ЧАСТЬ 4
— Маркус, — выдохнул Ричард.
Я знала это имя.
Маркус Вейл был партнёром Доминика в тех делах, о которых никогда не говорили вслух. Он помогал Костелло переводить деньги, покупал нужных людей и однажды исчез после неудачной сделки в Европе.
Доминик медленно повернулся к Ричарду.
— Ты хочешь сказать, что к моему человеку попали материалы Женевьевы?
Ричард понял, что сказал лишнее. На его шее вздулась жила.
— Я ничего не говорил.
— Ты назвал его имя.
Я отступила от обоих. Внутри всё смешалось: облегчение от найденных доказательств, страх перед новым предательством и злость на себя за то, что позволила Доминику приблизиться.
— Ты знал о Маркусе? — спросила я.
Доминик не отвёл взгляда.
— Я знал, что он работал со Стерлингом. Не знал, что он забрал материалы твоего дела.
— Но ты привёл меня сюда, заранее понимая, что твой мир может быть связан с моей тюрьмой.
— Я привёл тебя, потому что хотел дать тебе возможность ударить по Ричарду. Я не ожидал, что удар вернётся ко мне.
Его честность не успокоила. Она была слишком поздней и слишком опасной.
Томас Рид поднял коробку.
— Маркус не просто забрал копии. Он продал их Стерлингу. За это получил долю в фонде и обещание занять место Доминика.
В зале стало тесно от чужих взглядов. Даже оркестр перестал делать вид, что продолжает праздник.
— Где он? — спросил Доминик.
Томас указал на боковой коридор.
— В комнате для гостей. Он приехал с приглашением Ричарда.
Доминик передал папку своему охраннику и пошёл туда. Я двинулась следом.
За дверью пахло воском и дорогим табаком. Маркус стоял у камина, держа в руке бокал. На нём был безупречный чёрный костюм, а на пальце — тяжёлый перстень с гербом Костелло.
— Я надеялся, что ты поймёшь всё позже, Доминик, — сказал он.
— Ты купил мою семью, мою свадьбу и чужую свободу, — ответил Ричард, появившийся в дверях. — А теперь хочешь свалить всё на меня?
— Ты сам отдал мне доступ к счетам.
Я шагнула вперёд.
— А мне ты отдал два года жизни.
Маркус посмотрел на меня почти равнодушно.
— Вы были удобной заменой. Умной, но одинокой. Никто не стал бы бороться за вас.
Я почувствовала, как старый шрам под левым запястьем натянулся. В тюрьме я провела пальцем по нему всякий раз, когда хотела закричать. Сейчас кричать не хотелось.
— Ошибаешься, — сказала я.
Я достала из сумки копию журнала и положила её на каминную полку.
— Томас сохранил не всё. Остальное я восстановила по банковским кодам. В каждом переводе есть отметка, которую мог поставить только человек с доступом к внутренней системе Костелло.
Доминик посмотрел на страницу. Его лицо стало каменным.
— Маркус.
— Да, — сказала я. — Он не просто помогал Стерлингу. Он годами списывал деньги и прятал их под именами ваших союзников. Моё дело стало его ширмой.
Маркус усмехнулся.
— И что ты сделаешь? Расскажешь всё людям, которые пришли сюда за шампанским?
— Уже рассказала.
Я указала на маленький столик у стены. Там лежал телефон Томаса, подключённый к колонке для объявлений. Гости в бальном зале слышали каждый звук из комнаты.
Маркус бросился к аппарату, но Доминик загородил ему дорогу.
— Ты использовал моё имя, — тихо сказал он.
— Я сделал тебя сильнее.
— Ты сделал меня слепым.
В этот момент вошла Беатрис. На её лице были слёзы, но голос звучал твёрдо.
— Отец, я подписываю отказ от фонда.
Ричард резко обернулся.
— Ты не посмеешь.
— Посмею. И отдам документы Женевьеве.
Леонардо появился за ней.
— Я тоже подпишу показания. Я не знал о краже, но моя подпись там есть. Я отвечу за неё.
Я посмотрела на него. Он потерял свадьбу, фамильное одобрение и, вероятно, всю карьеру. Но впервые сделал выбор сам.
Ричард схватил дочь за плечо.
— Ты уничтожишь семью!
— Нет, папа, — сказала Беатрис. — Ты уничтожил её, когда решил, что чужая жизнь дешевле твоей.
Доминик забрал у Маркуса перстень. Тот не сопротивлялся. Его власть закончилась не из-за стражи и не из-за громких угроз. Просто все увидели, кому он служил на самом деле.
Позже, уже в пустом коридоре, Доминик протянул мне конверт с банковскими документами.
— Здесь достаточно, чтобы вернуть тебе деньги и оплатить новое расследование.
— Я не хочу, чтобы ты покупал мне справедливость.
— Тогда возьми это как долг. Я обязан его вернуть.
Я посмотрела на бумаги.
— А если я не прощу тебя за Маркуса?
— Не прощай. Но не отказывайся от того, что принадлежит тебе.
В медицинском центре судья Салливан подписал заявление до рассвета. Он признался, что получил от Маркуса деньги за закрытие дела и что Ричард подменил страницы в архиве. Томас подтвердил каждую цифру. Беатрис передала фонд независимому управляющему, а Леонардо отказался от имущества отца и начал сотрудничать с расследованием.
Ричард потерял не только компанию. Он потерял семью, которая больше не соглашалась носить его ложь.
Маркус исчез из города до рассвета, но оставил после себя счета, подписи и людей, которым пришлось выбирать между страхом и правдой. Доминик разорвал с ним все связи и лично передал финансовые документы тем, кто мог восстановить моё имя.
Я не вернулась в «Стерлинг Энтерпрайсис».
Я создала собственную фирму и взяла Томаса первым сотрудником. Он хранил мой журнал три года. Я дала ему работу на всю жизнь.
В день, когда с меня официально сняли обвинения, я снова надела то красное платье. Не ради Доминика и не ради Ричарда. Мне нужно было увидеть, как оно выглядит без страха.
Доминик ждал меня у здания комиссии. В его руке был тот самый бриллиантовый кулон.
— Я думал, ты оставила его себе, — сказала я.
— Он твой. Я просто хотел вернуть его правильно.
Я взяла украшение, но не позволила ему застегнуть цепочку.
— Доминик.
— Да?
— Если ты хочешь быть рядом, не становись моим спасителем.
Он кивнул.
— Тогда кем мне быть?
Я посмотрела на папку с моим настоящим делом, лежавшую у меня под мышкой.
— Свидетелем. И человеком, который не отворачивается, когда я сама иду вперёд.
На следующий день я выступала перед комиссией и называла все счета по памяти. Томас включал лампы над таблицами. Беатрис сидела в первом ряду. Леонардо — рядом с ней, без фамильного перстня.
Когда я закончила, председатель спросил, хочу ли я добавить что-нибудь к показаниям.
Я достала из кармана маленький ключ от банковской ячейки — тот самый, который Ричард принёс на свадьбу.
— Да, — сказала я. — Откройте её. Там лежит не прошлое. Там лежит имя человека, который помогал Маркусу.
Доминик поднял голову.
Я повернула ключ в ладони, и металл тихо звякнул о стол.
— На этот раз, — сказала я, — дверь открою я.
Пропустили начало?



