Жених предложил мне роль любовницы, но после моего спокойного ответа его мать побледнела и выронила бокал

В четверг в три часа дня я вошла в библиотеку поместья Эшфордов с папкой свадебных договорённостей и увидела на пальце другой женщины кольцо, которое выбирала для себя.

Серена Уитмор сидела на краю стола Джулиана. Изумрудная огранка бриллианта поймала солнечный луч, и камень вспыхнул у неё на руке. Я узнала его мгновенно. Восемь месяцев назад мы с Джулианом стояли у витрины ювелирного магазина на Мэдисон-авеню, и он спрашивал, какое кольцо мне хотелось бы получить.

— Что-нибудь простое, — сказала я тогда.

Оказывается, простым было заменить меня.

Джулиан поднялся. На нём был тот самый тёмно-синий пиджак, который я подарила ему на годовщину. Он даже не выглядел виноватым.

— Елена, всё не так, как кажется.

— Тогда объясни, почему на ней моё кольцо.

Серена медленно опустила руку.

— Это не твоё кольцо, — произнесла она. — Оно никогда не было официально твоим.

Слово «официально» ударило сильнее пощёчины. Четыре года я ездила с Джулианом на семейные праздники, помогала его матери с благотворительными вечерами, выбирала цветы для свадьбы и выслушивала разговоры о доме, детях и летних каникулах. Его сестра спрашивала, предпочту ли я пионы или розы. Но если кольцо не успели показать фотографу, значит, меня как будто не существовало.

Я положила папку на письменный стол.

— Твоя мать попросила обсудить сентябрьские даты.

— Моя мать не знает, как всё устроить, — устало сказал Джулиан.

— Что именно устроить?

Он взглянул на Серену.

— Наши отношения.

— Мы были помолвлены.

— Не совсем.

Я почувствовала, как внутри меня становится холодно. Не от боли. От ясности.

Серена выпрямилась.

— Моя семья вкладывает значительные средства в проект «Харбор-Ист», — сказала она. — Наш брак даст обеим сторонам нужную уверенность.

— Как романтично.

Джулиан поморщился.

— Елена, то, что происходит между Сереной и мной, не отменяет того, что есть у нас.

— А что у нас есть?

Он подошёл к столу и открыл кожаную папку. Внутри лежали документы на квартиру в Манхэттене, договор с компанией Эшфордов и соглашение о неразглашении.

— Ты получишь стабильность, — сказал он.

Я прочитала условия. Квартира через два года. Большой ежемесячный гонорар. Никаких разговоров о наших отношениях. Никаких семейных мероприятий без специального приглашения.

— Ты предлагаешь мне стать твоей любовницей.

— Не называй это так.

— Как назвать связь с женатым мужчиной?

— Мы ещё не женаты.

Я закрыла папку. За окном ветер шевельнул тяжёлую портьеру, а на столе тихо звякнула серебряная подставка для писем.

— У меня уже есть работа, — сказала я.

Джулиан моргнул.

— Что?

— Я вчера приняла предложение. В понедельник начинаю в группе «Вентворт».

Улыбка исчезла с его лица.

— Ты врёшь.

Я достала из сумки письмо с предложением и положила его поверх его договора. Джулиан наклонился, увидел подпись внизу страницы и вдруг протянул руку к папке, словно собирался вырвать её у меня…

ЧАСТЬ 2

Я успела накрыть папку ладонью раньше него.

— Не трогай, — сказала я.

— Ты не понимаешь, куда ввязалась, — прошипел Джулиан. — «Вентворт» не берёт людей вроде тебя на такие должности.

— Людей вроде меня?

— Ты работала на благотворительный фонд моей матери.

— Я спасла его отчётность, когда твой двоюродный брат вывел деньги через три подставные организации.

Серена резко повернула голову.

— Джулиан, ты говорил, что она занималась только рассылками.

Он бросил на неё злой взгляд.

— Это неважно.

— Для меня важно, — ответила я. — Особенно теперь.

На стене пробили четыре часа. В камине, давно не топленном, пахло пылью и сухими яблоневыми ветками. Я убрала письмо в сумку, но Джулиан встал между мной и дверью.

— Почему ты пошла именно к Вентворту?

— Потому что они предложили мне должность.

— Они знают, с кем ты жила?

— Я не подавала им свою биографию вместе с семейными сплетнями.

Он сжал пальцы.

— Если ты начнёшь работать там, ты можешь навредить моей семье.

Вот оно. Не сожаление. Не любовь. Страх.

— Я ещё ничего не сделала.

— Но ты знаешь слишком много.

Серена поднялась. Её каблук зацепился за край ковра, и она схватилась за спинку кресла.

— Что именно она знает?

Джулиан промолчал.

В этот момент открылась дверь. На пороге стояла его мать, Маргарет Эшфорд, с подносом и тремя бокалами. Один бокал выскользнул из её руки и разбился о мраморный пол.

— Елена, — сказала она, глядя на документы, — ты не должна была это видеть.

Я посмотрела на неё.

— Что именно?

Маргарет побледнела. Джулиан шагнул к ней.

— Мама, уходи.

— Нет, — сказала она. — Если она пришла сюда, пусть услышит всё.

У меня пересохло во рту.

Маргарет закрыла дверь и достала из кармана маленький ключ с медной биркой.

— В подвале есть архив, — произнесла она. — Твой отец оставил его там перед смертью.

Я нахмурилась.

— Мой отец никогда не имел отношения к вашей семье.

— Ты так думаешь.

Джулиан резко повернулся к матери.

— Ты обещала, что уничтожила эти бумаги.

Серена отступила к окну.

— Какие бумаги?

Маргарет посмотрела на меня, и в её глазах было не раскаяние, а ужас.

— Вентворт не случайно нанял тебя, Елена. И твой отец не случайно четыре года назад исчез из нашей жизни.

Я услышала собственное дыхание. На медной бирке ключа было выгравировано число 17.

— Что лежит в архиве? — спросила я.

Маргарет зажала ключ в кулаке.

— Причина, по которой Джулиан никогда не мог на тебе жениться.

Он бросился к ней, но я уже отступила к двери. В коридоре раздались тяжёлые шаги, и незнакомый мужской голос сказал:

— Елена, если хотите узнать правду, идите со мной. Но после этого вы не сможете сделать вид, что не слышали её…

ЧАСТЬ 3

Мужчина в коридоре оказался Натаном Вентвортом. Я видела его фотографии в деловых журналах, но в жизни он выглядел совсем не так: безупречный костюм, усталое лицо и старые часы с поцарапанным стеклом.

— Вы следили за мной? — спросила я.

— Я приехал поговорить с Маргарет. Но услышал достаточно.

Джулиан вышел следом.

— Ты не имеешь права находиться здесь.

— У меня есть право требовать возврата долга, — спокойно ответил Натан. — Именно поэтому я здесь.

В библиотеке стало тесно от чужих тайн. Маргарет положила ключ на стол. Медная бирка звякнула о дерево.

— Откройте архив, — сказала она.

Мы спустились в подвал в половине пятого. За котельной нашлась узкая дверь. Внутри стояли коробки с бухгалтерскими книгами, нотариальными папками и письмами. Воздух пах плесенью и железом. Маргарет достала из шкафа толстую книгу в бордовом переплёте.

— Это журнал займов, — сказала она. — Двадцать лет назад отец Елены, Михаил Орлов, вложил всё состояние в компанию Эшфордов. Взамен получил долю и право голоса.

Я взяла книгу. На первой странице стояла подпись моего отца.

— Почему я никогда об этом не знала?

— Потому что после его смерти Джулиан подделал документ о выкупе доли, — ответил Натан.

— Неправда! — выкрикнул Джулиан.

Натан вынул из папки нотариально заверенную копию.

— Подделка была грубой. В дате использовали чернила, которых ещё не существовало. Но главное — свидетель жив.

Из-за стеллажа вышел седой мужчина в коричневом жилете. Я узнала его не сразу: Томас Рид много лет был бухгалтером Эшфордов и исчез после похорон моего отца.

— Я видел, как Джулиан менял страницы, — сказал Томас. — Видел и как его отец заставил меня подписать ложный отчёт.

Джулиан рванулся к нему.

— Ты старый трус!

Томас не отступил.

— А ты всё ещё думаешь, что страх делает тебя хозяином.

Маргарет закрыла лицо ладонями.

— Я молчала, чтобы сохранить семью.

— Нет, — сказал Натан. — Вы молчали, чтобы сохранить компанию.

Он посмотрел на меня.

— Доля вашего отца не была продана. Она перешла вам в день вашего двадцатисемилетия. Вы владеете двадцатью двумя процентами Эшфордской группы и решающим голосом по проекту «Харбор-Ист».

У меня подогнулись колени. Четыре года Джулиан называл меня недостаточно подходящей для фамилии Эшфордов, хотя будущее этой фамилии зависело от моей подписи.

— Поэтому ты хотел жениться на Серене, — сказала я.

— Мне нужны были её деньги!

Он выкрикнул это сам. И сразу понял, что выдал себя.

Серена смотрела на него, будто видела впервые.

— Ты собирался использовать мою семью, чтобы скрыть украденную долю?

Джулиан молчал.

Натан положил передо мной ещё один документ.

— Я предложил вам работу не из жалости. Мне нужен был человек, который знает внутреннюю кухню Эшфордов и умеет говорить с людьми. Но сегодня утром мой совет получил письмо от неизвестного отправителя. В нём сказано, что ваша доля уже обещана другому владельцу.

Я подняла глаза.

— Кому?

Натан посмотрел на Джулиана.

— Тому, кто первым заставит вас подписать отказ. И письмо отправили не из прошлого, а сегодня утром…