Босс мафии заставил меня сесть рядом с ним, а после одного жеста за столом все перестали улыбаться

В тот вечер мужчина, следивший за мной шесть месяцев, оказался мёртв в машине у отеля, и первым об этом сообщил человек, которого я боялась больше всех.

— Мисс Фостер, мы нашли автомобиль, — сказал охранник у двери.

В его руке блестел мокрый ключ. Вода стекала с его рукава на бордовый ковёр, а за высокими окнами дождь хлестал по стеклу так яростно, будто хотел пробиться внутрь.

— Чей автомобиль? — спросила я.

Охранник посмотрел на Дантэ Мерсера.

— Того, кто следил за ней.

Лёд ударился о край стакана. Больше никто не пошевелился.

Дантэ поднялся медленно. Его стул скрипнул по паркету, и этот звук оказался громче любого крика.

— Все остаются на местах.

Он руководил крупнейшей транспортной компанией на северо-востоке и одновременно был человеком, после закрытых разговоров с которым некоторые предприниматели навсегда уезжали из города. Я три года работала его личной помощницей. По крайней мере, так думали остальные.

Я знала, какие рейсы исчезали из расписаний, какие встречи нельзя было заносить в календарь и чьи фамилии нельзя произносить по телефону. Но уйти не могла: банкам я задолжала восемьдесят четыре тысячи долларов, а моя младшая сестра Нора нуждалась в дорогом лечении.

В тот вечер Дантэ заставил меня сесть справа от себя перед двадцатью двумя людьми.

— Здесь, Елена.

— Я прекрасно вижу своё место.

— Нет, — спокойно ответил он. — Ты видишь место, которое тебе оставили.

Я села. Кожа стула холодно прилипла к ладони.

Виктория Хейл, жена одного из старейших людей Дантэ, скользнула взглядом по моему простому платью.

— Наверное, интересно впервые оказаться среди взрослых?

— Наверное, — ответила я.

Дантэ положил нож.

Он забрал мою тарелку, придвинул ко мне свою и отставил чашу с орехами.

— У неё аллергия.

Я замерла.

— Откуда ты знаешь?

— Ты сказала об этом два года назад в аэропорту.

Он повернулся к Виктории.

— Если обращаешься с человеком за моим столом как с пустым местом, сначала убедись, что я сам считаю его пустым.

Потом Дантэ взял мою чашу, отпил из неё и вернул мне.

Всего один жест. Но люди всё поняли.

— Что ты делаешь? — прошептала я.

— Исправляю чужую ошибку.

— Какую?

Он посмотрел прямо на меня.

— Все решили, что ты только моя помощница.

Именно тогда дверь распахнулась. Охранник положил мокрый ключ на стол и достал из-под мышки кожаную папку. На застёжке виднелась выцветшая латунная пластинка с выгравированной буквой «Ф».

Моё сердце сжалось: такую пластинку я видела лишь однажды — на связке ключей, которую моя мать считала потерянной двадцать лет назад.

Охранник потянулся к папке. Дантэ резко накрыл его руку своей…

ЧАСТЬ 2

…— Не здесь, — сказал Дантэ.

Охранник побледнел.

— Она должна увидеть это сейчас.

— Я сказал: не здесь.

— Если мы отложим, люди, которые оставили машину, поймут, что находка у нас.

Виктория выпрямилась, её браслеты звякнули о бокал.

— Какие ещё люди? Вы хотите сказать, что смерть этого человека связана с нами?

Дантэ не ответил. Он забрал папку, но не открыл её. Кожаная обложка была мокрой, на углу темнело пятно масла. От него пахло бензином и горелой бумагой.

Я смотрела на латунную пластинку.

— Откуда у тебя этот знак? — спросила я.

Охранник перевёл взгляд на Дантэ.

— Мисс Фостер, его нашли под водительским сиденьем.

— Вы знаете, что это?

— Вы знаете, — вмешался Дантэ.

В его голосе не было привычной холодности. Там звучало что-то похожее на страх, и от этого у меня пересохло во рту.

Я вспомнила связку ключей матери. Она хранила её в жестяной коробке из-под леденцов, завернув в жёлтый шарф с вышитой птицей. После её смерти коробка исчезла из квартиры. Я решила, что Нора выбросила её во время уборки.

— Кто был в машине? — спросила я.

— Человек по имени Говард Кин, — ответил охранник. — Он числился консультантом в одном из ваших складских подрядчиков.

Я знала это имя. Кин появлялся возле моего дома, у клиники Норы и даже возле маленькой булочной на углу. Каждый раз он делал вид, что читает газету.

— Почему вы не рассказали мне, что нашли его?

Дантэ наклонился ко мне.

— Потому что сначала хотел убедиться, что ты не следующая.

— Следующая после кого?

Он не успел ответить. Виктория резко поднялась.

— Хватит этой театральной сцены. Елена — секретарь. Если кто-то следил за ней, это её личная проблема.

Дантэ повернул голову.

— Сядь.

— Я не привыкла получать приказания от человека, который ещё вчера просил меня проверять счета.

— Вчера ты проверяла счета, которые позволили тебе сегодня сидеть за этим столом.

Виктория побледнела, но всё же опустилась на стул.

Из коридора донёсся глухой удар. Затем второй. Охранник вытащил оружие, и в зале кто-то вскрикнул.

Дантэ встал передо мной, закрывая своим телом.

— Свет не выключать, — приказал он.

Дверь распахнулась, но в зал вошла не охрана. Это была пожилая женщина в мокром пальто. Я узнала её сразу: Марта Белл, бывшая архивистка компании, уволенная десять лет назад.

Она сжимала тонкий металлический футляр.

— Елена, — сказала Марта. — Твоя мать просила передать это, если рядом с тобой окажется Дантэ Мерсер.

Дантэ медленно повернулся к ней.

— Вы должны были прийти ко мне.

— Я слишком долго приходила к тем, кто обещал защитить её. В итоге один умер, а второй всё ещё сидит за вашим столом.

Виктория вскочила.

— Кто второй?

Марта посмотрела на неё и раскрыла футляр. Внутри лежал маленький ключ и сложенный лист.

— Тот, кто подписал приказ убрать отца Елены…

ЧАСТЬ 3

…В зале стало так тихо, что я услышала, как дождь стучит по металлическому карнизу.

— Продолжайте, — сказал Дантэ.

Марта не посмотрела на него.

— Приказ подписал не Дантэ. Его подписал Ричард Хейл.

Виктория отступила, зацепив каблуком ножку стула.

— Ложь.

— Ты была рядом, когда он это сделал, — ответила Марта. — Ты держала папку.

Я почувствовала, как пальцы немеют.

Мой отец, Томас Фостер, исчез двадцать лет назад. Мать говорила, что он сбежал, оставив нас с долгами. Я ненавидела его за это всю жизнь.

— Что именно он подписал? — спросила я.

Марта достала лист. Бумага была пожелтевшей, но подпись внизу оставалась чёткой.

«Устранить Фостера. Забрать маршрут семьдесят четыре. Свидетеля не оставлять».

Ниже стояла подпись Ричарда Хейла и печать его тогдашней фирмы. А рядом — короткая приписка карандашом: «Мерсер возьмёт вину на себя».

Я посмотрела на Дантэ.

— Ты знал?

— Я знал, что твоего отца убили, — сказал он. — Но не знал, кто отдал приказ.

— Почему ты нанял меня?

Он достал из папки фотографию. На ней моя мать стояла у грузового терминала, прижимая к груди маленькую девочку. Рядом был мой отец. За ними — молодой Дантэ с разбитой губой.

— Твой отец спас мне жизнь, — сказал он. — Перед смертью он попросил найти тебя и не дать Хейлам добраться до твоей семьи.

Я не могла отвести взгляд от фотографии.

— Ты следил за мной три года.

— Я защищал тебя.

— Нет. Ты скрывал правду.

— Да.

Это признание ударило сильнее оправданий.

Виктория схватила папку.

— Мой муж умер десять лет назад. Вы не можете обвинять мёртвого человека, чтобы прикрыть собственную войну!

Марта достала из футляра второй лист.

— Ричард оставил не только подпись. Он оставил долю в компании тому, кто доставит ему маршрут семьдесят четыре. Этим человеком был Говард Кин.

Я вспомнила его машину возле клиники Норы.

— Он следил за мной по приказу Хейлов?

— Он искал документы твоего отца, — сказала Марта. — Сегодня Кин понял, что я нашла их первой. Поэтому попытался забрать футляр. Он погиб, когда его машина загорелась после столкновения.

Дантэ резко взял лист.

— Здесь не хватает страницы.

Марта посмотрела на меня.

— Страница у Норы. Я передала её ей утром, потому что не доверяла никому из присутствующих.

В этот момент у меня зазвонил телефон. На экране высветилось имя сестры.

Я ответила.

Сначала услышала дыхание. Потом мужской голос:

— Если хотите увидеть Нору живой, приезжайте к старому терминалу до полуночи. И привезите Дантэ.

Связь оборвалась. В ту же секунду на телефон пришло изображение страницы, которую Марта считала у Норы. Внизу стояла новая подпись — поставленная сегодняшним утром…

ФИНАЛЬНАЯ ЧАСТЬ

Елена увидела подпись сестры — и поняла, что это ловушка…

Я думала, что наконец узнала правду о своём отце. Но настоящий удар ждал меня там, где я меньше всего его ожидала.

В финале Дантэ положил передо мной последнюю папку.
«Ты можешь забрать всё и уйти».
И я поняла, кому теперь принадлежит решение.

😱 УЗНАТЬ, ЧТО ОНИ СКРЫВАЛИ →

👇 Финал этой истории уже открыт

Оцените статью