Когда старик в инвалидном кресле указал на меня пальцем, управляющая усадьбы выронила поднос прямо на мраморный пол.
Осколки фарфора разлетелись у моих туфель, а я застыла у лестницы, прижимая ладонь к животу. За окнами метель хлестала по стеклу, и в огромном холле пахло мокрой шерстью, воском и страхом.
— Отец? — Лоренцо Морэтти резко поднял голову.
Старик сидел на верхней площадке в ржавом кресле. Его серебряные волосы были спутаны, на подбородке темнела щетина. Пять лет он не произносил ни слова и почти не двигался после инсульта. Для всех в доме он был просто Старым Джоном.
Но я знала его иначе.
Каждое утро в семь я открывала в его комнате занавески, растапливала камин и меняла ледяную кашу на горячий суп. Я приносила ему хлеб с чесноком, натирала руки лавандовым мылом и рассказывала о своей дочери, которая ещё не родилась.
— Её будут звать Лили, — шептала я, расчёсывая ему волосы. — Я не позволю ей узнать, что такое голод.
Он всегда смотрел на меня внимательно. Иногда моргал дважды, когда я спрашивала, слышит ли он меня.
Я думала, это просто благодарность.
В тот день его палец дрожал, но был направлен точно на меня. Лоренцо медленно повернулся.
— Вы кто?
— Анна Рид, сэр. Уборщица.
— Почему мой отец указывает на вас?
Миссис Гейбл метнулась между нами, закрывая старика собой.
— Это случайное движение. После инсульта у него бывают судороги.
Джованни резко дёрнул плечом. Его кресло скрипнуло, а взгляд впился в управляющую.
Я увидела синяк на его запястье. Такой же синяк был у меня под рукавом: утром миссис Гейбл сжала меня, когда я попросила не таскать тяжёлые ведра на восьмом месяце беременности.
— Он не случайно смотрит, — сказала я.
В холле стало так тихо, что я услышала потрескивание полена.
Лоренцо сделал шаг ко мне.
— Вы утверждаете, что кто-то причиняет ему вред?
— Я утверждаю, что ему холодно, его не кормят и он боится, когда слышит шаги миссис Гейбл.
Управляющая побледнела, но тут же улыбнулась.
— Беременность расстроила вам нервы. Девушка пытается сохранить работу.
— Тогда почему на его тумбочке лежит холодная овсянка? — спросила я.
Лоренцо посмотрел на комнату, потом на отца. Джованни медленно моргнул дважды.
Словно отвечал.
В этот момент один из охранников принёс из кабинета кожаную папку.
— Господин Морэтти, мы нашли это за фальшивой панелью, — сказал он.
Миссис Гейбл рванулась вперёд.
— Не открывайте!
Лоренцо перехватил её руку.
— Почему?
Она впервые за пять лет не нашла готовой улыбки. Старик в кресле с усилием поднял ладонь, а я увидела, как Лоренцо потянулся к застёжке папки…
ЧАСТЬ 2
…Но открыть её Лоренцо не успел. Из-за спины охранника вышла пожилая женщина в промокшем пальто.
— Я просила передать это лично, — сказала она.
Миссис Гейбл отшатнулась.
— Элис? Ты умерла для этого дома.
— Я ушла, потому что боялась за жизнь господина Морэтти.
Лоренцо посмотрел на неё.
— Кто вы?
— Элис Вейл. Я была сиделкой вашего отца до миссис Гейбл.
Она достала из сумки маленький латунный ключ. На его головке был вырезан герб в виде ворона.
— Ваш отец приказал мне спрятать его, если со мной что-нибудь случится.
У меня пересохло во рту.
— Что он открывает?
Элис посмотрела на Джованни.
— То, что он не мог сказать.
Миссис Гейбл бросилась к ней, но охранник загородил дорогу.
— Не трогайте её, — тихо сказал Лоренцо.
Впервые я увидела в его лице не холод хозяина, а тревогу сына.
В комнате 4Б Элис встала перед Джованни и медленно подняла два пальца. Старик моргнул один раз.
— Да, — прошептала она. — Анна.
Я вздрогнула.
— Он понимает наши слова?
— Понимал всегда. После инсульта он потерял голос и движение, но не память.
Старик закрыл глаза, и по его щеке скатилась слеза.
Я вспомнила все вечера, когда жаловалась ему на Броди, на долги и на страх перед родами. Он слышал каждое слово.
Лоренцо сжал папку.
— Почему отец не сообщил мне?
Элис горько усмехнулась.
— Потому что ваши письма до него не доходили. Телефон ему отключили. А вам отправляли отчёты, будто он счастлив и ухожен.
— Кто отправлял?
Элис посмотрела на управляющую.
Миссис Гейбл схватила бронзовый подсвечник.
— Вы все с ума сошли!
Джованни вдруг ударил ладонью по подлокотнику. Слабый звук разнёсся по комнате, но все услышали его.
Лоренцо открыл папку. Внутри лежали банковские выписки, копии писем и тетрадь с датами. Рядом была фотография: Джованни, Элис и молодой Лоренцо у конюшен.
— Здесь указано, что за пять лет со счетов отца исчезли деньги, — сказал Лоренцо.
— На лечение, — прошипела Гейбл.
— В клинику, которой не существует?
Она отступила.
В этот момент у меня резко закружилась голова. Я схватилась за лестничные перила.
— Анна! — крикнул Лоренцо.
Джованни забился в кресле, пытаясь подняться. На его тумбочке лежал лист бумаги, и он отчаянно тянулся к нему.
Элис подала лист мне. Там дрожащей рукой были выведены три слова: «Не верь сыну»…
ЧАСТЬ 3
…Я перечитала написанное, не в силах дышать.
— Вы видите? — спросила Элис.
Лоренцо побледнел.
— Это невозможно. Отец не писал после инсульта.
— Писал, — ответила Элис. — Ночами. Левой рукой. Но миссис Гейбл отбирала листы.
Джованни снова ударил по подлокотнику. Потом указал на кожаную папку.
Элис достала из неё лист, сложенный вчетверо.
— Это его заявление, составленное за месяц до инсульта. Он оставил мне копию.
Лоренцо развернул бумагу. Внизу стояла подпись Джованни, а рядом — печать нотариуса.
— Если со мной случится беда, — прочитал он, — управляющая не должна иметь доступа к счетам и распоряжаться моим лечением. Мой сын должен узнать правду от Анны Рид.
У меня задрожали колени.
— Почему от меня?
Джованни посмотрел на меня. Его глаза были ясными.
Элис ответила:
— Потому что он видел, как вы приносили ему еду, когда остальные выбрасывали её. Он записал: «Доверяю той, кто не знает, кто я».
Миссис Гейбл засмеялась, но смех сразу оборвался.
— Старик не мог понимать, что происходит!
Джованни медленно поднял руку и указал на её карман.
Лоренцо резко вытащил оттуда связку ключей.
— Ключ от сейфа?
Гейбл рванулась к двери.
— Вы не знаете, что подписываете!
— Зато знаю, что вы украли у него, — сказал Лоренцо.
В сейфе нашли пачки чеков, поддельные медицинские отчёты и письма, которые она перехватывала. Среди них было письмо Броди: он просил у Лоренцо деньги и обещал исчезнуть вместе с моими долгами.
Я почувствовала, как внутри всё холодеет.
— Броди приходил сюда?
— Дважды, — ответила Элис. — Миссис Гейбл обещала ему деньги, если он заставит вас уйти. Но он сбежал, когда понял, что вы беременны.
Лоренцо сжал письмо.
— Она хотела забрать ребёнка?
— Нет, — прошептала я. — Она хотела, чтобы я не задавала вопросов.
Джованни смотрел на сына. Лоренцо опустился перед ним на колени.
— Отец, прости меня.
Старик коснулся его руки.
Потом указал на меня.
На моё выпирающее живот.
Лоренцо понял первым.
— Он хочет, чтобы вы остались здесь. Не служанкой.
В этот момент внизу зазвонил телефон. Элис сняла трубку, послушала и побелела.
— Лоренцо, вам нужно знать. Человек, который сейчас подъехал к воротам, назвался врачом Джованни. Но настоящий врач умер три года назад…
Но у ворот появился человек, которого никто не ждал…
Я думала, что главная тайна уже раскрыта. Но именно тогда опасность вошла в усадьбу под видом спасения.
«Слушайте».
И Лоренцо побледнел.
👇 Финал истории уже открыт
