тебя в клинике. Но если Леандер поедет один, он попадёт прямо в ловушку.

Я посмотрела на мужа. Он держал телефон, а на его лице впервые была не уверенность владельца корпорации, а настоящий страх.

— Нет, — сказала я. — Он не поедет один. И мы не будем прятаться.

В этот момент на телефон Сиенны пришло новое сообщение. Она прочитала его и медленно подняла голову.

— Гидеон уже в здании. Он поднялся на наш этаж…

А затем ручка палаты начала поворачиваться…

ФИНАЛЬНАЯ ЧАСТЬ

Последняя подпись перевернула всё, что я знала…

Я думала, что разоблачение Сиенны станет концом кошмара. Но за её тайной пряталась история, способная разрушить всю империю Блэквуда.

В последней сцене Леандер сказал:
«Пусть сын слышит, когда кто-то входит в его жизнь»
И я поняла, что прошлое уже не спрятать.

😱 УЗНАТЬ, ЧТО ОНИ СКРЫВАЛИ →

👇 Финал истории уже открыт

Оцените статью