ЧАСТЬ 4
Девушка стояла под ржавым навесом и держала в руке связку ключей. Ей было около тридцати пяти, волосы собраны в тугой узел, на белом рукаве виднелось пятно машинного масла.
Маурисио резко остановился.
— Карла?
Она посмотрела на него так, словно это имя причинило ей боль.
— Ты сказал, что она никогда сюда не приедет.
— Я ошибся.
— Нет, — ответила Карла. — Ты слишком долго считал всех вокруг глупее себя.
Дамиан поднял руку, и люди у машин остановились. Старый док пах солью, дизельным топливом и мокрым железом. Внутри дальнего ангара мерцала одна лампа. Где-то под настилом капала вода, и каждый удар отдавался в пустом помещении.
Я крепче прижала папку к груди.
— Кто вы?
— Карла Мендоса. Бывший инженер компании Сальседо.
Дамиан нахмурился.
— Я не знаю вас.
— Знаете. Просто вам не показывали мои отчёты.
Она достала из сумки тонкую металлическую коробку. На крышке был выцарапан номер причала.
— Семь лет назад я проверяла грузы на северной линии. Ваш брат приказал мне закрыть один контейнер без осмотра. Я отказалась. Через два дня меня уволили, а в документах написали, что я брала взятки.
Дамиан молчал.
Карла повернулась ко мне.
— Маурисио нашёл меня прошлой зимой. Сказал, что у него есть способ вернуть мне имя. Я помогла ему проверить старые планы дока, но потом поняла, что он собирается использовать вашу подпись.
— И вы всё равно работали с ним? — спросила я.
— До тех пор, пока не увидела, что он сделал с вами на приёме.
Маурисио презрительно усмехнулся.
— Трогательная встреча униженных специалистов.
Карла ударила ладонью по металлической коробке.
— Внутри твоя переписка с Ортисом и платёжные ведомости. Не записи разговоров. Подлинные счета. Ты переводил деньги через строительную фирму на имя своей матери.
Маурисио дёрнулся.
Я посмотрела на Дамиана.
— Вы знали о счетах?
— Нет.
— Но знали о поддельном проходе.
— Я понял это сегодня, когда увидел вашу тетрадь.
Карла вставила ключ в маленький замок.
— Второй экземпляр чертежа лежит здесь. Но есть ещё кое-что.
Она раскрыла коробку и достала сложенный лист с печатью нотариуса.
— Это распоряжение о передаче дока в доверительное управление. Подписано вашим братом за месяц до смерти.
Дамиан взял документ. Его пальцы сжались на краю бумаги.
— Он собирался передать док Ривасам.
— Он уже передал, — сказала Карла. — Сальседо умер не потому, что его предали. Он умер, потому что хотел выйти из дела, а Ривасы не позволили.
Внутри меня всё перевернулось. Дамиан был не хозяином этой войны. Он унаследовал её вместе с домом, портами и чужими преступлениями.
Маурисио тихо засмеялся.
— Наконец-то ты ей расскажешь, почему заказал проект у меня?
Я повернулась к Дамиану.
— Вы знали его раньше?
— Я нанял его через неделю после возвращения. Он обещал восстановить северное крыло и найти людей, которые использовали мои документы. Я не знал, что он сам оставлял следы.
— Почему не проверили меня?
— Проверил. И увидел, что вы честны.
— Честность не даёт вам права втягивать меня.
— Не даёт.
Он сказал это без попытки оправдаться.
Маурисио сделал шаг назад.
— Вы оба слишком поздно поняли, что без меня никто не знает, где вход.
Он схватил канистру с топливом, стоявшую у стены, и плеснул жидкость на пачку старых чертежей.
— Ещё шаг — и сгорит всё.
Карла бросилась к нему, но Маурисио оттолкнул её. Дамиан двинулся следом.
— Не подходи!
— Маурисио, — сказала я.
Он посмотрел на меня.
— Ты хотела вернуть своё имя? Подпиши новые бумаги, и я скажу, что всё сделал один Ортис.
— Ты думаешь, я снова подпишу то, чего не читала?
— Думаю, ты подпишешь что угодно, если испугаешься достаточно сильно.
Я достала из портфеля тетрадь с красной обложкой. На последней странице были мои рабочие пометки, а рядом — дата и номер листа, который Маурисио приказал уничтожить. Под ним я когда-то записала: «Северная кладовая не выдержит давления. Не использовать как проход».
— Ты забыл, — сказала я, — что я проектировала этот док, а не только красивое крыло для твоих презентаций.
Я показала на потолочную балку.
— Под ней спрятан аварийный распылитель. Если открыть вентиль у стены, топливо смешается с водой и чертежи не загорятся.
Маурисио оглянулся.
Карла уже бросилась к вентилю.
С потолка ударила вода.
Пламя, которое он успел поднести к бумаге, захлебнулось с шипением. Маурисио попытался выскочить к воротам, но на мокром полу поскользнулся и рухнул рядом с коробкой.
Из кармана его пиджака вылетел маленький ключ.
Тот самый, которым открывался скрытый проход.
Дамиан поднял его, но не отдал своим людям.
— Рената, решать вам.
Я посмотрела на Маурисио. Он лежал на боку, весь в грязной воде, и впервые казался не опасным, а просто человеком, который слишком долго верил в собственную безнаказанность.
— Я не хочу, чтобы вы решали за меня, — сказала я Дамиану. — Но хочу, чтобы он ответил за подделку подписи, деньги и угрозы инженеру.
— Так и будет.
— Без того, чтобы моё имя снова стало частью вашей войны.
— Я передам все документы независимому нотариусу и строительной комиссии. Ваше имя будет указано как имя автора проекта и потерпевшей стороны.
— А вы?
Дамиан посмотрел на документ своего брата.
— Я передам док в управление Карле. Там больше не будет тайных проходов.
Карла подняла глаза.
— Вы понимаете, что потеряете контроль над портом?
— Понимаю.
— И всё равно подпишете?
— Именно поэтому.
Это был неожиданный поворот. Я думала, Дамиан будет спасать своё имя и власть. Но он отказался от того, что связывало его с братом, даже если вместе с этим терял самый прибыльный участок побережья.
Маурисио тихо произнёс:
— Ты отдаёшь им всё из-за одной архитекторки?
Дамиан посмотрел на него.
— Нет. Из-за того, что ты показал мне цену моего молчания.
На рассвете мы вернулись в дом. Праздничные столы ещё стояли в гостиной, бокалы покрылись тонкой плёнкой пыли, а зелёная плитка нового крыла блестела от воды, проникшей через открытые двери.
Маурисио сидел на стуле под присмотром охраны. Инженер дал письменные показания, Карла запечатала коробку, а Дамиан при всех велел убрать со стены табличку с названием его компании.
Я увидела свой портфель на том же столе, где его оставили.
На нём лежал лист с новой титульной страницей проекта.
В графе «автор» стояло: «Рената Вальдес».
Ниже оставалось место для подписи заказчика.
Дамиан протянул мне ручку.
— Подпишите только то, что прочитали.
Я взяла её.
— Тогда сначала прочитаю всё.
Карла тихо рассмеялась. Даже инженер улыбнулся.
Я поставила подпись не внизу, а рядом с собственным именем — чётко, без привычной спешки, которой меня научили чужие сроки.
Потом свернула чертёж и подошла к северной кладовой. На стене ещё виднелась трещина, за которой прятался незаконный проход.
Я провела пальцами по свежей штукатурке.
— Здесь будет окно, — сказала я.
Дамиан посмотрел на меня.
— В стене?
— В стене, которую вы хотели скрыть. Пусть море будет видно изнутри.
Карла принесла линейку, инженер — карандаш. Я начертила на влажной штукатурке прямоугольник будущего проёма.
За стеной глухо ударила волна.
И на мокром бетоне моё имя осталось рядом с первой линией нового окна.
Пропустили начало?
