Макс смеялся перед полутора сотнями гостей, пока я стояла рядом с Эдвардом и чувствовала, как под платьем холодеют ладони.
— Он? Твой парень? — Макс ткнул подбородком в сторону Эдварда. — Не смеши меня, Марина. Такой мужчина никогда бы не выбрал тебя.
Клэр положила пальцы ему на локоть и тихо хихикнула. На её запястье блестел браслет, который когда-то подарили мне, когда мы с Максом ещё называли себя семьёй.
Я заставила себя поднять подбородок.
— Поздравляю, Макс. Надеюсь, ты будешь счастлив.
— Неужели ты действительно заплатила ему за этот спектакль? — продолжил он. — Или он работает бесплатно, потому что пожалел тебя?
Внутри меня будто лопнула последняя тонкая струна. Я видела дочерей у фонтана: десятилетняя Алина держала за руку трёхлетнюю Соню и смотрела на меня огромными испуганными глазами. Они слышали каждое слово.
Эдвард не повысил голоса. Он только снял с лацкана маленькую деревянную булавку в форме домика. Я сама подарила её ему после того, как он однажды просидел со мной в переговорной до ночи, пока я плакала из-за развода.
— Макс, — сказал он, — ты пригласил нас сюда. Значит, я принёс подарок.
— Подарок? — Макс усмехнулся. — Для меня?
— Для тебя и Клэр. Он очень подходит к вашей свадьбе.
Эдвард кивнул официанту, и тот принёс большую коробку, перевязанную кремовой лентой. Коробка была тяжёлая: картон прогнулся у нижнего угла, а из-под крышки пахло свежим деревом.
Я посмотрела на Эдварда.
— Ты не обязан был ничего ему дарить.
— Обязан, — тихо ответил он. — Иногда человеку нужно вручить именно то, что он сам давно потерял.
Макс засмеялся громче, стараясь привлечь внимание гостей.
— Марина, ты видишь? Он уже говорит загадками. Как трогательно. Может, внутри медаль за терпение к тебе?
За столами зашевелились люди. Кто-то поднял телефон. Клэр наклонилась к Максу и прошептала:
— Открой. Я хочу посмотреть, насколько далеко она зашла.
Мне стало трудно дышать. Я вспомнила день, когда Макс собирал чемодан и говорил, что я «перестала за собой следить». Вспомнила, как стояла перед зеркалом в ванной и пыталась найти в собственном лице причину его измены.
Эдвард коснулся моей руки.
— Ты можешь уйти.
— Нет, — прошептала я. — Девочки должны увидеть, что я не сломалась.
Макс сорвал ленту. Дерево внутри коробки тихо стукнуло о стенки. Он поднял крышку, сунул руку под белую бумагу и вытащил плоский свёрток.
— Ну же, — сказала Клэр. — Покажи всем.
Макс потянул за край упаковки, и в этот момент Эдвард сделал шаг вперёд…
ЧАСТЬ 2
Эдвард перехватил свёрток и сам снял бумагу. Под ней оказался высокий деревянный макет дома, выкрашенный в тёплый медовый цвет. На крыше стояла крошечная фигурка женщины с двумя девочками. На металлической табличке блестела надпись: «Дом — это место, где детей не заставляют выбирать».
Улыбка Макса дрогнула.
— Это что, издёвка? — спросил он.
— Нет, — ответил Эдвард. — Это подарок твоим дочерям. Но я решил, что сначала его должен увидеть ты.
Алина с Соней подошли ближе. Соня провела пальцем по маленькому окошку.
— Это наш дом? — спросила она.
— Такой, каким он должен быть, — сказал Эдвард.
Макс резко забрал макет.
— Не втягивай моих детей в свои игры.
— Их втягивали не мы, — тихо сказала я.
В коробке под макетом лежала плоская папка. Я увидела знакомый красный уголок школьного бланка и почувствовала, как сердце ударило в горло.
Макс тоже заметил папку.
— Что там? — спросил он.
— То, что ты очень хотел спрятать, — ответил Эдвард.
Клэр побледнела.
— Макс, мы не договаривались об этом.
Он повернулся к ней.
— О чём ты говоришь?
Вокруг нас стало так тихо, что я услышала, как в бокале у ближайшего гостя звякнул лёд.
Эдвард не открыл папку. Он достал из кармана сложенный лист.
— Завтра в школе состоится встреча с семейным консультантом. Там будет человек, который видел, как твои дочери плакали после разговоров с тобой и Клэр.
Макс схватил меня за запястье.
— Ты устроила это?
— Я ничего не устраивала. Я просто перестала делать вид, что дети счастливы.
Алина вцепилась в юбку моего платья.
— Мама, не отдавай нас им.
Эта фраза разрезала меня сильнее любой насмешки. Макс отпустил руку, но тут же наклонился к девочкам.
— Вы же понимаете, что мама хочет забрать вас у папы?
Эдвард встал между ними.
— Ещё одно слово в таком тоне — и разговор закончится прямо сейчас.
Макс смотрел на него с ненавистью.
— Ты даже не знаешь, с кем связался.
— Знаю, — ответил Эдвард. — С человеком, который слишком долго молчал ради детей.
В этот момент к нам подошла женщина лет пятидесяти с папкой, прижатой к груди. Я узнала школьного консультанта Ольгу Сергеевну. Она посмотрела на Макса, затем на Клэр и сказала:
— Я пришла не на свадьбу. Я пришла рассказать, что произошло в кабинете психолога…
ЧАСТЬ 3
Ольга Сергеевна положила папку на край стола. Бумага шуршала под её пальцами, а Макс так резко выпрямился, будто его ударили.
— Вы не имеете права, — сказал он. — Это семейное дело.
— Пока дети не начали бояться говорить, — ответила она. — Потом это стало делом их безопасности.
Она вынула два листа.
— В понедельник Алина пришла ко мне после уроков. Она сказала, что отец велел ей на встрече с консультантом повторять: «Мама нестабильная, мама всё портит». В среду Соня плакала и спрашивала, можно ли спрятать её куклу у соседки, чтобы Клэр не выбросила её.
У меня подкашивались ноги.
— Почему вы не сказали мне сразу? — спросила я.
— Потому что Макс подписал разрешение на беседы только при условии, что вы не будете присутствовать, — сказала Ольга Сергеевна. — Но дети сами попросили, чтобы я записала их слова на бумаге. Вот их подписи.
Алина шагнула вперёд.
— Я не хотела говорить при папе. Он сказал, что если я выберу маму, он больше не будет меня забирать.
— Это неправда! — выкрикнул Макс.
Клэр отступила от него.
— Ты говорил, что девочки уже согласились жить у нас.
Макс повернул к ней лицо.
— Замолчи.
— Ты сказал, что Марина выглядит жалко и никто ей не поверит, — продолжила Клэр. — Ты хотел показать всем, что у неё нет семьи.
Гости за столами больше не прятали взгляды. Даже музыканты перестали перебирать струны.
Эдвард открыл папку и достал последний лист.
— Здесь твоя подпись, Макс. Согласие на постоянное проживание девочек у тебя и Клэр. Ты подал его в школу за три дня до свадьбы.
Я почувствовала не ярость, а ледяную пустоту.
— Ты хотел забрать их не потому, что они просили, — сказала я. — Ты хотел, чтобы я исчезла из их жизни.
Макс посмотрел на меня.
— Я хотел нормальную семью.
— Нет, — ответила Клэр. — Ты хотел красивую картинку.
Она сняла браслет и положила его на стол.
— Я не буду выходить за человека, который использует детей как украшение.
Макс схватил её за руку.
— Ты никуда не уйдёшь.
Клэр вырвалась, и в этот момент у входа зазвонил телефон Эдварда. Он взглянул на экран, нахмурился и протянул его мне.
На дисплее было сообщение от директора школы: «Марина, приезжайте немедленно. Макс уже отправил заявление, и в нём есть ещё одна подпись…»
Последняя подпись Макса перевернула всё для девочек…
Я думала, что худшее уже произошло на свадьбе. Но один документ показал, насколько далеко Макс готов был зайти.
«Ты хотел, чтобы она потеряла ещё и себя».
И после этого решение приняла уже я.
👇 Финал истории уже открыт
