Макс высмеял моего спутника на своей свадьбе, но после подарка Эдварда его улыбка исчезла

Макс смеялся перед полутора сотнями гостей, пока я стояла рядом с Эдвардом и чувствовала, как под платьем холодеют ладони.

— Он? Твой парень? — Макс ткнул подбородком в сторону Эдварда. — Не смеши меня, Марина. Такой мужчина никогда бы не выбрал тебя.

Клэр положила пальцы ему на локоть и тихо хихикнула. На её запястье блестел браслет, который когда-то подарили мне, когда мы с Максом ещё называли себя семьёй.

Я заставила себя поднять подбородок.

— Поздравляю, Макс. Надеюсь, ты будешь счастлив.

— Неужели ты действительно заплатила ему за этот спектакль? — продолжил он. — Или он работает бесплатно, потому что пожалел тебя?

Внутри меня будто лопнула последняя тонкая струна. Я видела дочерей у фонтана: десятилетняя Алина держала за руку трёхлетнюю Соню и смотрела на меня огромными испуганными глазами. Они слышали каждое слово.

Эдвард не повысил голоса. Он только снял с лацкана маленькую деревянную булавку в форме домика. Я сама подарила её ему после того, как он однажды просидел со мной в переговорной до ночи, пока я плакала из-за развода.

— Макс, — сказал он, — ты пригласил нас сюда. Значит, я принёс подарок.

— Подарок? — Макс усмехнулся. — Для меня?

— Для тебя и Клэр. Он очень подходит к вашей свадьбе.

Эдвард кивнул официанту, и тот принёс большую коробку, перевязанную кремовой лентой. Коробка была тяжёлая: картон прогнулся у нижнего угла, а из-под крышки пахло свежим деревом.

Я посмотрела на Эдварда.

— Ты не обязан был ничего ему дарить.

— Обязан, — тихо ответил он. — Иногда человеку нужно вручить именно то, что он сам давно потерял.

Макс засмеялся громче, стараясь привлечь внимание гостей.

— Марина, ты видишь? Он уже говорит загадками. Как трогательно. Может, внутри медаль за терпение к тебе?

За столами зашевелились люди. Кто-то поднял телефон. Клэр наклонилась к Максу и прошептала:

— Открой. Я хочу посмотреть, насколько далеко она зашла.

Мне стало трудно дышать. Я вспомнила день, когда Макс собирал чемодан и говорил, что я «перестала за собой следить». Вспомнила, как стояла перед зеркалом в ванной и пыталась найти в собственном лице причину его измены.

Эдвард коснулся моей руки.

— Ты можешь уйти.

— Нет, — прошептала я. — Девочки должны увидеть, что я не сломалась.

Макс сорвал ленту. Дерево внутри коробки тихо стукнуло о стенки. Он поднял крышку, сунул руку под белую бумагу и вытащил плоский свёрток.

— Ну же, — сказала Клэр. — Покажи всем.

Макс потянул за край упаковки, и в этот момент Эдвард сделал шаг вперёд…

ЧАСТЬ 2

Эдвард перехватил свёрток и сам снял бумагу. Под ней оказался высокий деревянный макет дома, выкрашенный в тёплый медовый цвет. На крыше стояла крошечная фигурка женщины с двумя девочками. На металлической табличке блестела надпись: «Дом — это место, где детей не заставляют выбирать».

Улыбка Макса дрогнула.

— Это что, издёвка? — спросил он.

— Нет, — ответил Эдвард. — Это подарок твоим дочерям. Но я решил, что сначала его должен увидеть ты.

Алина с Соней подошли ближе. Соня провела пальцем по маленькому окошку.

— Это наш дом? — спросила она.

— Такой, каким он должен быть, — сказал Эдвард.

Макс резко забрал макет.

— Не втягивай моих детей в свои игры.

— Их втягивали не мы, — тихо сказала я.

В коробке под макетом лежала плоская папка. Я увидела знакомый красный уголок школьного бланка и почувствовала, как сердце ударило в горло.

Макс тоже заметил папку.

— Что там? — спросил он.

— То, что ты очень хотел спрятать, — ответил Эдвард.

Клэр побледнела.

— Макс, мы не договаривались об этом.

Он повернулся к ней.

— О чём ты говоришь?

Вокруг нас стало так тихо, что я услышала, как в бокале у ближайшего гостя звякнул лёд.

Эдвард не открыл папку. Он достал из кармана сложенный лист.

— Завтра в школе состоится встреча с семейным консультантом. Там будет человек, который видел, как твои дочери плакали после разговоров с тобой и Клэр.

Макс схватил меня за запястье.

— Ты устроила это?

— Я ничего не устраивала. Я просто перестала делать вид, что дети счастливы.

Алина вцепилась в юбку моего платья.

— Мама, не отдавай нас им.

Эта фраза разрезала меня сильнее любой насмешки. Макс отпустил руку, но тут же наклонился к девочкам.

— Вы же понимаете, что мама хочет забрать вас у папы?

Эдвард встал между ними.

— Ещё одно слово в таком тоне — и разговор закончится прямо сейчас.

Макс смотрел на него с ненавистью.

— Ты даже не знаешь, с кем связался.

— Знаю, — ответил Эдвард. — С человеком, который слишком долго молчал ради детей.

В этот момент к нам подошла женщина лет пятидесяти с папкой, прижатой к груди. Я узнала школьного консультанта Ольгу Сергеевну. Она посмотрела на Макса, затем на Клэр и сказала:

— Я пришла не на свадьбу. Я пришла рассказать, что произошло в кабинете психолога…

ЧАСТЬ 3

Ольга Сергеевна положила папку на край стола. Бумага шуршала под её пальцами, а Макс так резко выпрямился, будто его ударили.

— Вы не имеете права, — сказал он. — Это семейное дело.

— Пока дети не начали бояться говорить, — ответила она. — Потом это стало делом их безопасности.

Она вынула два листа.

— В понедельник Алина пришла ко мне после уроков. Она сказала, что отец велел ей на встрече с консультантом повторять: «Мама нестабильная, мама всё портит». В среду Соня плакала и спрашивала, можно ли спрятать её куклу у соседки, чтобы Клэр не выбросила её.

У меня подкашивались ноги.

— Почему вы не сказали мне сразу? — спросила я.

— Потому что Макс подписал разрешение на беседы только при условии, что вы не будете присутствовать, — сказала Ольга Сергеевна. — Но дети сами попросили, чтобы я записала их слова на бумаге. Вот их подписи.

Алина шагнула вперёд.

— Я не хотела говорить при папе. Он сказал, что если я выберу маму, он больше не будет меня забирать.

— Это неправда! — выкрикнул Макс.

Клэр отступила от него.

— Ты говорил, что девочки уже согласились жить у нас.

Макс повернул к ней лицо.

— Замолчи.

— Ты сказал, что Марина выглядит жалко и никто ей не поверит, — продолжила Клэр. — Ты хотел показать всем, что у неё нет семьи.

Гости за столами больше не прятали взгляды. Даже музыканты перестали перебирать струны.

Эдвард открыл папку и достал последний лист.

— Здесь твоя подпись, Макс. Согласие на постоянное проживание девочек у тебя и Клэр. Ты подал его в школу за три дня до свадьбы.

Я почувствовала не ярость, а ледяную пустоту.

— Ты хотел забрать их не потому, что они просили, — сказала я. — Ты хотел, чтобы я исчезла из их жизни.

Макс посмотрел на меня.

— Я хотел нормальную семью.

— Нет, — ответила Клэр. — Ты хотел красивую картинку.

Она сняла браслет и положила его на стол.

— Я не буду выходить за человека, который использует детей как украшение.

Макс схватил её за руку.

— Ты никуда не уйдёшь.

Клэр вырвалась, и в этот момент у входа зазвонил телефон Эдварда. Он взглянул на экран, нахмурился и протянул его мне.

На дисплее было сообщение от директора школы: «Марина, приезжайте немедленно. Макс уже отправил заявление, и в нём есть ещё одна подпись…»

ФИНАЛЬНАЯ ЧАСТЬ

Последняя подпись Макса перевернула всё для девочек…

Я думала, что худшее уже произошло на свадьбе. Но один документ показал, насколько далеко Макс готов был зайти.

В финале Эдвард сказал Максу:
«Ты хотел, чтобы она потеряла ещё и себя».
И после этого решение приняла уже я.

😱 УЗНАТЬ, ЧТО ОНИ СКРЫВАЛИ →

👇 Финал истории уже открыт

Оцените статью