ЧАСТЬ 4
— Он исчез? — переспросила я.
— Его машина стоит у вокзала, — сказала Сьюзан. — Телефон выключен. На счёте пусто.
В камине у меня лопнула сосновая ветка. Я сидела в кресле, прижав телефон к уху, и пыталась собрать картину из обрывков.
Мелисса хотела получить мой дом, чтобы закрыть долги. Дэниел получил за обещание помочь. А её отец, Роберт, увидел возможность забрать деньги себе.
Но кто именно придумал эту схему?
— Томас, — сказала я, — вызови Эдварда к себе и попроси его остаться с вами. Сьюзан, не подписывай ничего и не отдавай никому свои документы.
— Я уже отдала Роберту папку, — всхлипнула она. — Он сказал, что едет за банковскими выписками.
Тогда мне стало ясно: Роберт не бежал от скандала. Он забирал всё, что мог.
Я позвонила в банк, где хранились семейные бумаги. Роберт пытался снять деньги с общего счёта Сьюзан, но банковский служащий задержал операцию из-за необычного перевода. Это дало нам время.
Через сорок минут в мой горный домик приехала Сьюзан. Она держала в руках пластиковую папку, сжимая её так, что ногти стали белыми.
— Я не знала, — сказала она с порога. — Клянусь, я думала, что Мелисса просто устроила праздник. Она говорила, что вы позволили им жить там и собираетесь подарить дом Дэниелу.
— А Роберт?
— Он знал, что у нас долги. Он сказал, что сможет договориться с банком. Наверное, именно тогда Мелисса показала ему бумаги.
Я поставила перед ней чай. Пальцы у неё дрожали над чашкой.
— Почему вы приехали ко мне?
— Потому что мой муж оставил мне записку. Одну строку. «Если Маргарет узнает правду, всё рухнет». Я нашла её в его портфеле.
Внутри меня что-то болезненно сжалось. Роберт знал, что происходит, и всё равно пришёл на мой праздник, чтобы заставить меня уступить.
Томас подключился по телефону. Он объяснил Сьюзан, что нужно зафиксировать переводы, вернуть оригиналы документов и немедленно расторгнуть доступ Роберта к семейным счетам. Никаких драматических обещаний. Только звонки, подписи и точные действия.
Через два часа Роберт сам объявился.
Он приехал к моему дому, где его встретил Томас. Я слушала разговор через громкую связь.
— Мне нужно поговорить с Сьюзан, — сказал Роберт.
— Сначала положите папку на стол, — ответил Томас.
— Вы не понимаете, в каком положении семья.
— Понимаю. Вы пытались снять деньги, которые вам не принадлежат.
— Я спасал их от долгов!
Сьюзан подошла к телефону.
— Ты спасал нас или себя?
Роберт тяжело выдохнул.
— Если бы Мелисса получила дом, мы бы всё вернули.
— Ты украл мои сбережения.
— Я собирался вернуть.
— На каком счёте?
Ответа не последовало.
Сьюзан сама завершила разговор. Она не кричала. Просто попросила Томаса подготовить документы для раздельных счетов и вернуть ей папку.
Тем временем Дэниел сидел на ступеньках моего крыльца среди коробок с праздничными украшениями. Гости разъехались по гостиницам и закусочной у шоссе. Индейка остыла в багажнике чужой машины. Люди, которых Мелисса пригласила показать им «свой» дом, теперь знали, что она жила в нём без разрешения.
Я позвонила Дэниелу.
— Мама, я всё объясню.
— Начни с денег.
— Я не хотел брать твой дом.
— Ты получил деньги за то, чтобы убедить меня его продать.
— Мелисса сказала, что ты всё равно оставишь его мне.
— Ты спросил меня?
Он молчал недолго, но достаточно, чтобы я поняла: нет.
— Я думал, ты всё равно не сможешь жить одна, — сказал он.
Эта фраза оказалась больнее любых угроз.
— Я жила одна после смерти твоего отца. Я оплачивала этот дом, чинила крышу и каждую зиму чистила дорожку. А ты решил, что моя старость — удобный способ получить деньги.
— Я ошибся.
— Ты можешь исправить только то, что признаёшь полностью.
Он поднялся со ступенек.
— Что мне делать?
— Забрать свои вещи из хранилища. Возместить расходы. И больше не входить в мой дом без приглашения.
— Ты отказываешься от меня?
— Нет. Я отказываюсь от сделки, которую ты заключил вместо отношений.
Дэниел приехал в хранилище вечером. Томас уже оставил для него коробки, аккуратно подписанные моим почерком. Среди них была его детская деревянная железная дорога, которую я сохранила после переезда. Он долго держал коробку, а потом позвонил мне.
— Почему ты всё упаковала так бережно? — спросил он.
— Потому что твои вещи не виноваты в твоих поступках.
Он заплакал. Я слышала это по тому, как сбивалось дыхание.
Но слёз было недостаточно.
Он подписал соглашение о возмещении стоимости хранения, ремонта двери и замены замков. Мелисса вернула ключи через Сьюзан и призналась, что именно она составила список гостей, написав напротив моего имени: «сделает всё». Эдвард передал Томасу заявление о поддельном документе. Роберт не смог вывести деньги и был вынужден вернуть папку Сьюзан, но их брак всё равно закончился не из-за одной ссоры, а из-за того, что она увидела в его расчётах настоящего человека.
Дэниел не вернулся жить ко мне.
Он снял маленькую комнату и устроился на вторую работу, чтобы закрыть долг. Иногда он присылал чеки, иногда звонил, чтобы спросить, как заменить прокладку в кране или сколько стоит страховка. Я отвечала, когда хотела. Не потому, что меня заставляли вина или родство.
В декабре я вернулась в свой дом и сняла с холодильника меню на тридцать два человека. Бумага была испачкана соусом и пахла чужой кухней. Я не выбросила её сразу.
Сначала положила рядом новую карточку.
На ней было всего четыре имени: моё, Норы, её мужа и Томаса. Я пригласила их на ужин не для того, чтобы доказать кому-то свою правоту, а потому что сама выбрала гостей.
В день встречи Нора принесла маленький пирог и спросила:
— Ты уверена, что хочешь снова готовить?
Я улыбнулась.
— Сегодня я готовлю только то, что сама решила.
После ужина Томас передал мне последний документ — подтверждение, что доступ к дому окончательно закрыт для всех, кроме тех, кого я впишу сама. Я убрала его в папку, а старую медную табличку с номером дома повесила обратно на дверь.
На ней осталась царапина от того дня, когда Дэниел пытался войти плечом.
Я не стала её менять.
Пусть напоминает не о страхе, а о точном моменте, когда мой дом снова стал местом, куда входят только после звонка.
А внизу, на холодильнике, под новым списком ужина, я написала рукой одну короткую фразу: «Гости приходят по приглашению».
Пропустили начало?
