ЧАСТЬ 4
Внизу страницы стояло имя Джеральда Мерсера. Я подняла глаза на свёкра. Он стоял у ворот, опираясь на трость, и уже не улыбался.
— Это ошибка, — сказал он.
Гарольд показал заявление: старая компания «Мерсер и сын» требовала права на «Северный якорь». Якобы я передала их три года назад.
— Я ничего не передавала.
— Знаю, — ответил Гарольд. — Запись оформили вчера. Твоя подпись поддельная.
Вэнс повернулся к отцу:
— Ты это сделал?
— Я спасал семью! Земля стоит больше фабрики. Левин построил бы там жилой комплекс, ты получил бы деньги, а я закрыл старые долги.
— Значит, ради этого вы решили развестись со мной и оставить сорок два человека без работы? — спросила я. — И подделали мою подпись?
— Я подписал только заявление. Остальные бумаги готовил Вэнс.
— Не втягивай меня, — отступил тот.
Кэссиди достала блокнот. Вэнс обещал после продажи увезти её в Остин, купить квартиру и устроить в новую компанию. Но она увидела на его столе бумаги: будущие деньги уже были заложены под долги Джеральда.
Я смотрела на человека, с которым пять лет строила общее дело. Он заранее распределил мои станки, стены и зарплаты рабочих.
— Вэнс, ты подписал мою редакцию соглашения. После развода ты не вправе распоряжаться имуществом «Северного якоря».
— Я подписал под давлением.
— Тебе просто хотелось быстрее избавиться от меня.
Гарольд сообщил, что банк получил копии документов, Левин отказался от сделки, грузовики уедут, а заявление Джеральда будет отозвано.
— И фабрика? — спросил Оуэн.
— Продолжит работать.
— Без меня ты её не потянешь, — сказал Вэнс.
— Я тянула её пять лет. Ты стоял впереди и принимал поклоны.
Он ударил ладонью по капоту.
— Ты не понимаешь, сколько я вложил!
— Сто пятьдесят тысяч вложила я. Я купила станки, подписала аренду и закрывала зарплаты.
Вэнс оглянулся на рабочих у ворот. Никто не отвёл глаз. Лоррейн предложила ему уехать с ней и впервые при мне сказала, что она на стороне того, кто говорит правду.
Джеральд предупредил, что семейные долги могут потянуть производство вниз, и предложил продать землю. Я отказалась отдавать цех тем, кому нужны только его стены.
В тот же день мы с Маркусом проверили счета. Почти год Вэнс переводил деньги на личную карту Кэссиди, записывая их как служебные расходы. Она вернула всё и принесла заявление об уходе.
— Я не хочу, чтобы меня связывали с ним.
— Ты не обязана исчезать из своей жизни из-за его лжи, — сказала я. — Если останешься, будешь учиться у Оуэна.
Оуэн согласился: ему нужна была помощница, которая умеет читать накладные и задавать вопросы. Кэссиди кивнула.
Вечером Вэнс подписал выход из управления. Его доля ушла кредиторам, а банк потребовал продать оставшийся ему таунхаус в счёт личных долгов. Лоррейн уехала к сестре в Милуоки. Джеральд отозвал заявление и передал Гарольду журнал с поддельной подписью.
Через неделю над проходной появилась табличка «Северный якорь» — название компании, которую я создала ещё до свадьбы.
В пятницу Оуэн принёс мне первый заказ на её имя. Клиент ждал отгрузку в понедельник.
— Значит, в понедельник отгрузим.
Из бухгалтерии выбежала Кэссиди со старым счётом. Первую партию металла пять лет назад тоже оплатила я.
Оуэн улыбнулся, глядя на работающий пресс:
— Вот теперь он действительно работает на тебя.
Я положила первый заказ под латунную табличку, и пресс снова ударил — ровно, тяжело, будто ставил подпись вместо всех нас.
