ЧАСТЬ 4
Это был перевод на счёт Виктора Саласа — старшего брата Альваро, которого я никогда не видела.
Я знала только, что у мужа есть брат. По его словам, Виктор жил в Валенсии, занимался перевозками и давно разорвал отношения с семьёй.
Я открыла подробности операции.
Девять тысяч евро.
Дата — три дня назад.
Назначение — «возврат займа по договору».
Альваро сразу понял, что я увидела.
— Елена, не трогай эту тему.
— Почему? Потому что она связана с квартирой?
Клара смотрела на него так, будто перед ней лежал незнакомый человек.
— Ты говорил, что деньги нужны для моей галереи.
— Я собирался вернуть их.
— Кому?
Альваро провёл ладонью по лицу.
— Виктору.
— За что ты ему должен? — спросила я.
Он не отвечал.
Я взяла папку с документами из нижнего ящика стола. Именно там хранились договор ипотеки, страховка и бумаги на квартиру. Между ними обнаружился лист, которого я раньше не видела: расписка Альваро, написанная от руки.
«Я, Альваро Моралес, обязуюсь вернуть Виктору Саласу сорок две тысячи евро до двадцать пятого числа. В противном случае передаю ему право требовать долю в квартире».
Подпись была его.
Внизу стояла дата — за месяц до возвращения Клары.
— Ты заложил квартиру брату? — спросила я.
— Я не закладывал. Я занимал.
— На что?
Клара выдохнула:
— На галерею?
Альваро сел. Его колени ударились о край кресла.
— На долги.
Виктор не был разорившимся перевозчиком. Он владел сетью складов и много лет покрывал долги младшего брата. Альваро проиграл крупную сумму на ставках, потом взял деньги у Виктора, пообещав вернуть их после продажи квартиры. Но продать её без моей подписи не мог.
Клара оказалась не старой любовью, которую он решил вернуть. Она была удобным предлогом и будущим партнёром в проекте, который должен был замаскировать исчезновение денег.
— Ты использовал меня, — сказала она.
— Я хотел, чтобы у нас был шанс.
— Нет. Ты хотел, чтобы я выглядела причиной твоего развода, пока ты забирал деньги.
Он поднялся.
— Вы обе не понимаете. Я застрял в жизни, которую никогда не выбирал.
Я посмотрела на него.
— Ты выбрал её каждый день. Особенно когда я болела, а ты оставлял мне холодный бульон на тумбочке и уходил на совещание.
Он вздрогнул, но не от стыда. Оттого, что я вспомнила точную цену его заботы.
В девять утра мы приехали к нотариусу. Я не пришла просить развода и не собиралась устраивать представление. Я принесла копии всех выписок, расписку и письмо банка.
Альваро попытался остановить меня у входа.
— Если ты это покажешь, Виктор заберёт квартиру.
— Он заберёт только то, что ты ему обещал.
— Ты хочешь оставить меня без всего?
— Нет. Я хочу перестать быть тем, чем ты расплачиваешься с другими.
На встрече Виктор оказался невысоким мужчиной с руками, испачканными чернилами. Он выслушал брата, не перебивая. Когда Альваро закончил говорить о несчастной любви и тяжёлой жизни, Виктор положил на стол ещё одну папку.
— Здесь все переводы, — сказал он. — И мой отказ от доли, если ты вернёшь деньги сам.
Альваро моргнул.
— Почему ты не заберёшь квартиру?
— Потому что я устал спасать тебя чужими вещами. Я продам склад и закрою твой долг только при одном условии: ты подпишешь признание, что деньги брал сам, а Елена к этому не имеет отношения.
Альваро посмотрел на меня.
— Ты хочешь, чтобы я согласился?
— Я хочу, чтобы хотя бы один документ о твоей жизни был правдой.
Он подписал.
После этого квартира осталась за мной по соглашению о разделе имущества. Альваро получил свою долю, но почти вся она ушла Виктору. Клара отказалась от галереи и вернула мне деньги, которые Альваро перевёл ей под видом первоначального взноса. Она не просила прощения красивыми словами. Она пришла через неделю с банковским подтверждением и принесла все письма, где он обещал ей невозможное.
— Я не знала, что он так живёт, — сказала она.
— Теперь знаешь.
— Ты ненавидишь меня?
Я посмотрела на её треснувшее кольцо.
— Я ненавидела место, которое ты заняла за моим столом. Но ты не виновата в том, что он решил превратить нас обеих в декорации.
Мы больше не стали подругами. Это было бы слишком удобным финалом. Но Клара дала показания в банке и отказалась участвовать в его проекте.
Альваро переехал к Виктору на склад, пока искал работу. Он потерял квартиру, галерею, Клару и право рассказывать людям, будто всё разрушила его жестокая жена. Я не отняла у него жизнь. Я просто перестала подписывать за неё счета.
Через месяц я приехала в ресторан «Ла Марина». Там проходила встреча с новым клиентом моего агентства — владельцем маленькой галереи, которую Клара всё-таки решила открыть сама, без Альваро и его долгов.
Официант узнал меня и улыбнулся.
— Вам очистить креветки?
Я покачала головой.
— Нет. Сегодня я сама.
Он поставил передо мной тарелку. Я взяла нож, аккуратно отделила панцирь и положила креветку на тарелку Клары.
Она удивлённо посмотрела на меня.
— Это за тот вечер?
— Нет, — сказала я. — За новую сделку. В ней не будет ни одной подписи Альваро.
Клара впервые улыбнулась без притворства.
А я достала из папки чистый договор и написала в графе «руководитель проекта» своё имя.
Рядом с ним осталась крошечная капля лимонного сока, похожая на золотую точку.
«Елена Моралес — единственный подписант».
Пропустили начало?




