ЧАСТЬ 4 — Она впервые не пришла убирать мой дом, а когда я нашёл её избитой, человек рядом со мной побледнел

ЧАСТЬ 4

Я приехал в свой дом через двадцать минут.

Не один.

Ник сидел рядом, а две машины охраны перекрыли улицу, хотя Марко приказал явиться без сопровождения. Я больше не выполнял его приказов.

Ворота были открыты. На мокром гравии виднелись следы нескольких машин.

— Он внутри, — сказал Ник.

— Знаю.

Я поднялся по лестнице. В доме пахло воском, оружейным маслом и кофе, который Иса обычно ставила справа от газеты. Эта мелочь вдруг резанула сильнее всего.

В гостиной горел только один светильник.

Марко стоял у камина. На нём был безупречный костюм, но воротник рубашки промок от дождя. Рядом находилась женщина лет шестидесяти с белой косынкой на голове.

Я узнал её не сразу.

Марта Грейс.

Семь лет назад она работала акушеркой в частной клинике и исчезла через неделю после рождения Миры.

Марко держал у её горла тонкий нож.

— Ты привёл людей, — сказал он.

— Ты похитил женщину.

— Она сама пришла поговорить.

Марта смотрела на меня, и её губы дрожали.

— Ретт, я пыталась добраться до вас раньше.

— А почему не добрались?

Марко слегка надавил ножом. На шее женщины выступила красная линия.

— Потому что я объясню всё сам.

— Ты объяснишь только то, что я уже знаю.

— Ты знаешь, что Иса родила ребёнка. Знаешь, что твой отец подписал распоряжение. Но не знаешь главного: если эта бумага попадёт наружу, рухнет не только моя власть. Рухнет имя Валонов.

— Моё имя уже рухнуло в тот день, когда ты заставил женщину молчать.

Марко усмехнулся.

— Ты говоришь так, будто чист. Твой отец приказал убрать Ису. Я лишь сделал то, что было нужно семье.

Марта вдруг дёрнулась и ударила его локтем в грудь. Нож скользнул, порезав кожу, а Ник мгновенно бросился вперёд. Через секунду Марко лежал на ковре, прижатый к полу.

Марта прижала ладонь к шее.

— Это ложь, — сказала она.

В комнате стало тесно от её голоса.

— Я принимала роды Исы. Джулиан Валон пришёл туда ночью, но не затем, чтобы убить её. Он оставил деньги и приказал мне вывезти мать с ребёнком из города.

Я посмотрел на Марко.

— Почему ты не дал им уехать?

Марта вытерла кровь с шеи.

— Потому что Марко уже контролировал водителя. Он забрал письмо Джулиана и подменил его распоряжением. А потом сказал, что ребёнок умер.

У меня подкосились ноги.

— Мира могла умереть?

— Нет. Иса успела спрятать её у сестры. Но Марко нашёл сестру через два года. После этого Иса поняла, что за ней будут следить всегда.

Я вспомнил фотографию на полу. Девушка с медальоном-солнцем была не сестрой Исы.

— Кто она?

— Её сестра Лена, — ответила Марта. — Она погибла, защищая Миру.

Марко перестал вырываться. Его лицо изменилось.

— Я не хотел её смерти.

— Но пришёл к ней с людьми, — сказала я. — И забрал документы.

Он посмотрел на папку у меня в руке.

— Там нет доказательств против меня.

— Есть.

— Только копия.

— Оригинал спрятан в другом месте.

Он дёрнулся так резко, что Ник сильнее прижал ему плечо.

Я понял: он не боялся письма. Он боялся того, что находилось под медальоном.

Иса не сказала мне всей правды.

Я достал металлический кулон и раскрыл крышку. Под бумагой была крошечная пластинка с выгравированными номерами счетов и датами переводов.

Ник нахмурился.

— Это счета портовых складов.

— Не только, — сказала Марта. — Джулиан записал туда имена всех, кому Марко платил. В том числе людей, которые помогли ему подделать завещание.

Марко рассмеялся, но смех быстро оборвался.

— Вы думаете, эти записи что-то изменят? Половина города ест с моей руки.

— Уже нет, — ответил Ник.

Он положил на стол толстую пачку распечаток.

— Сегодня утром я отправил копии всем владельцам складов. Они узнали, что Марко переводил деньги не им, а через их компании. Твои партнёры уже вывели средства и закрыли тебе доступ к счетам.

Марко посмотрел на меня.

— Ты разрушил собственную семью ради этой женщины?

— Нет. Ты разрушал её семь лет. Я просто перестал прикрывать тебя.

В этот момент в гостиную вошла Иса. На брови у неё белела повязка, плечо было зафиксировано, но она шла сама. За ней держалась Мира — маленькая, в жёлтом плаще, с мокрыми волосами и тем самым медальоном-солнцем на шее.

Я не смог двинуться.

Мира остановилась возле Исы.

— Это тот человек, о котором ты говорила?

Иса взглянула на меня.

— Да.

— Он злой?

Я присел, чтобы оказаться с ней на одном уровне.

— Я был частью мира, который сделал тебе больно. Но я не хочу больше быть его частью.

Мира внимательно посмотрела на моё лицо.

— Ты мой папа?

Вопрос был простым. Ответ — нет.

Я мог сказать, что всё исправлю, что куплю ей безопасность, что заберу их обеих в защищённый дом. Но дети слышат ложь раньше взрослых.

— Я твой отец, — сказал я. — Но ты не обязана называть меня папой, пока сама этого не захочешь.

Мира крепче сжала руку Исы.

— А мама хотела, чтобы ты пришёл?

Иса закрыла глаза.

— Каждый день. И каждый день боялась.

Марко резко поднялся на колени.

— Иса, я могу всё объяснить. Лена погибла из-за людей твоей сестры, не из-за меня. Я пытался защитить бизнес. Если бы не я, Валон разорвал бы город на части.

Иса посмотрела на него без крика.

— Ты семь лет платил человеку, который следил за моей дочерью. Это не защита.

— Я мог убить вас обеих.

— Но не убил. Потому что Мира была тебе нужна как повод держать Ретта за горло.

Марко сжал кулаки.

— Ты не понимаешь, что я потерял.

— Понимаю, — сказала она. — Ты потерял не власть. Ты потерял возможность назвать страх заботой.

Он отвернулся.

В комнату вошли люди из службы безопасности. Ник передал им документы, но я остановил его, когда он потянулся к телефону.

— Сначала отвезите Марту в клинику. Потом найдите все семьи, которым Марко угрожал.

Ник кивнул.

— А его?

Я посмотрел на Марко.

— Пусть сам отвечает перед теми, кого считал своими должниками. Деньги, склады и охрану он потерял. Остальное решат люди, которым он лгал.

Марко усмехнулся.

— Ты думаешь, станешь лучше своего отца?

Я достал из кармана лист с его фальшивой подписью и разорвал пополам.

— Нет. Я просто не стану тобой.

Позже, когда Марту увезли, Иса осталась в гостиной. Мира сидела на ковре и собирала из деревянных кубиков маленький дом с двумя неровными башнями.

— Я не вернусь к работе, — сказала Иса.

— Я знаю.

— И не хочу жить в твоём доме.

— Я знаю.

— Тогда что ты предлагаешь?

Я достал ключи от небольшого здания на Восемнадцатой улице. Там раньше находилась закрытая мастерская моего отца. Я собирался продать её вместе с остальными активами Марко, но теперь понял, зачем Джулиан оставил её в завещании.

— Не дом, — сказал я. — Место для твоей мастерской. Ты всегда хотела шить детскую одежду, но боялась, что Марко найдёт тебя через счета.

Иса посмотрела на ключи, потом на меня.

— Откуда ты знаешь?

— На обороте той фотографии были нарисованы выкройки. Я увидел их сегодня.

Она не взяла ключи.

— Если я соглашусь, это не значит, что простила тебя.

— Я и не прошу.

Мира подняла голову от кубиков.

— А я могу выбрать цвет вывески?

Иса впервые за весь день улыбнулась — не мне, не прошлому, а ей.

— Можешь.

Мира посмотрела на меня.

— Папа, а жёлтый бывает достаточно ярким?

У меня перехватило дыхание.

Иса не остановила её.

Я опустился рядом с кубиками и осторожно поставил последнюю башню на место.

— Для вывески — да. Для медальона — тоже.

Мира коснулась маленького солнца на груди, и в стекле камина отразился золотой круг.

На следующий день мы перевели деньги семьям, которых Марко держал в страхе, а имя Джулиана Валона исчезло из документов компании. Не потому, что я простил отца. А потому, что правда о нём оказалась сложнее его подписи.

Иса сохранила фотографию Лены.

Марта согласилась свидетельствовать.

Марко потерял всё, что строил, ещё до того, как кто-либо успел вынести ему приговор.

А Мира выбрала для мастерской вывеску цвета спелого лимона.

Когда художник закончил работу, она встала напротив свежих букв и поправила медальон на шее.

— Теперь видно издалека, — сказала она.

Я посмотрел на золотое солнце над названием мастерской.

— Значит, ты всё сделала правильно.

Мира взяла меня за палец и потянула к двери мастерской.

— Тогда помоги мне открыть её для первой заказчицы, папа.

Оцените статью