ЧАСТЬ 4 — Босс мафии заставил меня сесть рядом с ним, а после одного жеста за столом все перестали улыбаться

ЧАСТЬ 4

…Я увеличила изображение, но экран дрожал так сильно, что буквы расплывались.

— Что там? — спросил Дантэ.

— Подпись Норы.

Он вырвал телефон из моей руки, посмотрел на экран и сразу направился к выходу.

— Мы едем на терминал.

— Я еду с тобой.

— Нет.

— Там моя сестра.

Он остановился.

— Именно поэтому ты останешься здесь.

Я схватила его за рукав.

— Ты три года решал, что мне можно знать. Сегодня это закончилось.

Дантэ посмотрел на мою руку. Потом на фотографию, которую всё ещё держала Марта.

— Хорошо. Но будешь делать ровно то, что скажу.

— Нет. Я буду делать то, что нужно Норе.

За двадцать минут мы добрались до старого терминала на окраине. Дождь превратил подъездную дорогу в чёрную ленту, а пустые контейнеры вокруг казались стенами заброшенного города.

Дантэ выключил фары.

— Здесь слишком тихо, — сказал он.

— Нора не стала бы подписывать эту страницу.

— Ты уверена?

— Я сама учила её подписывать документы. Она всегда ставит длинную черту под фамилией. На снимке черты нет.

Он повернулся ко мне.

— Значит, подпись поддельная.

— Но голос был её голосом.

— Они могли заставить её говорить.

В радиоприёмнике охраны зашипели помехи. Затем раздался голос Виктории.

— Дантэ, если ты слушаешь, приезжай один.

Он нахмурился.

— Виктория?

— Твоя помощница должна была исчезнуть ещё утром. Но ты слишком долго играл в благородного защитника.

Я почувствовала холод в ладонях.

— Она была в этом с самого начала, — сказала я.

— Не совсем, — ответил Дантэ. — Ричард использовал её, но Виктория продолжила сама.

Мы вошли в склад через боковую дверь. Внутри пахло ржавым металлом и мокрым картоном. Нору нашли в бывшей диспетчерской. Она сидела на стуле, связанная пластиковыми ремнями, но была в сознании.

— Елена! Не подходи!

Из тени вышла Виктория. В руке она держала маленький пистолет.

— Отдай мне настоящий лист, Марта.

Марта, которая пришла следом, подняла футляр.

— Ты получила копию.

— Где оригинал?

— У Елены.

Я посмотрела на Дантэ.

— Ты знал?

— Нет.

— И всё равно привёл меня сюда.

— Потому что Виктория не стала бы показываться ради копии.

Виктория рассмеялась, но смех тут же оборвался.

— Вы оба всё ещё думаете, что это о мести за её отца? Ричард оставил маршрут семьдесят четыре мне. Но Дантэ украл его, когда решил стать хозяином. Я лишь возвращаю то, что принадлежит моей семье.

— Ты убила Кина? — спросила я.

— Он потребовал слишком много.

— А Нору зачем похитила?

— Чтобы заставить тебя открыть архив Фостера.

Нора дёрнула руками.

— Елена, не отдавай ей документы! В оригинале нет маршрута. Там список людей, которым Ричард платил. Если он попадёт к Виктории, она начнёт шантажировать всех.

Виктория повернула пистолет к Норе.

Дантэ сделал шаг.

— Ты не выстрелишь.

— Почему?

— Потому что тогда потеряешь единственного человека, который знает, где деньги.

Я поняла: Дантэ говорил не ей. Он говорил мне.

Подкладка моего платья была прошита грубой белой нитью. Ещё утром я заметила, что шов распоролся, и зашила его сама. Внутри кармана находилась крошечная карта памяти — та самая, которую Нора успела спрятать, когда её заставили открыть мой архив.

Я медленно подняла руки.

— Документы у меня.

— Отдай.

— Сначала отпусти Нору.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться.

— Ошибаешься. Ты пришла сюда за доказательствами, а не за нами. Значит, без них твоя семья теряет всё.

Виктория замерла. Я увидела, как дрогнуло её запястье.

Дантэ тихо сказал:

— Елена, сейчас.

Я бросила футляр в сторону. Виктория повернула голову, и этого хватило. Дантэ выбил оружие, Марта перерезала ремни Норы металлическим краем футляра.

Но Виктория успела схватить карту памяти.

— Вы не понимаете, — прошипела она. — Без меня все эти люди придут за вами.

— Нет, — сказала я. — Они придут за тобой.

Я показала на потолок. В старом терминале ещё работала аварийная система наблюдения. Мой телефон уже передавал изображение в хранилище компании, а вместе с ним — признание Виктории о Кине, похищении и подделанной подписи.

Виктория посмотрела на экран и побледнела.

Дантэ не вызвал людей. Он просто забрал у неё карту памяти и положил рядом с оригиналом.

— Марта, что на настоящем листе? — спросил он.

— Перечень счетов. Ричард переводил деньги не только себе. Последний получатель — Виктория.

Виктория закрыла глаза.

— Я хотела вернуть сыну имя.

— У тебя не было сына, — тихо сказала Марта. — Ричард записал деньги на имя ребёнка Елены.

Я почувствовала, как земля ушла из-под ног.

Дантэ резко повернулся ко мне.

— Елена, твой отец оставил тебе не долги. Он оставил маршрут семьдесят четыре и долю в компании. Хейлы подделали документы, чтобы забрать их. Восемьдесят четыре тысячи, которые ты выплачивала банкам, были долгом, оформленным на твоё имя после исчезновения отца.

Я смотрела на него, не слыша дождя.

— Значит, ты мог сказать мне всё раньше.

— Мог.

— Почему не сказал?

— Потому что, если бы ты узнала, начала бы искать ответы. А они ждали именно этого.

— Ты защищал меня или удерживал рядом?

Дантэ ответил не сразу.

— Сначала защищал. Потом испугался, что, узнав правду, ты уйдёшь.

Эти слова оказались страшнее всех документов.

Нора подошла ко мне и обняла. Я прижалась лбом к её волосам, чувствуя запах больничного шампуня и мокрой ткани.

— Ты цела?

— Благодаря Марте. Она спрятала меня в архивной комнате, а не в подвале. Виктория думала, что я знаю, где оригинал.

Марта протянула мне ключ с латунной буквой «Ф».

— Твоя мать не потеряла его. Она отдала его мне, когда поняла, что за ней следят. Сказала: «Если Елена когда-нибудь спросит, пусть сама откроет то, что мы закрыли».

На рассвете мы вернулись в гостиничный зал. За тем же столом лежали три папки: список счетов, документы на маршрут семьдесят четыре и заявление о передаче моей доли.

Дантэ поставил передо мной ручку.

— Ты можешь забрать всё и уйти.

— А если останусь?

— Тогда компания будет работать по твоим правилам.

— А ты?

— Буду отвечать за те правила, которые нарушил.

Виктория ждала в соседней комнате. Она подписала признание и передала счета тем, кому Ричард годами угрожал. Её власть исчезла не из-за одного громкого наказания, а потому, что люди увидели: деньги больше не спрятаны, а секреты больше никого не держат.

Кина похоронили без почестей. Марта получила обратно место в архиве и первым делом сняла с двери старую табличку с чужой фамилией.

Нора настояла, чтобы я не закрывала дело отца в сейфе.

— Пусть его имя наконец будет там, где оно должно быть, — сказала она.

Я не стала мгновенно прощать Дантэ. Он этого не просил.

Но я подписала документ о передаче доли не ему, а себе.

А потом положила ключ с буквой «Ф» на карту маршрута семьдесят четыре.

Дантэ посмотрел на них и спросил:

— С чего начнёшь?

Я открыла папку, которую двадцать лет никто не решался открыть.

— С того, что уберу из расписания все рейсы, которых никогда не существовало.

За стеклом просыпался терминал, и на доске отправлений впервые появилась настоящая фамилия моего отца — не как запись о пропавшем человеке, а как имя владельца маршрута.

Марта провела пальцем по выцветшей латунной пластинке и тихо сказала:

— Он всё-таки дождался, Елена.

Я сжала ключ в ладони.

— Нет. Это мы дождались.

Оцените статью