В ту секунду, когда нотариус положил передо мной документы на причалы Сонни, дверь его кабинета распахнулась, и на пороге появился сам Сонни.
На часах было без пяти девять утра. За окнами офиса над гаванью висел густой туман, а цепи на старом кране звенели от ветра, будто кто-то невидимый перебирал металлические струны. Я держала ручку так крепко, что острый край впился в ладонь.
— Ты действительно это подписала? — спросил отец.
Нотариус Марта Белл медленно сняла очки и посмотрела сначала на меня, потом на Сонни. В её пальцах дрожал лист с печатью, а на столе пахло воском и мокрой бумагой.
— Передача завершена, — сказала она. — Причалы теперь принадлежат компании Джослин.
Сонни не повысил голоса. Именно это пугало сильнее всего.
— Ты понимаешь, что купила не здания? — спросил он. — Ты купила войну.
Я встала. Колени были ватными, но я заставила себя не отступить.
— Нет. Я купила право наконец перестать быть твоей дочерью, которая ждёт разрешения.
Его взгляд скользнул по моему лицу и остановился на красной папке из плотного картона. Внутри лежал мой план: очистить причалы, открыть мастерские для местных рыбаков и отрезать отцовскую компанию от маршрутов, на которых она держалась двадцать лет.
— Ты решила бросить мне вызов? — тихо спросил Сонни.
— Я решила построить собственное дело.
— На моих костях?
— На твоих старых правилах.
Марта кашлянула, пытаясь вернуть разговор к бумагам, но никто уже не слушал. В этот момент мне позвонили. Я увидела имя Джейсона Моргана и почувствовала, как внутри всё сжалось.
Он не звонил мне без причины.
— Не отвечай, — сказал Сонни.
Я нажала кнопку.
— Джейсон?
— Мне нужно поговорить с тобой до полудня, — произнёс он. На заднем плане гудел мотор автомобиля. — И не по телефону.
— Это касается причалов?
Пауза длилась всего секунду, но я услышала в ней то, чего не ожидала: тревогу.
— Касается человека, который оставил тебе возможность их получить.
Связь оборвалась.
Сонни резко повернулся к окну.
— Он не станет тебе помогать.
— Ты уже спросил его?
— Я знаю Джейсона.
— А я знаю, что ты боишься того, что он может мне рассказать.
Лицо отца стало жёстким. Он взял со стола мою папку, но я успела накрыть её рукой.
— Не трогай.
— Ты ещё не понимаешь, во что ввязалась.
— Тогда объясни.
Он ничего не ответил. Только посмотрел на красную папку так, словно внутри лежал не бизнес-план, а давно забытая граната.
В десять тридцать я встретилась с Джейсоном в пустом складе у восточного причала. Между нами стоял ржавый стол, на нём остывал кофе в бумажном стакане, а под потолком хлопала сорванная лента.
— Сонни сказал, что ты пришла за войной, — произнёс Джейсон.
— Я пришла за правдой. Ты знаешь его бизнес лучше всех.
— Поэтому ты хочешь, чтобы я показал тебе, где ударить?
— Я хочу знать, где не погибнуть.
Он долго смотрел на меня. Затем достал из внутреннего кармана маленький медный ключ и положил рядом со стаканом.
— Если я помогу, назад дороги не будет.
— Для меня её уже нет.
Джейсон подвинул ко мне ключ, но в этот момент за стеной грохнуло. Кто-то запер наружную дверь. Он резко поднял голову.
— Ты привела кого-нибудь?
— Нет.
Из коридора донёсся тяжёлый шаг. Потом второй. Джейсон встал, а его рука исчезла под пиджаком.
Дверь начала открываться, и незнакомый мужчина занёс внутрь тонкую чёрную папку. Джейсон посмотрел на неё и прошептал:
— Если это то, что я думаю, Сонни лгал нам обоим…
ЧАСТЬ 2
Если это то, что я думаю, Сонни лгал нам обоим…
— Кому ещё ты это сказал? — спросил Джейсон.
Мужчина у двери не ответил. Он был лет пятидесяти, в промокшем плаще, с грязью на рукаве и белым шрамом возле уха. Чёрную папку он держал обеими руками, будто боялся выпустить её даже на секунду.
— Ты опоздал, Илай, — сказал Джейсон.
— Я приехал, когда понял, что за мной следят.
У меня пересохло во рту.
— Кто вы?
Илай посмотрел на меня, и его лицо стало ещё бледнее.
— Человек, который двадцать лет разгружал суда на этих причалах. И человек, который видел, как всё начиналось.
Он положил папку на стол. Металл под ней глухо звякнул. Я заметила на её корешке старую выцветшую метку в виде якоря.
— Что внутри? — спросила я.
— Не деньги. Хуже.
Джейсон бросил на него тяжёлый взгляд.
— Говори прямо.
— Несколько лет назад Сонни собирался продать причалы. Не тебе, Джослин. Другой компании. Но сделку сорвали, потому что один из складов оказался записан на человека, которого давно нет в живых.
— На кого? — спросила я.
Илай провёл большим пальцем по краю папки.
— На твою мать.
Я отступила и задела бедром стол. Бумажный стакан упал, кофе растёкся по бетону, пахнущему горелым зерном и ржавчиной.
— Моя мать никогда не занималась делами Сонни.
— Вот именно, — сказал Илай.
Джейсон открыл папку, но не стал доставать документы.
— Почему ты молчал?
— Потому что Сонни оплатил лечение моей жены. А потом напомнил, что следующая ошибка будет стоить ей дома.
Я почувствовала злость, но за ней пришло другое чувство — ужас. Если слова Илая были правдой, причалы могли принадлежать мне только на бумаге. А кто-то мог потребовать их обратно в любой момент.
— Джейсон, ты знал о моей матери?
Он не ответил сразу.
— Я знал, что Сонни прятал часть собственности. Не знал, на чьё имя.
— И всё равно привёл меня сюда.
— Потому что хотел проверить, успел ли он переписать документы.
Снаружи завыл буксир. Звук прошёл сквозь стены, и у меня задрожали пальцы.
Я взяла папку.
— Если это подделка, я отдам её Сонни.
— Если это не подделка, — сказал Илай, — Сонни потеряет не причалы.
— А что?
Илай посмотрел на Джейсона.
— Человека, ради которого он всё это сделал.
В этот момент телефон Джейсона зазвонил. Он взглянул на экран и нахмурился.
— Кто звонит? — спросила я.
— Твой отец.
Джейсон включил громкую связь.
— Уезжай оттуда, Джейсон, — произнёс Сонни. — Немедленно.
— Почему?
— Потому что Илай не тот, за кого себя выдаёт.
На линии раздался резкий шум, словно трубку вырвали из руки. Затем женский голос прошептал моё имя.
— Джослин, не открывай папку. В ней нет того, что ты думаешь…
ЧАСТЬ 3
Джослин, не открывай папку. В ней нет того, что ты думаешь…
Я узнала голос сразу, хотя слышала его последний раз много лет назад.
— Мама?
Джейсон резко поднял взгляд. Илай отступил к двери, а за окном восточного причала завыла сирена погрузчика.
— Это не может быть она, — прошептал я.
Но голос снова прозвучал в телефоне:
— Я жива. И Сонни знает, где меня найти.
Связь оборвалась.
Я смотрела на чёрную папку, пока буквы на её корешке не начали расплываться.
— Открой, — сказал Джейсон.
— Мама сказала не открывать.
— Она сказала, что внутри не то, что ты думаешь. Это не запрет. Это предупреждение.
Илай сжал губы.
— Я не хотел, чтобы всё вышло так.
— Тогда скажите правду, — потребовала я. — Сейчас.
Он опустил голову.
— Причалы принадлежали не твоей матери. Они принадлежали тебе.
У меня перехватило дыхание.
Джейсон вытащил из папки первый лист. Внизу стояла подпись, сделанная неровными чернилами: «Джослин Джекс, законный владелец доли, переданной при рождении».
— Это невозможно, — сказала я.
— Твоя мать вложила деньги в первый склад ещё до твоего рождения, — объяснил Илай. — Сонни оформил всё через подставные компании, чтобы спрятать собственность от людей, которые хотели использовать тебя против него.
— Почему он не сказал мне?
Джейсон перевернул страницу.
— Потому что в договоре есть условие. Ты получаешь полный контроль только в день, когда сама приобретёшь хотя бы один причал на свои деньги.
Я вспомнила утро, нотариуса и подпись, которую поставила дрожащей рукой. Сонни не просто позволил мне купить его активы. Он ждал, пока я сама выполню условие, которое когда-то придумала моя мать.
— Он отдал мне всё, чтобы защитить меня? — спросила я.
Илай горько усмехнулся.
— Нет. Он отдал тебе всё, потому что больше не мог держать это при себе.
Телефон снова зазвонил. На этот раз на экране было неизвестное имя.
Я ответила.
— Джослин, — сказала мать. — Прости, что молчала.
— Где ты?
— В клинике на холме. Но Сонни не должен знать, что я позвонила.
Я посмотрела на Джейсона.
— Он уже знает.
На другом конце повисла пауза.
— Тогда слушай внимательно. Ты получила причалы не из-за денег. Ты получила их потому, что Сонни подписал ещё один документ. И если он попадёт к людям, от которых он меня прятал, они придут за тобой.
В ту же секунду снаружи разбилось стекло. Илай толкнул меня к стене, а Джейсон закрыл собой папку.
На бетон упал камень, обмотанный листком бумаги. Я подняла его и увидела короткую запись, сделанную красными чернилами:
«Спроси Сонни, кто на самом деле отдал приказ в ту ночь».
Джейсон прочитал записку и побледнел.
— Какую ночь? — спросила я.
Он посмотрел на Илая. Илай закрыл лицо ладонью.
— Ночь, когда погиб твой брат, — сказал Джейсон. — И Сонни ещё не знает, что его подпись уже у нас…
Джейсон увидел подпись в документе и побледнел…
Я думала, что борюсь за причалы. Но последний документ заставил меня пересмотреть всю историю нашей семьи.
«Можно мне остаться?»
Я поняла, что его судьбу решит не прошлое, а мой ответ.
👇 Финал истории уже открыт
