В десять четырнадцать утра я стояла в ванной босиком, прижимая к коже чужую рубашку, пока за дверью люди Дамиана Руссо обсуждали предателя.
До этого утро казалось обычным. Дождь стучал по окнам особняка, а я чистила серебряный кран в хозяйской ванной, стараясь не смотреть на своё отражение. По четвергам я убирала личные покои Дамиана с десяти до полудня. Не открывала ящики. Не трогала бумаги. Не задерживалась ни на минуту.
Но каблук скользнул на мокром кафеле.
Я схватилась за край раковины, локтем ударила по бутылке, и едкое средство пролилось на форменную блузку. Жжение началось сразу.
— Только не это, — прошептала я, включая воду.
Ткань прилипла к коже, и мне пришлось снять блузку. На ключице проступила красная полоса. Влажная форма лежала у раковины, а запасная ждала в прачечной на первом этаже. Между мной и прачечной были камеры, охранники и Сильвия, старшая экономка, способная превратить мокрое полотенце в доказательство моей непригодности.
Я открыла шкаф.
Там висели костюмы, пиджаки и белые рубашки, каждая дороже моей месячной зарплаты. Одна лежала поверх корзины для белья. На манжете темнела тонкая полоска чернил.
Я знала, что не должна её брать.
И всё равно надела.
Хлопок оказался прохладным, почти спасительным. Рубашка Дамиана доходила мне до середины бёдер, рукава пришлось подвернуть. Я застегнула пуговицы и уже потянулась к двери, когда услышала голос из спальни.
— Мне всё равно, что, по мнению Монтгомери, у него есть, — сказал Дамиан.
Я замерла за рядом зимних пальто.
— Груз в Ньюарке перехватили до рассвета, — ответил Винсент Карбоне. — Расписание знали только четверо.
Дождь ударил по стеклу сильнее.
— Значит, утечка внутри дома, — сказал Дамиан. — Проверить комнаты прислуги. Охрану по периметру. Мне нужно имя.
— А девушка?
У меня похолодели пальцы. Я подумала о брате Ниле, о его долге бостонским кредиторам, о деньгах, которые отправляла ему каждый месяц. Если Дамиану требовался удобный виновник, бедная горничная подходила идеально.
— Экономку не трогать, — резко ответил он. — Она безвредна. Почти не говорит.
Мне стало больно от этих слов, но благодарность оказалась сильнее обиды.
Шаги удалились. Дверь спальни закрылась.
Я ждала, пока Дамиан войдёт в ванную, чтобы проскользнуть мимо. Но шаги направились прямо к шкафу.
Дверца распахнулась.
Свет ударил мне в лицо.
— Можешь перестать задерживать дыхание, — сказал он. — Средство для чистки я почувствовал ещё в коридоре.
Я вышла из-за пальто, стараясь не прикрывать себя руками.
— Мистер Руссо, произошёл несчастный случай.
Он посмотрел на рубашку, потом на мою красную кожу. Восемь месяцев я проходила мимо него, опустив глаза. Теперь его внимание было целиком обращено ко мне, и от этого колени стали ватными.
— Я только хотела дойти до прачечной. Я всё постираю.
— Что случилось с кожей?
— Бутылка опрокинулась.
Он сделал шаг. Я отступила к кедровой панели.
Дверь за его спиной тихо щёлкнула.
Я подняла руки к верхней пуговице.
— Я могу снять её.
Дамиан мягко перехватил мои запястья.
— Нет.
Я посмотрела ему в глаза и поняла: он знал моё имя. Он произнёс его негромко, словно давно ждал удобного случая.
— Мелин. Оставь её на себе.
Затем выражение его лица изменилось.
— И скажи, почему ты отправляешь деньги Салливанам…
ЧАСТЬ 2
— Я не отправляю деньги Салливанам, — сказала я, хотя голос предательски дрогнул.
Дамиан не отпустил мои запястья, но держал осторожно, будто боялся причинить боль.
— Не лги мне в моей спальне.
— Это не ваша спальня, если вы запираете в ней горничных.
В его глазах мелькнуло удивление. Я и сама не ожидала, что осмелюсь ответить.
— Ты отправляешь деньги человеку, который пользуется именем Салливанов.
Он отпустил меня и достал из кармана конверт с адресом маленькой квартиры в Бостоне. Моим адресом.
— Где вы это взяли?
— Возле кабинета бухгалтера. Ты выбросила квитанцию, оторвав верхнюю часть.
— Я не имею отношения к грузу в Ньюарке.
— Я знаю.
От этих двух слов стало страшнее.
— Тогда зачем вы меня допрашиваете?
Дамиан налил воды и протянул мне стакан. На его костяшке была свежая ссадина.
— Тот, кто сливает маршруты, знает о твоём брате. Сегодня ночью Нил Салливан исчез из своей квартиры.
Стакан едва не выскользнул из моих пальцев.
— Вы посылали за ним людей?
— Если бы посылал, он не исчез бы.
За дверью раздались тяжёлые шаги. Постучали.
— Дамиан, — позвал Винсент. — Нам нужно поговорить.
Дамиан спрятал конверт.
— Встань за ширмой. Не выходи, пока я не скажу.
— Почему я должна вам верить?
— Не должна. Но Винсент уже решил, что ты виновата. Если увидит тебя здесь, подумает, что ты подслушивала.
Он открыл дверь. Винсент вошёл с двумя охранниками. Под ногтем его большого пальца темнела кровь.
— Мы нашли след. В комнате Мелин лежит карта складов.
У меня перехватило дыхание.
— Это невозможно, — сказала я из-за ширмы.
Охранник шагнул ко мне, но Дамиан поднял руку.
— Ты слышал приказ не трогать её.
— Приказ изменился, — усмехнулся Винсент и положил на стол фотографию.
На снимке были моя комната, открытый чемодан и карта, которой я никогда не видела. Я вышла из-за ширмы.
— Вы подбросили её.
— Докажи.
Дамиан посмотрел на фотографию, затем на Винсента.
— Уведите охранников.
— Ты защищаешь служанку?
— Я попросил уйти.
Винсент наклонился к нему.
— Если она заговорит, погибнет не только твой груз. Погибнет имя Руссо.
Он вышел, оставив после себя запах мокрой шерсти. Дамиан повернулся ко мне.
— Теперь ты понимаешь, почему я не могу отпустить тебя вниз.
— Я понимаю только одно: вы знали о моём брате раньше, чем я узнала, что он пропал.
Он помолчал, положив ладонь на край стола.
— В твоём шкафчике на кухне есть жестяная коробка с выцветшей наклейкой ласточки. Принеси её. Никому не говори, что я попросил.
— Что в ней?
— Ответ на вопрос, кто отправлял деньги Салливанам. И почему твой брат исчез именно сегодня…
ЧАСТЬ 3
— Коробка уже не на кухне, — сказала я.
Дамиан резко поднял голову.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что утром я сама её проверяла.
В его лице промелькнула тревога. Не злость. Именно тревога.
Мы вышли из спальни через служебный коридор в половине одиннадцатого. Я всё ещё была в его рубашке, рукава цеплялись за латунные ручки шкафов. Внизу пахло воском и обугленным хлебом. На кухне Сильвия пересчитывала полотенца.
— В шкафчике Мелин ничего нет, — сказала она, не оборачиваясь.
Я остановилась.
— Вы открывали его?
— У меня есть ключи от всего дома.
— Не от моей жизни, — ответила я.
Сильвия побледнела и достала из кармана маленькую жестяную коробку. На крышке действительно была выцветшая ласточка.
— Она лежала у меня, — прошептала женщина. — Я собиралась вернуть.
Дамиан протянул руку.
— Отдайте.
Сильвия посмотрела на него, потом на меня.
— Я больше не стану молчать. Нил приходил ко мне три недели назад. Он сказал, что Винсент заставляет его передавать расписания. Угрожал забрать вашу мать из больницы, если он откажется.
У меня подкосились ноги.
— Почему вы не сказали мне?
— Потому что в тот же вечер Винсент показал мне фотографию моих внуков у школы.
Дамиан медленно открыл коробку. Внутри лежали ключ, банковские квитанции и сложенный лист с подписью Нила.
— Он не был предателем, — сказал Дамиан.
— Тогда что это? — спросила я.
Он развернул лист.
На нём Нил писал, что деньги, которые я отправляла Салливанам, уходили не кредиторам. Они поступали на счёт, открытый на имя Винсента Карбоне. Нил платил ему за то, чтобы тот не трогал нашу мать. А последний перевод был отмечен как плата за молчание.
— Винсент украл маршруты, — продолжил Дамиан. — Он подставил Нила, а затем решил сделать виноватой тебя.
В этот момент дверь кухни распахнулась. Винсент стоял на пороге, держа в руке пистолет.
— Дамиан, убери бумагу.
Сильвия вскрикнула. Я прижала коробку к груди.
— Ты сам подписал банковское распоряжение, — сказал Дамиан.
Винсент усмехнулся.
— Я спасал эту семью, пока ты играл в хозяина.
— Где Нил?
— В старом гараже у реки. Пока жив.
Мир качнулся.
— Если с ним что-то случится…
— Случится, если ты не отдашь документы, — перебил Винсент.
Дамиан шагнул между нами.
— Ты ошибся в одном. Нил успел оставить копию не только Сильвии.
Винсент нахмурился.
— Кому?
Дамиан достал из коробки ключ.
— Твоему сыну.
На лице Винсента исчезла уверенность. Он медленно опустил оружие, словно внезапно понял, что его предали не враги.
Телефон Дамиана зазвонил. Он ответил, и выражение его лица стало жёстким.
— Говорите.
Я слышала только его сторону разговора.
— Сколько людей? … Нет, не входите. Ждите моего сигнала.
Он убрал телефон и посмотрел на меня.
— У гаража не Нил.
— Тогда кто?
Дамиан сжал ключ в кулаке.
— Твоя мать. И человек, который привёз её туда, уже знает, что мы нашли коробку…
Он открыл папку — и сын Винсента сделал шаг вперёд…
Я думала, что тайна Нила закончилась в тот момент. Но настоящая опасность ждала нас у старого гаража.
Там один человек должен был выбрать между страхом и собственной семьёй.
«Решение будет за тобой».
И судьба Винсента оказалась в руках его сына.
👇 Финал истории уже открыт
