ЧАСТЬ 4
…Я не почувствовала, как стул ударился о стену. В голове осталась только одна мысль: моя дочь Лора была на аэродроме.
Она приехала туда утром на школьный день открытых дверей. Я сама подписала разрешение, потому что знала: после совещания смогу увидеть её перед вылетом учебной группы. Она должна была ждать у северного ангара вместе с другими детьми.
— Уберите гражданских из зоны, — сказала я.
Связистка схватила телефон.
— Северный ангар, немедленно вывести посетителей. Повторяю, немедленно.
Из динамика донёсся треск.
— Не можем. На стоянке застрял автобус, ворота не открываются.
Кларк побледнел.
— Я приказал закрыть северные ворота.
Харрис посмотрел на него.
— Зачем?
— Чтобы не было движения во время тренировки.
Раймонд дёрнулся к карте.
— Это не случайность. Если самолёт отклонится от ложного маршрута, его посадят в коридор над ангаром. Пилот увидит гражданские машины слишком поздно.
Я повернулась к нему.
— Откуда ты знаешь?
Он провёл пальцем по схеме.
— Потому что резервный коридор проектировал я. Кларк взял не ту таблицу. Он смешал старую схему с обновлёнными координатами.
— И ты молчал?
Раймонд посмотрел на меня, и его лицо впервые не пыталось казаться важнее остальных.
— Я думал, что смогу остановить Кларка до взлёта.
— Ты пришёл на совещание, чтобы унизить меня.
— Я пришёл, чтобы заставить тебя уйти от стола. Если бы ты не подписала приказ, Кларк не смог бы использовать его против тебя.
— Ты бросил мою сумку на пол.
— Я хотел, чтобы все поверили: ты не понимаешь, что происходит.
— И сам поверил.
Он отвёл взгляд.
— Да.
Радиосвязь ожила.
— Борт «Сокол-два», это центр управления. Ваши координаты неверны. Немедленно сменить курс на запад.
В ответ раздался голос пилота:
— Центр, повторите. Мы получили утверждённый маршрут с подписью командира крыла.
У меня внутри всё сжалось. Подделанная бумага уже стала для экипажа приказом.
— Дайте мне канал, — сказала я.
— Канал открыт.
— «Сокол-два», говорит полковник Саттон. Отменяю предыдущий маршрут. Выполняйте курс три-девять-семь. Высота четырнадцать тысяч. Подтвердите.
Несколько секунд было слышно только дыхание.
— Полковник, код подтверждения не совпадает.
Кларк тихо выругался.
— Он изменил и код, — сказал Раймонд.
Я повернулась к нему.
— Тогда помоги мне.
Он подошёл к пульту.
— Запроси старый гражданский канал. Я передам резервную последовательность через маяк.
Харрис вскинулся.
— Гражданский канал не используется в военной операции.
— Зато его принимают все бортовые системы, — ответил Раймонд. — Если он ошибается, я отвечу лично.
Генерал Вэнс кивнул.
— Делайте.
Раймонд назвал последовательность цифр. Пальцы у него дрожали. Я видела это и понимала: впервые за много лет он говорил не ради впечатления.
Связистка передала код.
Через минуту пилот ответил:
— «Сокол-два» меняет курс. Видим западный коридор.
— Высота? — спросила я.
— Подтверждена.
— Северный ангар всё ещё закрыт, — доложили мне. — Дети внутри.
Я бросилась к внутренней связи.
— Лора Саттон, если ты меня слышишь, подними красный флажок у выхода. Не отходи от учителя.
Тишина.
Потом детский голос, слабый, но отчётливый:
— Мама, я здесь.
Я закрыла глаза всего на секунду.
— Лора, слушай меня. Иди за миссис Ривз. Не беги.
— А ты придёшь?
Я посмотрела на карту, на движущуюся отметку самолёта и на Раймонда, который стоял у пульта с застывшей рукой.
— Я уже иду.
Связистка сообщила, что ворота открыты. Автобус начал двигаться. В небе «Сокол-два» пересёк опасную границу и вышел из закрытого сектора всего за сорок секунд до появления тренировочной группы.
На экране зелёная отметка замерла в безопасном коридоре.
— Экипаж в порядке, — сказала связистка.
Я не успела выдохнуть, потому что генерал Вэнс повернулся к Кларку.
— Вы подделали приказ, передали координаты и закрыли ворота, где находились дети. Что вы скажете?
Кларк смотрел на меня.
— Я не знал, что там будет ваша дочь.
— Но знал, что там будут люди, — ответила я.
Он опустил голову.
— Я хотел только должность.
— Нет, — сказала я. — Ты хотел, чтобы должность досталась тебе после моей ошибки. Это не одно и то же.
Генерал вызвал службу безопасности базы и приказал передать материалы военным юристам. Я не стала просить мягкости для Кларка. Но и не стала требовать для него показательного унижения. Он сам выбрал цену, когда поставил подпись.
Раймонд остался у стола.
— Вивиан, — сказал он, — я понимаю, что ты никогда не простишь меня.
— Ты не знаешь, что я понимаю.
— Тогда скажи.
Я взяла со стола свою кожаную сумку. На застёжке осталась свежая царапина от ковра.
— Я понимаю, почему ты пятнадцать лет говорил громче меня. Если признать, что я действительно летаю, тебе пришлось бы признать: рядом с тобой есть человек, которого нельзя уменьшить шуткой.
Он сжал губы.
— Я боялся выглядеть никем.
— Поэтому сделал никем меня.
Линда подошла к нему. В руках у неё была та самая папка с платежами.
— Раймонд, я сегодня подаю на развод, — сказала она.
Он повернулся к ней.
— Линда…
— Не объясняй. Я слышала достаточно.
Она положила папку на стол и вышла вслед за Харрисом. Раймонд не двинулся.
Через час я встретила Лору у северного ангара. Она вцепилась в мою форму обеими руками и прижалась щекой к моему шеврону.
— Твой дядя правда пилот? — спросила она.
— Когда-то был.
— А ты?
Я посмотрела на взлётную полосу. На дальнем краю техники готовили к посадке самолёт «Сокола-два», тот самый, который едва не попал в ловушку.
— Я командир, — ответила я.
Лора задумалась.
— Тогда почему он сидел на твоём месте?
Я улыбнулась, но не стала говорить, что некоторые люди занимают чужие кресла только до тех пор, пока настоящий хозяин не возвращается.
Вместо этого я достала из сумки старую металлическую бирку с номером первого самолёта, которым командовала. Я носила её пятнадцать лет внутри кармана, рядом с документами, и никогда никому не показывала.
Лора провела пальцем по выбитым цифрам.
— Она настоящая?
— Очень.
На дорожке появился Раймонд. Его сопровождал сотрудник службы безопасности, но он остановился на расстоянии и не подошёл.
— Полковник Саттон, — сказал он.
Я подняла взгляд.
— Что?
— Можно один вопрос?
— Один.
Он посмотрел на самолёт, затем на мою дочь.
— Почему ты никогда не сказала мне, кто ты?
Я ответила не сразу.
— Потому что мне не нужно было, чтобы ты разрешал мне быть собой.
Раймонд кивнул. Потом повернулся и пошёл обратно к зданию, уже не оглядываясь на кресло в зале.
Лора снова посмотрела на металлическую бирку.
— Мама, а можно я сохраню её?
Я вложила бирку ей в ладонь.
— Можно. Но однажды ты должна будешь узнать, откуда она взялась.
Над аэродромом прошёл «Сокол-два». Пилот качнул крыльями, увидев командный пункт. Лора подняла руку с моей старой биркой, и солнечный блик пробежал по выбитым цифрам.
Я смотрела на самолёт и слышала в рации спокойный голос экипажа:
— Курс подтверждён. Мы возвращаемся домой.
Пропустили начало?


