ЧАСТЬ 4
Нотариус позвонил в семь утра, когда я резала хлеб для завтрака.
— Миссис Рид, приезжайте в контору к девяти. Есть обстоятельство, о котором вы должны узнать лично.
— Это касается Калеба?
— Отчасти. Но не только его.
Джастин сидел напротив, обхватив кружку обеими руками. На столе лежала его зелёная записная книжка. Он не открывал её с тех пор, как офицер забрал лист.
— Мам, я сделал что-то плохое?
Я положила нож.
— Ты помог людям. Это не может быть плохим.
— Но из-за меня Калеба забрали.
— Не из-за тебя. Из-за того, что он сделал.
Он кивнул, но тревога не ушла из его лица.
В нотариальной конторе пахло бумагой, полиролью и крепким кофе. Миссис Уитмор уже ждала нас. Рядом с ней сидела миссис Белл, а на краю стола лежала та самая маленькая металлическая шкатулка. На крышке виднелась вмятина в форме полумесяца.
Калеба там не было.
Нотариус, господин Левин, поднялся.
— Вчера вечером я получил распоряжение от миссис Уитмор. Она попросила зачитать не всё завещание, а одну его часть.
Миссис Уитмор протянула руку Джастину.
— Сядь рядом со мной, мальчик.
Джастин сел. Его пальцы коснулись латунной рукоятки её трости.
— Сначала я должна сказать тебе правду, — произнесла она. — Я сама попросила офицеров приехать к вам.
Я резко повернулась к ней.
— Вы?
— Да. Но не для того, чтобы обвинить Джастина. Я знала, что Калеб попытается переложить вину на него.
— Тогда почему вы позволили ему думать, что мой сын подозреваемый?
— Потому что мне нужен был свидетель, которому Калеб поверит. И потому что Джастин увидел его у клумбы.
Мой сын нахмурился.
— Вы знали?
— Я заметила красную машину через окно. Потом увидела, как Калеб вынес шкатулку. Но если бы я сразу обвинила его, он уничтожил бы документы, которые хранил у себя.
— Вы использовали моего сына как приманку, — сказала я.
Миссис Уитмор опустила взгляд.
— Да. И мне стыдно. Я решила, что защищаю наследие мужа, но забыла, что передо мной ребёнок.
Джастин отодвинул стул.
— Я не хочу быть приманкой.
— Больше никогда не будешь, — ответила она.
Господин Левин открыл папку.
— Теперь о странице завещания. Миссис Уитмор действительно оставляет дом и большую часть сбережений благотворительному фонду. Но есть отдельный пункт.
Он достал документ с толстой кремовой бумагой.
— Она учреждает стипендию имени Томаса Уитмора для детей, которые помогают пожилым соседям. Первым получателем становится Джастин Рид.
Джастин отшатнулся.
— Я не хочу деньги.
— Это не награда за доброту, — сказала миссис Уитмор. — Это возможность учиться тому, что ты сам выберешь. Ты отказался от пятидесяти долларов, но не обязан отказываться от будущего.
Я почувствовала, как в горле поднимается ком.
— Он даже не просил об этом.
— Поэтому я и выбрала его.
В дверь постучали. Вошёл офицер Харрис. В руке он держал папку, которую вчера показывал на нашем крыльце.
— Калеб признался в подделке подписей, — сказал он. — Но есть ещё кое-что. Деньги он переводил не себе.
Миссис Уитмор закрыла глаза.
— Кому?
— Его матери. Она тяжело больна и нуждается в лечении. Калеб влез в долги, потому что страховая компания отказала ей в оплате операции. Это не оправдывает кражу. Но объясняет, почему он так отчаянно цеплялся за деньги.
Миссис Уитмор долго смотрела на стол.
— Он мог попросить.
— Он боялся, что вы скажете «нет», — добавил офицер.
— Я бы сказала «нет» ему. Но не его матери.
Она попросила позвонить Калебу из комнаты для переговоров. Через десять минут он вошёл с опущенными плечами. На нём была та же куртка, а на рукаве темнело пятно от машинного масла.
Он остановился напротив Джастина.
— Я виноват, — сказал Калеб.
Джастин не ответил.
— Я знал, что тебе поверят, потому что ты всем помогаешь. Я подумал, что взрослые решат: хороший мальчик просто оказался не там.
— А если бы меня забрали? — спросил Джастин.
Калеб побледнел.
— Я не думал.
— Вот именно.
Миссис Уитмор поднялась, тяжело опираясь на трость.
— Я не буду лишать тебя помощи для матери. Но ты вернёшь каждый украденный рубль. Не мне. В фонд, из которого брал. Будешь работать по вечерам, пока долг не будет закрыт.
— Бабушка, я не смогу.
— Сможешь. Не потому, что я тебя накажу. Потому что ты обязан увидеть цену своих решений.
Калеб опустился на стул.
— А дом?
— Дом останется фонду. Тебе я оставлю не имущество, а шанс стать человеком, которому можно доверять.
Он поднял глаза.
— Ты правда поможешь моей маме?
— Оплачу лечение напрямую клинике. Ни одной купюры в твои руки.
У Калеба задрожала челюсть. Он достал из кармана ключ и положил его на стол.
— Я отдам всё, что осталось.
Офицер Харрис забрал ключ и документы. Калебу предстояло отвечать за подделку и кражу, но миссис Уитмор настояла, чтобы дело не превратилось в месть. Она наняла независимого бухгалтера, составила график возврата денег и передала материалы не только властям, но и совету фонда.
А Джастину она вручила не конверт, а небольшую эмалированную табличку с именем Томаса Уитмора.
— Повесь её на свою газонокосилку, — сказала она. — Пусть все знают, для кого ты работаешь.
— Для пожилых соседей, — ответил он.
— И для себя тоже.
Через неделю Джастин снова пошёл косить газон миссис Белл. Он взял с собой новую пару перчаток, но старые оставил в кармане рюкзака. Зелёная книжка лежала рядом с инструментами.
Миссис Белл поставила на крыльцо лимонад.
— Сколько я тебе должна?
Джастин покачал головой.
— Нисколько.
— Тогда я должна тебе просьбу.
— Какую?
Она указала на кривой участок возле забора.
— Не коси там. Там растут поздние астры. Я хочу, чтобы их увидел мой муж на фотографии, когда приедет внучка.
Джастин посмотрел на траву, затем выключил двигатель.
Он впервые за всё лето оставил часть газона нетронутой.
На ручке косилки поблёскивала новая табличка, а под ней была приклеена записка его почерком: «Астры не трогать».
Миссис Белл прочитала её и улыбнулась.
А Джастин сказал:
— Добро тоже иногда нужно уметь остановить вовремя.
Пропустили начало?



