Я рухнула на мраморный пол прямо перед алтарём, и мужчина, которого считали самым опасным человеком Чикаго, поймал меня на руки.
За три минуты до свадьбы Артура Романо двери собора распахнулись так резко, что ударились о каменные стены. Почти тысяча гостей обернулась. Я стояла в проходе под ледяным дождём, промокшая до нитки, с тяжёлым животом под тонким платьем и болью, которая пульсировала за глазами.
Артур должен был жениться на Вивиан Крофт.
А я носила его ребёнка.
— Артур, — выдохнула я.
Мой голос утонул под шёпотом гостей, но он услышал. Жених медленно повернул голову, и выражение его лица изменилось так резко, что даже охранники у колонн напряглись. Он смотрел на меня, будто увидел не женщину, а призрака из жизни, которую сам похоронил.
— Хлоя?
Я хотела ответить, но пол качнулся. Колени подогнулись. Артур сорвался с места, подхватил меня за секунду до удара и опустился на одно колено, удерживая мою голову.
— Смотри на меня. Хлоя, не закрывай глаза.
Мокрое пальто распахнулось. Его взгляд упал на мой живот. Рука замерла в нескольких сантиметрах от ткани.
— Сколько? — спросил он хрипло.
— Тридцать недель.
Он быстро пересчитал месяцы. Я видела, как догадка прошла по его лицу.
— Ребёнок мой?
У меня хватило сил только на злость.
— А чей ещё?
Он прижал меня крепче, а я схватила его за лацкан смокинга.
— Вино, — прошептала я.
— Что?
Я повернула голову к серебряной чаше у алтаря. Она стояла среди белых лилий, блестя в холодном свете витражей.
— Не пей из неё.
Артур проследил за моим взглядом.
За два месяца до этого он исчез из моей жизни без единого объяснения. Не пришёл в закусочную, где мы познакомились. Не ответил на звонки. Не оставил записки. А потом я увидела объявление о помолвке с Вивиан Крофт — наследницей семьи, враждовавшей с Романо почти двадцать лет.
Я смотрела на фотографию, босая, с положительным тестом на беременность возле раковины, и думала, что Артур просто понял: обычная женщина с маленькой закусочной не должна входить в его мир.
Я ненавидела его.
Но утром услышала в дальнем кабинете закусочной разговор двух мужчин из семьи Крофт.
— Он выпьет из чаши, и всё закончится до десерта, — рассмеялся один.
Я побежала под дождём, хотя врач запретил мне ходить даже до соседнего квартала. Давление было опасно высоким. Но мысль об Артуре, который поднимет серебряный кубок и умрёт перед сотнями людей, гнала меня вперёд.
Теперь отец Вивиан поднялся с первой скамьи.
— Что именно вы пытаетесь нам предъявить? — спросил он.
Артур не сводил глаз с невесты.
— Вивиан, ты знала, что она беременна?
Её белая фата дрогнула. Она не ответила сразу.
И именно это напугало меня сильнее всего.
По обеим сторонам прохода мужчины одновременно потянулись под пиджаки. Священник отступил от алтаря. Артур одной рукой удерживал меня, а другой медленно потянулся к чаше…
ЧАСТЬ 2
…но его правая рука резко перехватила запястье.
— Не трогай, — сказал Марко Беллини, ближайший человек Артура. — Пока никто не знает, что внутри.
В соборе стало так тихо, что я услышала, как с моего пальто капает вода на мрамор.
— Уберите оружие, — приказал Артур.
— Ты серьёзно собираешься слушать эту женщину? — спросил Виктор Крофт, отец Вивиан. — Она врывается на свадьбу, обвиняет мою семью и пугает гостей.
— Она не похожа на женщину, которая пришла сюда ради сцены, — ответил Артур.
Вивиан спустилась с возвышения. Её туфля задела край ковра, но она даже не посмотрела вниз.
— Хлоя, что именно ты слышала?
— Двое мужчин сидели в дальней кабинке. Один назвал тебя по имени. Второй сказал, что Артур умрёт после первого тоста.
— И ты решила поверить случайному разговору?
— Я поверила тому, как ты сейчас смотришь на эту чашу.
На лице Вивиан мелькнула боль. Но Виктор мгновенно встал между нами.
— Достаточно. Охрана, выведите её.
— Никто не прикоснётся к ней, — произнёс Артур.
Его голос был негромким, однако трое мужчин у дверей остановились.
Марко взял чашу салфеткой и поставил на боковой стол.
— Нужно проверить напиток.
— Проверять будем не только напиток, — сказал Артур. — Закройте выходы.
Мой живот болезненно напрягся. Я вцепилась в его рукав.
— Мне плохо.
Он сразу повернулся ко мне.
— Вызвать врача?
— Не знаю. Голову словно разрывает.
Вивиан неожиданно сняла с себя длинную жемчужную накидку и набросила мне на плечи.
— Она вся мокрая, — сказала она.
Я посмотрела на неё.
— Ты знала о ребёнке?
Её пальцы сжали застёжку накидки.
— Да.
Артур застыл.
— Откуда?
— Виктор показал мне снимок. Он сказал, что ты используешь беременность, чтобы разрушить наш союз.
— Ты поверила ему?
— Я поверила тому, что он говорил каждый день, — ответила Вивиан. — Что ты уйдёшь от меня, как только получишь власть над двумя семьями.
Виктор резко ударил ладонью по столу.
— Ты забываешься.
— Нет, папа. Я слишком долго помнила всё.
Марко вернулся с маленьким стеклянным флаконом.
— В напитке что-то есть. Запах горького миндаля.
Виктор побледнел, но тут же указал на меня.
— Она могла сама подмешать яд, чтобы сорвать свадьбу.
Артур медленно поднялся, не выпуская моей руки.
— Тогда почему ты так испугался, Виктор?
Виктор попятился.
С галереи над входом донёсся скрип. Старый смотритель собора, Томас Рид, спускался по лестнице, прижимая к груди кожаную книгу.
— Я должен кое-что сказать, — произнёс он.
Виктор повернул голову.
— Томас, не смей.
Смотритель побледнел.
Потом открыл книгу на странице с утренними записями и показал её Артуру…
ЧАСТЬ 3
…Внизу стояла подпись Вивиан Крофт.
— Это не моя подпись, — сказала она.
Томас покачал головой.
— Я видел, как вы подписывали страницу в семь сорок утра. Вы принесли чашу из боковой ризницы и сказали, что это распоряжение вашего отца.
Виктор шагнул к нему.
— Ты старик и ничего не понимаешь.
— Я понимаю, что вы приказали мне никого не подпускать к алтарю, — ответил Томас. — И понимаю, что потом ваш помощник принёс маленький свёрток и положил его рядом с чашей.
В соборе прошёл гул.
Артур посмотрел на Вивиан.
— Ты принесла чашу?
Она закрыла глаза.
— Да. Но я не знала, что в ней яд. Папа сказал, что это часть обряда.
— А свёрток?
Вивиан достала из кармана смятый листок.
— Его оставили у меня утром. Там было написано: «После первого тоста Романо погибнет. Если заговоришь, погибнет Хлоя».
Я почувствовала, как холод проходит не по коже, а прямо сквозь неё.
— Почему ты не предупредила меня? — спросила я.
— Потому что рядом с моим домом всю ночь стояли люди отца. Я думала, что смогу остановить его сама. Я приказала заменить чашу перед церемонией, но он заметил и вернул прежнюю.
Марко поставил флакон на стол.
— Тогда яд приготовил не Виктор лично. Кто-то имел доступ к кухне.
Томас перелистнул книгу.
— Вот ещё одна запись. В шесть пятьдесят к ризнице приходил Леон Крофт, двоюродный брат Виктора. Он забрал коробку с лекарственными травами.
Виктор резко повернулся к выходу.
— Закройте двери! — крикнул Артур.
Но было поздно. В боковом проходе раздался хлопок, и один из охранников упал, прижав руку к плечу. Гости закричали. Мужчины Артура вытащили оружие.
Вивиан бросилась ко мне, прикрыв живот своим телом.
— Не трогайте её!
Из-за колонны вышел Леон. В руке он держал пистолет, а в другой — маленькую металлическую коробку.
— Виктор, ты обещал, что после смерти Артура всё достанется мне, — сказал он. — А теперь хочешь свалить всё на меня?
Виктор отшатнулся.
— Замолчи.
— Скажи им, кто подписал распоряжение о переводе денег. Скажи, кто купил людей в кухне.
Артур посмотрел на книгу Томаса, потом на листок Вивиан.
— Где моя мать? — спросил он.
Никто не ответил.
Леон усмехнулся.
— Вот теперь ты понял. Она у нас. И если ты не отдашь мне ключ от хранилища Романо до полуночи, старушка не доживёт до утра…
В папке из клиники Артур увидел то, чего не ждал…
Я думала, что худшее закончилось после пожара. Но одна запись врача перевернула смысл всей этой свадьбы.
«Вы беременны не одним ребёнком»
Артур побледнел, а я услышала два сердцебиения.
👇 Финал этой истории уже открыт
