Я рухнула на персидский ковёр Лоренцо Марчези в тот момент, когда за моей спиной захлопнулась дверь, а его охранник всё ещё держал меня за плечо.
Боль вспыхнула под ключицей так резко, что я перестала чувствовать пальцы. Мокрый плащ распахнулся, дешёвая блузка прилипла к коже, и вся комната увидела то, что я два года прятала под высоким воротом: жёлтые пятна на рёбрах, багровые следы на руках и пять тёмных отпечатков на горле.
— Руки убрал, — сказал Лоренцо.
Он не повысил голоса. От этого стало страшнее.
Охранник отступил, будто мои синяки могли обжечь его сквозь воздух. Я лежала щекой на ковре, пахнущем пылью, табаком и дорогим воском, и думала только об одном: если меня сейчас выкинут обратно на улицу, Аарон найдёт меня до рассвета.
— Мне нужна Сара, — прошептала я. — Она работает в гардеробе. Я не хотела сюда заходить.
— Ты едва стоишь, — ответил мужчина возле двери. — О каком Аароне ты говоришь?
Я подняла глаза. Лоренцо Марчези стоял передо мной в безупречном костюме, но смотрел не на грязный плащ и не на кровь у моего виска. Он смотрел на мою шею так, будто там была карта, по которой можно было найти убийцу.
— Не называйте его имя, — сказала я. — Он служит в полиции.
В комнате за круглым столом сидел советник Томас Райт. Он побледнел, сжал стакан и уставился на меня.
— Лоренцо, это может быть ловушка, — произнёс он. — Вызови людей и отвези её в больницу.
— Она не доедет, — ответил Лоренцо.
Он опустился на колено рядом со мной. От ткани его брюк исходил запах холодного дождя, а на запонке блеснула маленькая трещина, будто металл однажды уже пережил удар.
— Как тебя зовут?
— Хлоя.
— Хлоя, кто это сделал?
Я попыталась вдохнуть и закашлялась. Внутри рёбер будто заскребли ножом.
— Детектив Аарон Миллер. Он знает, где я была. Он знает всех диспетчеров. Он сказал, что если я заговорю, меня объявят преступницей.
Томас резко поднялся.
— Ты должна уйти, Марчези. Прямо сейчас.
Лоренцо даже не повернул головы.
— Почему ты так испугался, Томас?
— Я не испугался.
— Тогда почему у тебя дрожит рука?
Стакан в ладони советника звякнул о кольцо. Я заметила это и поняла: они знакомы не по слухам. Аарон тоже однажды упоминал имя Райта, когда думал, что я сплю.
Доктору, которого вызвали в пентхаус, пришлось бы ехать через весь город, а я не была уверена, что переживу столько времени. Лоренцо поднял меня осторожно, словно мои кости были стеклянными. Его плечо оказалось тёплым, и от этого я едва не расплакалась: тело слишком быстро поверило человеку, которого я видела впервые.
— Где папка? — спросил он вдруг.
Я вцепилась в его пиджак.
— Не здесь.
— Какая папка?
В коридоре раздались тяжёлые шаги. Кто-то крикнул, что у служебного входа появились люди. Я почувствовала, как Лоренцо напрягся.
— Хлоя, — сказал он уже тише, — если этот человек пришёл за тобой, мне нужно знать, что ты принесла.
Я посмотрела на закрытую дверь, за которой приближались шаги, и медленно потянулась к внутреннему карману плаща. Пальцы нащупали край тонкой папки, но в этот момент дверная ручка резко опустилась…
ЧАСТЬ 2
Дверь распахнулась, и в кабинет ворвался Маттео с двумя мужчинами. В руке он держал мокрую папку, которую я спрятала под подкладкой плаща.
— Нашёл это в служебном коридоре, — сказал он. — Один из людей у входа искал именно её.
Я попыталась вырваться из рук Лоренцо, но рёбра не позволили. Папка упала на ковёр, и из неё выскользнул лист с печатью городского управления.
— Не трогайте, — прошептала я.
Лоренцо поднял лист двумя пальцами. Его взгляд пробежал по строчкам, затем остановился на подписи.
— Миллер, — произнёс он.
У меня похолодели ладони.
— Там не только его имя. Внутри список переводов. Он заставлял задержанных подписывать признания, а потом через подставные счета исчезали деньги из конфискованных партий. Я нашла папку у него дома.
— Ты украла её у действующего детектива? — спросил Маттео.
— Я забрала то, из-за чего он собирался меня убить.
Лоренцо осторожно передал меня доктору Хейсу, который прибыл через несколько минут с медицинским чемоданом. На его стальных ножницах отражался свет люстры, и каждый щелчок казался мне обратным отсчётом.
— У неё сломано ребро, сильное обезвоживание и следы удушения, — сказал доктор. — Ей нужен покой.
— У меня нет времени на покой, — ответила я. — Аарон знает, что папка пропала.
— Он не знает, где она, — сказал Лоренцо.
— Он знает, что я побегу к Саре.
В этот момент мой телефон, раздавленный в кармане, завибрировал. На экране высветился неизвестный номер.
Я не хотела отвечать, но Лоренцо кивнул.
— Включи громкую связь.
Я нажала кнопку.
— Хлоя, — раздался голос Аарона. Он говорил спокойно, как дома после очередного избиения. — Ты взяла вещь, которая тебе не принадлежит.
Я почувствовала, как доктор замер возле моего плеча.
— Ты убил тех людей? — спросила я.
— Я предупреждал, что твоя память может подвести. Вернись, и я скажу всем, что ты украла деньги.
— А если не вернусь?
— Тогда Сара не доживёт до утра.
Связь оборвалась.
Маттео выругался и потянулся к папке, но Лоренцо остановил его взглядом.
— Найдите Сару, — сказал он. — Без шума.
— Если Миллер следит за ней, мы приведём его прямо сюда, — возразил Маттео.
— Он уже знает, что мы здесь.
Я закрыла глаза. Сара была единственным человеком, которому я верила. И теперь из-за меня Аарон мог добраться до неё.
— Я поеду сама, — сказала я.
— Ты не можешь идти, — отрезал доктор.
— Могу. Просто упаду позже.
Лоренцо наклонился ко мне.
— Ты не обязана спасать всех одна.
— Вы не понимаете. Если я не заберу Сару, она умрёт.
— А если это именно то, чего хочет Миллер?
Я посмотрела на папку. Между листами торчал уголок фотографии, которой там раньше не было. На ней были Аарон, Томас Райт и ещё один мужчина, лица которого я не видела.
На обороте стояла дата завтрашнего дня и короткая фраза: «После полуночи свидетель исчезает»…
ЧАСТЬ 3
— Переверни фотографию, — сказал Лоренцо.
Я сделала это дрожащими пальцами. Под фразой стоял адрес старого архива на Саут-Кларк и инициалы: С. Б.
— Это не Сара, — сказала я. — Её фамилия Брукс. Но она никогда не работала в архиве.
Томас Райт, который всё это время стоял у стены, вдруг сел. Его лицо стало почти белым.
— Вы не понимаете, что нашли, — прошептал он.
— Тогда объясни, — потребовал Лоренцо.
Томас посмотрел на меня.
— Сьюзен Баркли была бухгалтером отдела Аарона. Она заметила, что изъятые деньги переводили не в хранилище, а на счета фонда, которым управлял я.
В комнате стало так тихо, что я услышала капли дождя на стекле.
— Ты участвовал? — спросила я.
— Я подписывал бумаги. Но не знал, что Миллер подделывает отчёты.
Лоренцо усмехнулся без веселья.
— Ты подписывал их десять лет и не знал?
Томас опустил глаза.
— Он шантажировал меня. У него были доказательства моих старых сделок.
— А Сьюзен? — спросила я.
— Она не исчезла, — сказал доктор Хейс.
Все повернулись к нему.
Доктор достал из внутреннего кармана удостоверение и положил рядом с папкой.
— Моё настоящее имя не Хейс. Я Сэмюэл Баркли, брат Сьюзен. Я работал под прикрытием в клинике, куда Миллер привозил избитых женщин. Сьюзен оставила мне копии счетов и попросила ждать того, кто сможет вынести оригиналы.
Я почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Она жива?
— Жива. И сейчас находится в архиве. Именно поэтому Миллер написал, что свидетель исчезнет после полуночи.
Лоренцо резко поднялся.
— Маттео, машины.
Телефон Томаса зазвонил. На экране было имя его помощника. Он включил связь.
— Господин Райт, — сказал незнакомый голос, — если вы хотите увидеть дочь живой, приезжайте один. Возьмите оригиналы.
Томас выронил телефон.
— У меня нет дочери, — выдохнул он.
Я посмотрела на Лоренцо.
— Тогда почему они думают, что есть?
Сэмюэл открыл последний лист. Внизу стояла подпись Томаса и дата, когда он передал Миллеру список свидетелей. Среди имён была дочь Томаса от первого брака, о которой он много лет молчал.
— Они взяли её, — сказал Сэмюэл. — И используют, чтобы заставить его уничтожить доказательства.
Томас схватил Лоренцо за рукав.
— Я сделаю всё. Только помогите ей.
— Сначала ты отвезёшь нас в архив, — ответил Лоренцо. — А потом расскажешь всё публично.
— Миллер убьёт её.
— Если ты продолжишь лгать, он убьёт не только её.
Я сжала папку. Главная тайна была раскрыта: Аарон избивал меня не из ревности. Он искал бумаги, которые связывали его с кражей денег, исчезновением свидетелей и Томасом Райтом.
Но на лестнице зазвонил телефон Лоренцо. Он выслушал сообщение и посмотрел на меня.
— Архив уже горит. И внутри заперта Сьюзен Баркли…
Аарон узнал, кто ещё пережил пожар…
Я думала, что папка была единственным оружием против него. Но в архиве нас ждала женщина, которую он годами считал исчезнувшей.
Её появление перевернуло всё.
«Ты больше не будешь говорить за всех».
И Томас сам назвал имена сообщников.
👇 Финал истории уже открыт



