ЧАСТЬ 4 — Я вошла на свадьбу семьи, разрушившей мою жизнь, и невеста выронила бокал, увидев, кто держит меня за руку

ЧАСТЬ 4

— Маркус, — выдохнул Ричард.

Я знала это имя.

Маркус Вейл был партнёром Доминика в тех делах, о которых никогда не говорили вслух. Он помогал Костелло переводить деньги, покупал нужных людей и однажды исчез после неудачной сделки в Европе.

Доминик медленно повернулся к Ричарду.

— Ты хочешь сказать, что к моему человеку попали материалы Женевьевы?

Ричард понял, что сказал лишнее. На его шее вздулась жила.

— Я ничего не говорил.

— Ты назвал его имя.

Я отступила от обоих. Внутри всё смешалось: облегчение от найденных доказательств, страх перед новым предательством и злость на себя за то, что позволила Доминику приблизиться.

— Ты знал о Маркусе? — спросила я.

Доминик не отвёл взгляда.

— Я знал, что он работал со Стерлингом. Не знал, что он забрал материалы твоего дела.

— Но ты привёл меня сюда, заранее понимая, что твой мир может быть связан с моей тюрьмой.

— Я привёл тебя, потому что хотел дать тебе возможность ударить по Ричарду. Я не ожидал, что удар вернётся ко мне.

Его честность не успокоила. Она была слишком поздней и слишком опасной.

Томас Рид поднял коробку.

— Маркус не просто забрал копии. Он продал их Стерлингу. За это получил долю в фонде и обещание занять место Доминика.

В зале стало тесно от чужих взглядов. Даже оркестр перестал делать вид, что продолжает праздник.

— Где он? — спросил Доминик.

Томас указал на боковой коридор.

— В комнате для гостей. Он приехал с приглашением Ричарда.

Доминик передал папку своему охраннику и пошёл туда. Я двинулась следом.

За дверью пахло воском и дорогим табаком. Маркус стоял у камина, держа в руке бокал. На нём был безупречный чёрный костюм, а на пальце — тяжёлый перстень с гербом Костелло.

— Я надеялся, что ты поймёшь всё позже, Доминик, — сказал он.

— Ты купил мою семью, мою свадьбу и чужую свободу, — ответил Ричард, появившийся в дверях. — А теперь хочешь свалить всё на меня?

— Ты сам отдал мне доступ к счетам.

Я шагнула вперёд.

— А мне ты отдал два года жизни.

Маркус посмотрел на меня почти равнодушно.

— Вы были удобной заменой. Умной, но одинокой. Никто не стал бы бороться за вас.

Я почувствовала, как старый шрам под левым запястьем натянулся. В тюрьме я провела пальцем по нему всякий раз, когда хотела закричать. Сейчас кричать не хотелось.

— Ошибаешься, — сказала я.

Я достала из сумки копию журнала и положила её на каминную полку.

— Томас сохранил не всё. Остальное я восстановила по банковским кодам. В каждом переводе есть отметка, которую мог поставить только человек с доступом к внутренней системе Костелло.

Доминик посмотрел на страницу. Его лицо стало каменным.

— Маркус.

— Да, — сказала я. — Он не просто помогал Стерлингу. Он годами списывал деньги и прятал их под именами ваших союзников. Моё дело стало его ширмой.

Маркус усмехнулся.

— И что ты сделаешь? Расскажешь всё людям, которые пришли сюда за шампанским?

— Уже рассказала.

Я указала на маленький столик у стены. Там лежал телефон Томаса, подключённый к колонке для объявлений. Гости в бальном зале слышали каждый звук из комнаты.

Маркус бросился к аппарату, но Доминик загородил ему дорогу.

— Ты использовал моё имя, — тихо сказал он.

— Я сделал тебя сильнее.

— Ты сделал меня слепым.

В этот момент вошла Беатрис. На её лице были слёзы, но голос звучал твёрдо.

— Отец, я подписываю отказ от фонда.

Ричард резко обернулся.

— Ты не посмеешь.

— Посмею. И отдам документы Женевьеве.

Леонардо появился за ней.

— Я тоже подпишу показания. Я не знал о краже, но моя подпись там есть. Я отвечу за неё.

Я посмотрела на него. Он потерял свадьбу, фамильное одобрение и, вероятно, всю карьеру. Но впервые сделал выбор сам.

Ричард схватил дочь за плечо.

— Ты уничтожишь семью!

— Нет, папа, — сказала Беатрис. — Ты уничтожил её, когда решил, что чужая жизнь дешевле твоей.

Доминик забрал у Маркуса перстень. Тот не сопротивлялся. Его власть закончилась не из-за стражи и не из-за громких угроз. Просто все увидели, кому он служил на самом деле.

Позже, уже в пустом коридоре, Доминик протянул мне конверт с банковскими документами.

— Здесь достаточно, чтобы вернуть тебе деньги и оплатить новое расследование.

— Я не хочу, чтобы ты покупал мне справедливость.

— Тогда возьми это как долг. Я обязан его вернуть.

Я посмотрела на бумаги.

— А если я не прощу тебя за Маркуса?

— Не прощай. Но не отказывайся от того, что принадлежит тебе.

В медицинском центре судья Салливан подписал заявление до рассвета. Он признался, что получил от Маркуса деньги за закрытие дела и что Ричард подменил страницы в архиве. Томас подтвердил каждую цифру. Беатрис передала фонд независимому управляющему, а Леонардо отказался от имущества отца и начал сотрудничать с расследованием.

Ричард потерял не только компанию. Он потерял семью, которая больше не соглашалась носить его ложь.

Маркус исчез из города до рассвета, но оставил после себя счета, подписи и людей, которым пришлось выбирать между страхом и правдой. Доминик разорвал с ним все связи и лично передал финансовые документы тем, кто мог восстановить моё имя.

Я не вернулась в «Стерлинг Энтерпрайсис».

Я создала собственную фирму и взяла Томаса первым сотрудником. Он хранил мой журнал три года. Я дала ему работу на всю жизнь.

В день, когда с меня официально сняли обвинения, я снова надела то красное платье. Не ради Доминика и не ради Ричарда. Мне нужно было увидеть, как оно выглядит без страха.

Доминик ждал меня у здания комиссии. В его руке был тот самый бриллиантовый кулон.

— Я думал, ты оставила его себе, — сказала я.

— Он твой. Я просто хотел вернуть его правильно.

Я взяла украшение, но не позволила ему застегнуть цепочку.

— Доминик.

— Да?

— Если ты хочешь быть рядом, не становись моим спасителем.

Он кивнул.

— Тогда кем мне быть?

Я посмотрела на папку с моим настоящим делом, лежавшую у меня под мышкой.

— Свидетелем. И человеком, который не отворачивается, когда я сама иду вперёд.

На следующий день я выступала перед комиссией и называла все счета по памяти. Томас включал лампы над таблицами. Беатрис сидела в первом ряду. Леонардо — рядом с ней, без фамильного перстня.

Когда я закончила, председатель спросил, хочу ли я добавить что-нибудь к показаниям.

Я достала из кармана маленький ключ от банковской ячейки — тот самый, который Ричард принёс на свадьбу.

— Да, — сказала я. — Откройте её. Там лежит не прошлое. Там лежит имя человека, который помогал Маркусу.

Доминик поднял голову.

Я повернула ключ в ладони, и металл тихо звякнул о стол.

— На этот раз, — сказала я, — дверь открою я.

Оцените статью