ЧАСТЬ 4
Я сразу поняла, о каком оригинале шла речь.
Не о письме Клары. Не о платёжном поручении.
О журнале испытаний.
Его вели инженеры на полигоне. В нём отмечали настоящие показатели защитных систем, фамилии техников и время, когда одна из машин отказала. Если журнал исчезнет, Артур сможет назвать документы Клары подделкой, а погибших солдат — жертвами ошибки на месте.
— Где последний свидетель? — спросила я.
— В гостинице «Лафайет», — ответил Вэнс. — Его зовут Майкл Рид. Бывший начальник испытательной группы.
Артур резко поднял голову.
— Вы не можете втягивать мою семью в эту грязь.
— Вы уже втянули её, — сказал Тревор.
Эвелин шагнула к мужу.
— Артур, скажи им, что журнал у тебя.
Он повернулся к ней так быстро, что она отшатнулась.
— Замолчи.
Этого хватило.
Я увидела, как Тревор смотрит на него. Не на отца, который когда-то учил его кататься на яхте, а на человека, готового снова спрятать правду за чужой подписью.
— Ты правда хранишь его? — спросил Тревор.
Артур молчал.
— Отец, где журнал?
— В безопасном месте.
— У тебя?
— Это не твоё дело.
Тревор снял фамильный перстень и положил его на стол.
— Тогда забери всё, что ты мне оставил. Компанию, счета, этот перстень. Я не буду наследником доказательств против погибших людей.
Артур будто физически постарел. Для него это было страшнее возможного расследования. Он строил империю не только ради денег. Ему нужно было, чтобы Тревор продолжил его фамилию и однажды занял его кресло.
— Ты неблагодарный мальчишка, — прошептал он.
— Я просто впервые прочитал мелкий шрифт.
Вэнс приказал подготовить машину, но я остановила его.
— Если Рид исчез, он мог оставить журнал не в гостинице.
Я вспомнила одну деталь из отчёта Клары: после увольнения Майкл забрал из архива металлический ящик для образцов. На крышке был выцарапан номер полигона и маленькая буква «К». Так инженеры обозначали сектор, где я когда-то командовала эвакуацией.
— Он оставил его там, где я смогу найти, — сказала я.
Мы приехали на старый учебный полигон под вечер. Ветер гонял по бетону сухие листья, а ржавая табличка у склада билась о цепь. Внутри пахло машинным маслом и пылью.
Я заметила металлический ящик под сломанным верстаком. На крышке действительно была буква «К».
Но замок оказался вскрыт.
Внутри лежал журнал, завёрнутый в промасленную ткань, и записка Майкла: «Я не исчез. Я спрятался, потому что Артур послал за мной людей. Но прежде чем говорить, я должен был убедиться, что Кейт будет там».
На последней странице стояла дата и подпись Артура. Рядом — список переведённых денег и фамилии инженеров, которым приказали молчать.
— Он хотел, чтобы ты нашла это, — сказал Вэнс.
— Нет, — ответила я. — Он хотел, чтобы я смогла доказать это без него.
Телефон зазвонил в моей руке. Номер был незнакомым.
— Генерал Мерсер? — спросил мужской голос. — Я Майкл Рид. Я жив, но у меня мало времени. Артур не единственный, кто подписывал отчёты.
Я посмотрела на чёрные строки журнала.
— Кто ещё?
В трубке послышалось тяжёлое дыхание.
— Ваш отец спасал не только свою компанию. Он прикрывал человека, который двадцать шесть лет назад подписал приказ о вашем исключении из семейного фонда. Ваше отречение было частью сделки.
Мои пальцы сжались на обложке.
— Что вы сказали?
— Артур боялся, что вы узнаете, кому на самом деле достались деньги, предназначенные для вашей военной стипендии.
Вэнс шагнул ко мне.
— Кейт, не продолжайте разговор одна.
Но голос в телефоне уже звучал тише.
— Я пришлю вам копию соглашения. И имя человека, который его составил. Это не Артур…
Связь оборвалась.
Я стояла в заброшенном складе, держа журнал с именем отца на каждой третьей странице, и вдруг поняла: двадцать шесть лет назад он не просто отвернулся от меня. Кто-то помог ему купить моё молчание, пока я училась спасать чужих сыновей.
На первой странице журнала под датой испытания была приписка Майкла: «Ищите подпись под номером семь».
Я перелистнула бумагу.
И увидела фамилию, которую знала с детства.
Мою собственную.
Пропустили начало?




