ЧАСТЬ 4 — Муж потребовал развод в день похорон, но после моего спокойного ответа его телефон вдруг выскользнул из руки

ЧАСТЬ 4

— Ксюша, ты меня слышишь? — спросила Зоя.
— Слышу. Где тетрадь?
— У меня. Но там ещё письмо. Гриша написал: «Если Ксения решит закрыть Заречье, пусть сначала узнает, кто дал Артёму доступ к архиву».
Я посмотрела на Артёма.
Он стоял возле ограждения, мокрый от дождя из поливальной системы, и делал вид, что не слышит разговора.
Но услышал.
— Кому он собирался звонить? — спросила я.
— Сергею Вадимовичу, — ответила Зоя. — Тому самому владельцу сети. Гриша сказал, что тот приезжал к нему домой ночью.
Сергей Вадимович Климов был человеком, которого в нашем городе знали все. Он владел шестью парками, двумя развлекательными центрами и привык покупать не людей, а их усталость. Мне он предлагал контракт трижды. Я отказывалась, потому что его специалисты постоянно торопили проверки.
Через час он должен был встретиться со мной и подписать договор на обслуживание всех объектов.
— Не подписывай ничего, — сказал Артём.
— Поздно советовать.
— Климов всё подстроил.
— А ты здесь при чём?
Артём провёл ладонью по лицу.
— Он сказал, что если я помогу провести документы через твой отдел, то даст мне долю в новом парке. Алиса тоже должна была получить место управляющей.
Алиса резко повернулась к нему.
— Ты говорил, что всё это придумал сам.
— Я хотел выбраться.
— Из чего?
— Из твоей жизни, из её жизни, из этой нищеты, где я всегда был вторым.
Я смотрела на его лицо и вдруг поняла: он не собирался строить новую жизнь. Он хотел украсть уже построенную мной и назвать это шансом.
В три часа дня я вернулась в офис. Марина уже ждала меня у стола. Рядом лежала тетрадь дяди Гриши, перевязанная бечёвкой.
На первой странице стояла дата за два дня до его смерти.
«Артём пришёл не один. С ним был Климов. Просили подтвердить исправность старых креплений. Я отказался. Климов сказал, что Ксения всё равно подпишет, если узнает о выгодном контракте».
Ниже Гриша записал номер автомобиля.
Марина сверила его с журналом въезда.
— Машина Климова была у архива в тот же вечер.
— Значит, он сам дал Артёму ключ.
— И не только ключ, — сказала Марина.
Она достала из шкафа журнал доступа. Напротив даты стояли две подписи: Артёма и Климова.
В этот момент дверь открылась. В кабинет вошёл Климов в дорогом пальто, стряхивая с рукава капли.
— Ксения, вы устроили слишком много шума из-за одного несчастного случая.
— Девочка могла погибнуть.
— Но не погибла.
— А дядя Гриша погиб, потому что отказался подписывать ваши крепления?
Климов улыбнулся.
— Старик умер от сердца.
— Он написал, что вы ему угрожали.
Улыбка исчезла.
— Записи старика ничего не доказывают.
— Зато журнал доступа доказывает, что вы были в архиве.
— Я владелец сети. Мне не нужен доступ к собственным документам.
— Тогда зачем вы входили под чужим ключом?
Климов шагнул ближе.
— Давайте не будем превращать деловой спор в войну. Я предложу вам деньги за молчание.
— Сколько?
Он назвал сумму, от которой у Марины задрожали пальцы.
Я достала из папки заявление о расторжении контракта и положила перед ним.
— Меньше, чем стоит имя моего дяди.
— Вы потеряете всё.
— Нет. Я потеряю только тех, кто считал меня удобной.
Климов забрал бумаги и ушёл, не попрощавшись.
Артём остался в коридоре. Он ждал, что я посмотрю на него как раньше — с надеждой, что в нём ещё есть тот парень с самодельным велосипедом.
— Ты знал, что Гриша отказался? — спросила я.
— Да.
— И всё равно пошёл дальше?
— Я думал, что никто не пострадает.
— Ты видел трещину?
Он кивнул.
— Видел.
— И подписал?
— Я боялся.
Я достала из ящика медный брелок в форме колеса обозрения и положила ему в ладонь.
— Отнеси его Зое. Это последнее, что он сделал для меня перед смертью.
Артём сжал брелок.
— Ты меня ненавидишь?
— Я слишком хорошо тебя знала, чтобы ненавидеть. Но слишком много поняла, чтобы оставить рядом.
Он пошёл к лестнице, а потом остановился.
— Алиса ушла от меня.
— Это не моя проблема.
— Она сказала, что ей нужен человек, а не должность.
Я посмотрела на него.
— Хоть кто-то сказал тебе правду.
Вечером комиссия закрыла парк до полной проверки. Марина вернула деньги на счёт отдела и осталась работать, хотя могла уйти. Алиса дала показания о поддельных документах и отказалась от обещанной должности. Климов потерял контракт со всеми городскими объектами, потому что другие специалисты тоже начали поднимать старые акты.
Артём не получил ни доли фирмы, ни денег, ни красивой жизни, которую ему обещали. Но я не стала добиваться его наказания отдельно от дела. Он подписал признание в служебной проверке и вернул всё, что ещё оставалось на его счетах. Этого было мало для исправления, но достаточно, чтобы последствия перестали быть чужими.
Через неделю я приехала к тёте Зое. На столе лежала тетрадь Гриши, а рядом — тот самый брелок.
— Он просил передать тебе, — сказала Зоя. — Сказал, что колесо должно остаться у того, кто умеет останавливать опасные вещи.
Я взяла брелок в ладонь.
— Он опять всё починил.
— Нет, Ксюша, — тихо ответила Зоя. — В этот раз он просто успел предупредить.
Я открыла тетрадь на последней странице. Под списком креплений дядя написал неровно, крупными буквами: «Не верь подписи. Смотри, кто держит карандаш».
На следующий день я принесла эту фразу на заседание комиссии и положила рядом с каждым спорным актом. Впервые за всю проверку никто не попросил меня быть мягче.
А вечером, когда рабочие сняли вывеску с закрытого парка, я увидела на земле маленький металлический ролик от страховочного механизма. Он был треснут посередине.
Я подняла его и отнесла в лабораторию.
Потому что некоторые вещи нельзя выбрасывать, пока не доказано, почему они сломались.

Пропустили начало?

← Читать историю с первой части

Оцените статью