ЧАСТЬ 4
…Я увидела, как Дамиан сжал телефон, будто хотел раздавить его в ладони.
— Что написано? — спросила я.
— «Архитектор знает, где спрятан настоящий груз».
Маурисио резко поднял голову.
Это движение сказало больше, чем его оправдания.
Дамиан заметил его и повернулся к мужчине со шрамом.
— Армандо, оставь здесь двух человек. Никто не выходит. Остальные со мной.
— Я тоже еду, — сказала я.
— Нет.
— В записке моё имя. Если это ловушка, я должна понимать, какую именно.
— Ты не обязана входить в ловушку, чтобы доказать, что тебя подставили.
— А вы не обязаны решать за меня после того, как весь вечер меня не слышали.
На его лице мелькнуло что-то похожее на усталость.
— Тогда держись рядом со мной.
Мы выехали из резиденции в десять сорок две. За окнами машины мелькали пальмы, мокрые от морского тумана. Я сидела на заднем сиденье рядом с Армандо и держала медный угольник в кармане, словно он мог защитить меня от всего, что происходило.
Дамиан говорил по телефону коротко и жёстко.
— Не трогайте врача. Мне нужны факты.
Потом он убрал телефон.
— Мой брат Рауль жив. Но ему дали сильное снотворное.
— За что его пытались убрать?
— Он управлял бухгалтерией портовой компании. Неделю назад обнаружил, что один из моих людей продаёт маршруты Ривасам.
— Значит, Маурисио работал не один.
— Нет. Но он думал, что работает на Ривасов.
В больнице пахло хлоркой и горячим пластиком. В коридоре возле палаты стояла женщина с мокрыми волосами. Я узнала её: Лидия успела приехать следом.
— Зачем ты здесь? — спросил Дамиан.
Она протянула ему ключ-карту.
— Я была не его сообщницей. Я была курьером. Он шантажировал моего брата долгами. Сегодня я должна была передать настоящие чертежи человеку Риваса, но испугалась и подменила папку.
— Где настоящая?
Лидия посмотрела на меня.
— В архиве вашего бюро. Я спрятала её в тубусе для плакатов.
Я закрыла глаза.
Внутри тубуса лежал не только проект. Там хранился первоначальный договор, где стояла моя настоящая фамилия как автора. Маурисио не знал, что я забрала его из сейфа после первой кражи.
— Почему вы не сказали сразу? — спросила я.
— Потому что он обещал убить моего брата. А потом я увидела, как вы стоите одна у колонны, и поняла: следующей жертвой сделают вас.
Армандо отвёл взгляд. Дамиан опустил руку с телефоном.
— Ты могла погибнуть сегодня, — сказал он Лидии.
— Знаю.
— И всё равно пришла.
— Потому что страх не становится меньше, если кормить его чужими жизнями.
Эта фраза задела меня неожиданно сильно.
В палате Рауль лежал под тонким одеялом, бледный, но в сознании. Увидев брата, он попытался сесть.
— Не вставай, — сказал Дамиан.
— Маурисио передал им схему старого склада, — прошептал Рауль. — Но в схеме была ошибка. Он не знал, что настоящий груз перенесли.
— Куда? — спросил Дамиан.
Рауль посмотрел на меня.
— В новое крыло его дома. В стену за библиотекой.
Я вспомнила узкий пустой участок между каменной кладкой и вентиляционным каналом. В проекте он предназначался для обслуживания труб. Маурисио однажды потребовал убрать его, но я настояла: иначе здание нельзя было безопасно обслуживать.
— Он хотел не только убить Дамиана, — сказала я. — Он хотел, чтобы после взрыва нашли груз в доме и обвинили его.
Дамиан медленно кивнул.
— Ривасы собирались получить порт, убрать меня и забрать всё сразу.
— А Маурисио?
— Думал, что получит деньги и моё имя на всех чертежах.
Утром мы вернулись в резиденцию. Праздничный зал выглядел так, словно его бросили посреди спектакля: бокалы стояли нетронутыми, свечи догорели до медных подставок, а на мраморном полу остался один зелёный лепесток из украшений.
Маурисио сидел в маленькой комнате для переговоров. Перед ним лежали договоры, а рядом стоял его чемодан.
— Ты не имеешь права удерживать меня, — сказал он Дамиану.
— Я не удерживаю. Я показываю гостям, кому они доверили свои проекты.
На столе лежали копия поддельного распоряжения, снятый клапан и резервная карта памяти.
Дамиан подключил её к ноутбуку. На экране появились мои расчёты, даты правок и электронные отметки Маурисио. Не признание. Хуже. Точная последовательность его действий.
Маурисио побледнел.
— Ты хранила это всё время?
— Я хранила доказательство того, что умею делать свою работу.
— Ты разрушишь бюро.
— Нет. Его разрушил человек, который решил, что имя женщины можно стереть вместе с подписью.
Он встал так резко, что стул ударился о стену.
— Я сделал тебя известной!
— Ты не произнёс моё имя ни разу за восемь месяцев.
Реплика повисла между нами тяжелее любого обвинения.
Дамиан передал материалы владельцам бюро, заказчикам и людям Рауля, которые занимались портовыми контрактами. Маурисио потерял проект ещё до того, как успел выйти из комнаты. Лидия получила защиту для брата и сама дала показания тем, кто мог остановить Ривасов. Дамиан не стал превращать её в расходный материал.
А Рауль, поправившись, подтвердил, что в бухгалтерии действительно был предатель. Им оказался не Армандо, а старший управляющий порта, человек, который много лет клялся в верности Дамиану. Его имя нашли в счетах, и на этот раз оно не исчезло из документов.
Через три дня Дамиан позвонил мне в мастерскую, где я собирала бумаги для увольнения.
— Я хочу предложить вам работу.
— После всего случившегося?
— Именно после всего случившегося.
— Я не стану вашим украшением на приёмах.
— Я видел. Вы слишком дорого обходитесь тем, кто пытается вас унизить.
Я усмехнулась.
— А что именно вы предлагаете?
— Независимую группу для восстановления старых зданий на побережье. Ваше имя будет в договоре первым.
Я посмотрела на медный угольник, лежавший рядом с бумагами. На его потёртой крышке осталась царапина от той ночи.
— И вы не будете вмешиваться в мои расчёты?
— Если расчёты спасут мне жизнь, я буду слушать внимательно.
Я подписала договор не сразу.
Сначала позвонила Лидии и попросила прийти. Мы вместе исправили последний чертёж нового крыла: оставили скрытый проход к вентиляционному каналу и добавили туда табличку с именами всех, кто работал над проектом.
Моё имя стояло первым.
Вечером Дамиан пришёл проверить здание. Он остановился перед стеной библиотеки, где ещё недавно был спрятан груз.
— Странно, — сказал он. — В этом доме я всегда искал людей, которые хотят меня обмануть.
— А теперь?
Я поставила на стол новую схему.
— Теперь ищите тех, кто умеет строить.
Он взял карандаш, но не прикоснулся к чертежу.
— Рената, почему ты всё-таки осталась?
Я посмотрела на коридор, залитый вечерним светом. Тот самый коридор, который Маурисио присвоил, а потом попытался превратить в оружие.
— Потому что его можно было испортить чужими руками, но нельзя было отдавать им окончательно.
Дамиан кивнул.
За стеной Рауль спорил с инженером о новых счетах, Лидия раскладывала папки по датам, а Армандо впервые за весь вечер держал не оружие, а рулетку.
Я провела ладонью по каменной арке и увидела на свежей табличке свою фамилию.
Под ней стояла дата, а рядом — короткая строка, которую настоял добавить Дамиан:
— «Автор не тот, кто громче всех говорит. Автор тот, чьё здание выдерживает бурю».
Я взяла карандаш и исправила последнее слово.
— Не бурю, Дамиан. Людей.
И в новом крыле, где когда-то готовили чужую смерть, первой зажглась лампа над моей подписью.
Пропустили начало?
