Я увидел следы пальцев на руке уборщицы, а когда её дочь назвала имена виновных, мой охранник побледнел

В тот вечер трёхлетняя Мия Беннетт сидела в моём кресле, сжимала мою перьевую ручку и объявляла себя начальницей, когда её мать вбежала в кабинет белее мрамора.

— Мия! Немедленно слезь оттуда!

Девочка обхватила спинку кресла короткими руками.

— Нельзя. Я работаю.

Я закрыл дверь и посмотрел на неё. Двадцать лет взрослые мужчины входили в этот кабинет осторожнее, чем в церковь. Здесь решались сделки, исчезали долги и иногда менялись судьбы целых кварталов. А Мия, в жёлтом платье и розовых кедах, болтала ногами над полом и возмущённо хмурилась.

— И что делает начальница?

— Не даёт никому обижать маму.

Улыбка ещё держалась у меня на лице, но внутри что-то резко оборвалось.

В дверь влетела Елена.

— Простите, господин Моретти. Я отвернулась всего на минуту. Она больше никогда сюда не войдёт.

— Елена, успокойся.

Она застыла. Не потому, что боялась за Мию. Она боялась потерять работу.

Когда Елена потянулась к дочери, рукав её блузки поднялся. Вокруг тонкого запястья темнели четыре пятна, похожие на отпечатки пальцев. Она тут же спрятала руку.

— Ударилась о полку, — сказала она.

Ложь прозвучала слишком быстро.

— Какая полка оставляет пальцы? — спросил я.

— Я не хотела неприятностей.

— Их уже кто-то принёс.

Мия слезла с кресла и вцепилась в юбку матери.

— Тётя Елена говорит, что дядя Винсент и господин Даниэль плохие, когда приходят ночью.

В кабинете стало холоднее, хотя окна были закрыты.

Винсент служил моей семье тридцать лет. Даниэль возглавлял мою охрану и знал каждый вход, каждый сейф и каждый маршрут моих машин. Я доверял им больше, чем большинству родственников.

— Мия, — прошептала Елена. — Не говори так.

— Но они заставляют тебя плакать.

В коридоре послышались шаги. Два человека. Тяжёлые, неторопливые. Елена побледнела и прижала Мию к себе.

Я встал между ними и дверью.

Ручка опустилась.

Винсент вошёл первым, за ним Даниэль. На пальце Винсента блеснул старый серебряный перстень с трещиной в камне — подарок моего отца. Даниэль прикрыл дверь ладонью.

— Лука, нам необходимо обсудить поведение Елены, — произнёс Винсент.

— Уверен, что именно её поведение?

Даниэль шагнул к Елене.

Мия закрыла собой ноги матери и подняла маленький кулак.

— Он хватает маму!

— Девочка не понимает, что видит, — сухо сказал Винсент.

— Тогда объясните мне.

Елена дрожала, но всё-таки подняла глаза.

— Они сказали, что вы мне не поверите. Что я никто, а они ваши люди.

— Осторожнее, — процедил Даниэль.

Я услышал угрозу. Не в словах, а в том, как его большой палец скользнул к внутреннему карману пиджака.

— Даниэль, — сказал я, — положи на стол удостоверение.

Он не шелохнулся.

— Лука, это недоразумение.

— Удостоверение.

Винсент впервые перестал улыбаться.

Даниэль медленно достал пластиковую карточку. Я протянул руку, и он положил её мне на ладонь.

В этот момент за моей спиной Мия вдруг сказала:

— Тебе надо посмотреть в красную папку, дядя Лука. Мама не дала им её найти.

Елена резко вдохнула.

Винсент повернул голову к ней. Его лицо изменилось всего на миг, но я успел это заметить.

— Какая папка? — спросил я.

Елена закрыла глаза.

Даниэль сделал движение к столу, а моя рука уже тянулась к нижнему ящику, где лежала папка, о которой я никогда раньше не слышал…

ЧАСТЬ 2

Моя рука коснулась ручки ящика, но Даниэль рванулся вперёд.
— Не смейте! — крикнула Елена.
Я перехватил его запястье и прижал к краю стола. Под пальцами хрустнула манжета.
— Ещё шаг — и ты выйдешь отсюда без зубов.
— Вы не понимаете, Лука, — сказал Винсент. — Эта женщина украла документы компании.
— Тогда почему вы так боитесь, что я их увижу?
Винсент не ответил. Он смотрел не на меня, а на нижний ящик.
Я открыл его.
Красная папка была зажата за запасными бланками договоров. На обложке детским карандашом кто-то нарисовал солнце и написал кривое «мам». Мия, должно быть, принесла её из комнаты Елены.
— Я нашла её под матрасом, — прошептала девочка. — Дядя Даниэль искал там.
Елена схватила Мию и прижала к груди.
— Я не хотела втягивать вас.
— Вы уже втянули меня, когда позволили им приходить к вам ночью.
Она опустила глаза.
— После смерти Марко они сказали, что он оставил долги. Что если я не подпишу бумаги, Мию заберут, а меня обвинят в краже. Я пыталась уйти, но Даниэль всегда находил нас.
Марко, муж Елены, погиб год назад на строительной площадке, принадлежавшей моей компании. Мне сказали, что это была случайность.
Я раскрыл папку. Внутри лежали копии платёжных поручений, список складских номеров и один лист с моей подписью.
Подпись выглядела настоящей.
— Вы подписывали это? — спросил я.
— Нет.
— Тогда кто имел доступ к моему сейфу?
Винсент поправил перстень.
— Не превращайте семейную проблему в войну.
— Вы уже превратили её в войну.
В коридоре зазвонил телефон. Даниэль взглянул на экран и побледнел.
— Что случилось? — спросил я.
— Ничего.
Я вырвал телефон у него. Сообщение было коротким: «Старая Роза пришла. Она говорит, что видела Марко в ночь аварии».
Винсент бросился к телефону, но я убрал его за спину.
— Кто такая Роза?
Елена подняла голову.
— Бывшая бухгалтерша на складе. После аварии она исчезла. Марко говорил, что только она знала, куда уходят деньги.
— Где она сейчас?
Даниэль молчал.
Винсент медленно улыбнулся.
— Лука, если вы пустите эту женщину внутрь, погибнет не только моя репутация.
— Это угроза?
— Предупреждение.
Внизу хлопнула дверь. Затем раздались медленные шаги по лестнице.
Мия прошептала:
— Это бабушка Роза. Она принесла большую книгу.
Я спрятал папку под пиджак и приказал Елене держаться рядом со мной. Но когда дверь кабинета открылась, на пороге стояла не Роза, а посыльный с окровавленным конвертом.
Он протянул его мне и сказал:
— Старуха велела передать: если вы хотите услышать правду, приезжайте один. Иначе следующей исчезнет Мия…

ЧАСТЬ 3

Я почувствовал, как пальцы Елены вцепились в мою руку.
— Нет, — сказал я. — Все остаются здесь.
Посыльный дрожал. На его рукаве темнело пятно, но кровь была не его.
— Меня встретили у склада. Роза успела спрятать книгу и отправила меня сюда.
— Где она? — спросил я.
— В старой прачечной на Девятой улице.
Винсент сделал шаг назад.
— Это ловушка.
— Откуда вы знаете?
Он замер. Этого ответа я не ожидал.
Мы поехали туда вчетвером: я, Елена, Мия и Винсент. Даниэля я запер в комнате охраны, оставив у двери двух людей, которым доверял лично. В половине одиннадцатого мы нашли Розу за котлом, с рассечённым лбом и толстой бухгалтерской книгой под пальто.

— Марко не погиб случайно, — сказала она, когда я опустился рядом. — Он обнаружил, что деньги уходят через подставную фирму. Но имя владельца стояло не в переводах. Оно было в разрешении на доступ к складу.

Роза раскрыла книгу. Между страницами лежал лист с печатью моей компании.

— В ночь аварии Марко застал Даниэля у грузовика. Тот вывозил коробки с наличными. Марко пригрозил рассказать вам. Винсент приказал ему молчать.

Елена закрыла рот ладонью.

— Вы знали? — спросил я Винсента.

— Я знал, что деньги брали, — ответил он. — Но не хотел смерти Марко.

— А поддельная подпись?

Роза перевернула страницу.

— Её поставил Даниэль. Винсент использовал подпись, чтобы списать недостачу на Елену и заставить её подписать передачу опеки над Мией. После этого они собирались продать склад вместе со всеми доказательствами.

Винсент побледнел.

— Ты не должна была сохранять эту книгу.

— А ты не должен был бить женщину, — сказала Роза.

Елена посмотрела на меня.

— Я не хотела, чтобы вы мстили. Я хотела только, чтобы Мия перестала бояться шагов в коридоре.

Я понял, что всё это время защищал не тех людей. Винсент служил моему отцу, но верность прошлому не делала его верным мне.

— Даниэль задержан, — сказал я. — Винсент, ты лишён доступа ко всем счетам и зданиям.

— Ты уничтожишь собственную семью ради уборщицы?

— Нет. Я спасу её от людей, которые называли себя семьёй.

В этот момент зазвонил телефон Елены. На экране был номер детского сада.

Она ответила и побелела.

— Что значит, Мия уже у вас? Я стою рядом с ней.

Мы все посмотрели на девочку. Она крепко держала мою руку.

Из телефона донёсся голос воспитательницы: кто-то только что позвонил и сообщил, что Мия погибла в аварии. А затем к воротам сада подъехала чёрная машина с поддельным разрешением на её выдачу…