В тот вечер незнакомец положил на прилавок десять овечьих шкур и предложил их за ночь в моей комнате, а свекровь услышала только половину разговора.
— Я заплачу десятью шкурами, если вы позволите мне переночевать у вдовы, — сказал он продавцу в лавке дона Чэмы.
За окном, в шести шагах от двери, я сжимала бумажный пакет с мукой и прекрасно слышала каждое слово. В лавке пахло кофе, керосином и мокрой шерстью. Даже настенные часы будто перестали тикать.
— Ты говоришь о Лусии? — осторожно спросил дон Чэма.
— О ней. Мне нужно место до утра.
— Здесь не продают женщин, сеньор.
Я вошла, прежде чем этот разговор успел стать ещё хуже.
— Тогда научитесь просить ночлег, не превращая меня в товар.
Незнакомец повернулся. Ему было около сорока двух, лицо обветренное, борода тёмная, а на рукаве кожаной куртки темнело пятно от дождя. Он не отвёл взгляд, но сразу снял шляпу.
— Вы правы. Я выразился отвратительно.
— Очень отвратительно.
— Меня зовут Артуро Вега. Дорогу на Сальтильо перекрыло оползнем. Мне нужно переждать ночь, а не покупать чью-то честь.
Он говорил спокойно, однако пальцы крепко держали ручку кожаной сумки. Я заметила это и почему-то запомнила: большой палец был рассечён и перевязан чистой белой полоской ткани.
— Комната стоит как обычно, — сказала я. — Никаких шкур вместо оплаты.
— Согласен.
Дон Чэма облегчённо выдохнул.
Но в этот момент с улицы донёсся голос моей свекрови Эльвиры. Она вошла, стряхивая с зонта капли.
— Лусия, ты уже настолько отчаялась, что принимаешь в дом мужчин за меха?
Я почувствовала, как жар поднимается к щекам.
— Он постоялец, Эльвира.
— Вдова должна думать о репутации семьи.
— Семья могла бы подумать, кто каждый месяц оплачивает её счета.
Эльвира поджала губы. Я увидела, как Артуро поставил сумку на пол и отступил к двери.
— Если моё присутствие создаёт проблемы, я уйду, — сказал он.
— Вы останетесь, — ответила я. — Я сама решаю, кто ночует в моём доме.
Мой муж Андрес умер восемнадцать месяцев назад от сердечного приступа. После него мне остались три коттеджа, дом и родственники, уверенные, что вдова не способна управляться с собственным имуществом.
Особенно его старший брат Дамиан.
Утром он снова приехал с папкой и положил её на кухонный стол рядом с моей чашкой.
— Подпиши разрешение на продажу, — сказал он.
— Сначала я прочитаю условия.
— Покупатели будут завтра. Не заставляй нас выглядеть смешно.
— Кто дал тебе право вести переговоры?
Он усмехнулся.
— Ты сама дала мне доступ к телефону коттеджей.
Днём мне написала бывшая гостья Марисоль. Она прислала снимок объявления: мои коттеджи и дом продавались почти за половину настоящей стоимости. Представителем значился Дамиан.
А затем пришло его сообщение: «Завтра покупатели. Приготовь документы».
Артуро прочитал экран и медленно поднял глаза.
— Вы собираетесь подписывать?
— Нет.
— Тогда почему он так уверен?
Я не успела ответить. В дверь постучали. На крыльце стояла Эльвира, а за её спиной виднелся Дамиан с двумя незнакомцами.
Он держал под мышкой ту самую папку и уже протягивал руку к замку…
ЧАСТЬ 2
Я рванула засов раньше, чем Дамиан успел повернуть ручку. На крыльце стоял холодный вечер, а рядом с ним — невысокий мужчина в дорогом пальто и женщина с красной папкой.
— Ты решила запереться от собственных родственников? — спросил Дамиан.
— От тех, кто приходит продавать мой дом, я запираюсь без сожалений.
— Не устраивай сцену. Покупатели хотят только осмотреть землю.
— Тогда пусть смотрят с улицы.
Эльвира тяжело вздохнула.
— Лусия, не позорь Андреса. Мужчина не стал бы цепляться за три комнаты и пару старых коттеджей.
Я посмотрела на её мокрые перчатки, на папку под мышкой Дамиана и почувствовала не страх, а странную ясность: они пришли не договариваться. Они пришли убедиться, что я уступлю.
Артуро появился позади меня.
— Покупатели обычно не приезжают с готовым договором, если хотят лишь осмотреть участок.
Женщина в пальто нахмурилась.
— А вы кто?
— Человек, который умеет читать договоры.
Дамиан шагнул вперёд.
— Это постоялец. Не вмешивайся, Лусия.
— Он вмешался меньше, чем ты за последние полгода.
Я достала из шкафа папку с документами на землю. Внутри лежала копия завещания моей бабушки, свидетельство о праве собственности и старый квитанционный лист с печатью нотариуса. Дамиан увидел его и резко протянул руку.
— Это не имеет отношения к продаже.
— Тогда почему ты так побледнел?
Он вырвал лист, но Артуро перехватил его запястье. Не больно. Просто достаточно крепко, чтобы Дамиан понял: силой здесь ничего не получится.
— Отпустите меня.
— Верните бумагу, — сказал Артуро.
Дамиан отступил. На его лице появилась злость.
— Завтра в десять будет нотариус. Если ты не подпишешь, покупатели потребуют неустойку.
— Я ничего им не обещала.
— Зато обещал я.
В доме стало тихо. Даже ветер перестал бить в ставни.
— На каком основании? — спросила я.
— Андрес оставил мне полномочия.
— Покажи.
Дамиан раскрыл папку и достал лист с подписью моего мужа. Я знала эту подпись: Андрес всегда выводил последнюю букву слишком длинно. Здесь она была похожа, но будто скопированная с плохой фотографии.
Артуро наклонился над документом.
— Где оформляли доверенность?
— У нотариуса в Рамосе.
— В какой день?
— Это допрос?
— Пока только вопрос.
Эльвира встала между нами.
— Хватит унижать Дамиана. Он единственный пытался помочь тебе.
Я вспомнила все отменённые бронирования, сообщения, исчезнувшие деньги за ремонт и слова Андреса перед смертью: «Если со мной что-то случится, не отдавай ключи тому, кто торопит тебя».
Тогда я решила, что он говорил о случайном работнике. Теперь внутри всё похолодело.
В десять утра мы пришли к нотариусу. Дамиан улыбался, покупатели ждали за столом, а Артуро положил передо мной тонкий конверт.
— Откройте его после того, как нотариус задаст первый вопрос, — сказал он.
Дверь кабинета закрылась. Нотариус поднял очки и посмотрел на доверенность.
— Дамиан, кто присутствовал при подписании этого документа?
Дамиан ответил не сразу. Затем назвал имя, от которого у меня перехватило дыхание…
ЧАСТЬ 3
— Нотариус Сесар Монтойя, — сказал Дамиан.
Секретарь у стены уронила карандаш. Нотариус снял очки и медленно положил их на стол.
— Монтойя умер два года назад.
Женщина-покупатель побледнела.
— Вы привезли нам документ от умершего нотариуса?
— Это ошибка в дате, — быстро ответил Дамиан.
— На печати стоит его номер, — сказал Артуро. — Но этот номер был аннулирован ещё до смерти Андреса.
Дамиан повернулся ко мне.
— Ты всё усложняешь! Подпиши отказ от претензий, и я сам разберусь с покупателями.
— Ты уже разобрался. Ты продал им то, чем не владеешь.
Нотариус попросил разрешение рассмотреть мою старую квитанцию. Потом достал толстую книгу регистрации.
— Лусия, ваша бабушка оставила землю вам лично. Андрес не мог передать её брату и не выдавал доверенности.
— Вы уверены? — спросила я, хотя голос дрожал.
— Уверен. Более того, шестнадцать месяцев назад Андрес приходил сюда один.
Я вцепилась пальцами в край стола.
— Зачем?
— Он попросил проверить, не пытался ли кто-нибудь оформить залог на землю. Он сказал, что подозревает брата.
Дамиан резко встал.
— Ложь!
— Я записал его заявление в журнале, — ответил нотариус. — И Андрес оставил для вас письмо, если подобная попытка повторится.
Артуро подал мне тот самый конверт. Внутри было короткое письмо и список отменённых бронирований. Андрес написал, что Дамиан получил доступ к телефону и намеренно отказывал гостям, чтобы показать убыточность коттеджей. Ниже стояла подпись нотариуса и дата.
Я читала, а Эльвира смотрела на сына.
— Ты говорил, что Лусия сама всё закрыла.
Дамиан побледнел.
— Я хотел спасти имущество.
— От кого? — спросила я.
— От долгов.
Он сам произнёс это. Его губы дрогнули.
Артуро достал из своей сумки ещё один лист.
— Долги Дамиана обеспечены распиской. Если продажа состоится, он получит комиссию и погасит их. Но покупатели уже видели настоящую оценку участка. Они отменяют сделку.
Женщина в пальто поднялась.
— Мы подадим требование о возврате задатка.
— У меня нет этих денег, — прошептал Дамиан.
Я посмотрела на него и поняла: продажа была не целью. Ему нужно было срочно получить деньги, а меня он считал самым лёгким препятствием.
В этот момент зазвонил телефон Артуро. Он выслушал собеседника, затем протянул аппарат мне.
— Это из банка. На вашем участке уже зарегистрирована заявка на новый залог. Подана сегодня утром по доверенности Дамиана…
Телефон из банка раскрыл то, чего Дамиан боялся больше всего…
Я думала, что защищаю только землю и коттеджи. Но последний документ показал: мой муж готовил для меня защиту ещё до смерти.
«У меня не было выбора»
И его мать отвернулась от него.
👇 Финал истории уже открыт
