ЧАСТЬ 4 — Полиция сообщила мне о смерти мужа, пока он спал рядом, но после опознания его кольца следователь побледнел

ЧАСТЬ 4

— К человеку, который утром придёт за Оливией…

Мартинес не договорил. Его телефон снова завибрировал, и на этот раз он включил громкую связь.

— Доктор Левин подтверждает совпадение, — сказал женский голос. — Кровь на ремне принадлежит Артуру Кейну.

Марта закрыла рот ладонью.

Матео поднялся.

— Он жив?

— В реанимации, — ответил Мартинес. — Но перед операцией назвал адрес. Сказал, что Кейн приказал ему забрать папку из дома Картеров.

Я посмотрела на папку у себя в руках.

Восемь месяцев я думала, что мой муж просто переживает тяжёлый период. Он стал забывать встречи, раздражался из-за мелочей, закрывал телефон экраном вниз. Я списывала всё на долги и усталость.

А рядом со мной жил другой человек, который каждую ночь боялся, что его узнают.

— Почему ты не сказал мне? — спросила я Матео.

— Потому что Даниэль запретил.

— Он был мёртв восемь месяцев?

Матео сжал пальцы.

— Нет. Восемь месяцев назад он ещё был жив.

Марта резко отвернулась.

— Ты говорил, что он исчез в тот день.

— Он исчез после того, как узнал о заводских сбросах. Кейн заметил его раньше, чем мы думали. Даниэль передал мне копии документов и велел не искать его, пока я не получу доступ к фонду.

Я уставилась на него.

— Ты знал, что он может быть жив?

— До сегодняшней ночи — да.

Это было хуже, чем я ожидала.

Я вспомнила все вечера, когда обнимала Матео, думая, что это мой муж. Все разговоры о детях, которых мы когда-нибудь заведём. Все его осторожные ответы. Он не просто скрывал имя. Он позволял мне любить человека, которого рядом не было.

— Выйдите, — сказала я.

Матео сделал шаг ко мне.

— Оливия…

— Выйдите оба.

— Если Кейн придёт, тебе нельзя оставаться одной.

— Я уже восемь месяцев жила не с тем человеком. Думаю, ещё десять минут переживу.

Мартинес хотел возразить, но Марта остановила его взглядом.

Они ушли в коридор. Матео задержался.

— Даниэль просил передать тебе одну вещь, если не вернётся.

Он достал из кармана маленький ключ с медной биркой. На ней было выбито: «Ящик 214».

— Где он?

— На старом автовокзале.

— Почему ты не отдал его раньше?

Матео опустил голову.

— Потому что внутри лежит не только доказательство против Кейна. Там письмо тебе.

Я взяла ключ. Медная бирка оказалась тёплой от его ладони.

В 5:52 мы приехали к автовокзалу. Марта осталась в машине, Мартинес пошёл впереди. Под потолком гудели лампы, а из динамиков доносились обрывки объявлений. Ящик 214 открылся с резким металлическим щелчком.

Внутри лежали флешка, паспорт Даниэля Риверы и конверт с моим именем.

Я развернула письмо.

«Оливия, если это читает не я, значит, Матео всё-таки решил сказать тебе правду. Я знаю, что он поступит неправильно. Но он единственный, кто может довести дело до конца. Я не прошу тебя прощать его. Я прошу только не отдавать документы Кейну».

Под письмом была фотография. На ней Даниэль стоял у ворот завода, а рядом — мужчина в дорогом пальто.

Мартинес наклонился к снимку.

— Это не Кейн.

— Кто тогда?

Марта побледнела.

— Председатель фонда. Леонард Картер.

Я перечитала фамилию.

Мой свёкр.

Человек, который два года обнимал меня на семейных праздниках и называл дочерью.

В этот момент телефон Матео зазвонил. Он ответил и включил громкую связь.

— Оливия, — раздался голос Леонарда. — Ты уже нашла письмо?

У меня похолодели пальцы.

— Откуда вы знаете?

— Потому что я сам положил его в ящик. Даниэль был слишком упрям, чтобы понять: фонд никогда не принадлежал ему.

— Вы устроили аварию?

— Я приказал остановить его. Кейн вышел из машины живым. Твой муж — нет.

Матео шагнул к телефону.

— Ты убил моего брата.

— Нет, — спокойно ответил Леонард. — Я убрал угрозу. А ты должен был исчезнуть вместе с ним.

В трубке послышался звук приближающегося автомобиля.

Мартинес посмотрел на вход.

— Он приехал.

Через стеклянные двери автовокзала вошёл Леонард. В руке он держал не оружие, а старое свадебное кольцо.

Моё кольцо.

Он положил его на ладонь и сказал:

— Оливия, ты ведь хочешь узнать, почему Даниэль выбрал именно тебя?

Я сжала медный ключ.

— Говорите.

Леонард улыбнулся.

— Потому что страховой фонд был создан не для детей завода. Он был создан для тебя. Даниэль узнал, кто твой настоящий отец, и понял, что вся твоя жизнь построена на лжи.

Марта вскрикнула.

Матео отступил к стене.

А я посмотрела на фотографию, на которой рядом с Леонардом стоял молодой Даниэль, и заметила на его запястье тот самый тонкий ожог.

Не шрам Матео.

Даниэль был жив в ту ночь, когда позвонила полиция.

И он сам сидел за рулём машины, которая привела всех нас к этому ящику.

Я подняла глаза на Леонарда.

— Где он?

Леонард перестал улыбаться.

— В соседнем здании.

Из динамиков над нами вдруг раздалось хриплое объявление, а затем незнакомый мужской голос произнёс моё имя:

— Оливия, не верь им. Я всё ещё здесь.

На табло загорелся номер автобуса — 214.

И двери именно этого автобуса начали закрываться.

Оцените статью