ЧАСТЬ 4 — Я вытащила из реки огромного «пса», но через несколько часов его взгляд заставил моего друга попятиться

ЧАСТЬ 4

…Я услышала это в десять минут одиннадцатого, когда Мишу положили на раскладушку в кухне. Он был худой, грязный и весь дрожал. На запястье темнела глубокая красная полоса от верёвки.

— Кто ещё в лесу? — спросила я.

Миша смотрел не на меня, а на Руну, лежавшую у порога сарая.

— Женщина. Она помогла мне спрятаться.

Мама опустилась перед ним на колени.

— Какая женщина, Миша?

— Та, которую Павел запер под мостом.

Виктор Сергеевич резко выпрямился.

— Что ты видел?

Миша сглотнул. На его губах засохла кровь.

— Павел ловил волков и продавал их. А потом приехала женщина из службы охраны природы. Она нашла клетки. Павел ударил её и запер вместе со мной. Руна убежала, когда он повёл её к реке.

В сарае что-то скребнуло по двери.

Руна подняла голову.

Я выглянула во двор и увидела Павла Руденко у забора. В руках он держал не ведро с кормом, а длинный металлический шест. На конце поблёскивала петля.

— Отойдите от мальчика, — сказал он. — Вы не понимаете, насколько всё серьёзно.

Мама закрыла Мишу собой.

— Ты три дня держал моего сына под землёй!

— Он сам полез куда не просили.

Виктор Сергеевич встал между нами.

— А женщину тоже сама заперла?

Павел сжал шест.

— Она жива. Пока.

Руна зарычала так низко, что задрожали стёкла в кухонном окне. Павел отступил, но не ушёл. Его взгляд скользнул к пластине на её обруче.

— Отдайте жетон, и я уйду.

— Зачем он тебе? — спросила я.

— Потому что внутри есть отметка маршрута. Если её найдут, клуб рухнет.

Виктор Сергеевич посмотрел на меня.

— Лера, подай мне рюкзак.

Я передала его. Егерь вывернул вторую лямку и достал тонкую медную пластинку. На ней были выгравированы координаты и фамилии покупателей животных.

Павел бросился вперёд.

Руна перехватила его раньше. Она не вцепилась в руку, а ударила грудью, сбив мужчину в грязь. Металлическая петля отлетела к крыльцу.

— Не трогай его! — закричала я.

Руна тут же отступила, но осталась между нами и Павлом.

Через несколько минут к дому подъехали спасатели и сотрудники природоохранной службы. Виктор Сергеевич передал им пластинку и показал лаз под сенником. Павла увели не за красивыми словами и не за его должностью: его выдала собственная сумка, которую он уронил в грязь. Внутри нашли ключи от клеток, верёвки и список тех, кому он продавал пойманных животных.

Но Миша всё ещё держал меня за руку.

— Женщина под мостом, — повторил он. — Она сказала, что если Руна доберётся до тебя, ты найдёшь нас.

Мы пошли к реке. Было почти одиннадцать, мост скрипел под ветром, а вода блестела в свете фонарей. Руна бежала впереди, останавливаясь у каждого поворота. Под опорой моста мы обнаружили железную дверь, спрятанную за камышами.

За ней лежала женщина. Она была без сознания, но дышала. Руна легла рядом и положила морду ей на плечо, будто всё это время охраняла именно её.

Женщину звали Ольга. Она оказалась инспектором заповедника и рассказала, что Миша помог ей спрятать доказательства, когда Павел заметил их у клеток. Она успела связать координаты с жетоном Руны, но не успела выбраться.

Мама плакала, прижимая Мишу к себе. Я стояла рядом с Рунoй и гладила её сухую шерсть. Под пальцами я чувствовала старый обруч и глубокую царапину на металле — след того дня, когда она рванулась к реке, чтобы привести нас к спрятанным людям.

— Ты ведь могла просто уйти, — прошептала я.

Руна посмотрела на меня жёлтыми глазами.

Утром её должны были забрать в спасательную службу. Но перед самым отъездом Ольга попросила меня подойти к машине.

— Руна выбрала тебя первой, — сказала она. — Такое бывает редко. Если ты согласна, можешь приходить на занятия. Она будет работать с детьми, которых ищут в лесу.

Я посмотрела на мост, на реку и на свои ладони, всё ещё покрытые мелкими занозами.

— А если она снова уйдёт?

Ольга улыбнулась.

— Тогда сначала проверим, кого она пытается спасти.

Руна уже сидела в кузове. Миша поднял руку и показал ей жёлтый брелок, который всё это время держал в кармане.

Волк осторожно коснулся его носом.

И в тот миг из леса донёсся детский плач — далеко, за старым мостом.

Руна вскочила, а я услышала голос Ольги:

— Лера, беги за ней!

Оцените статью