ЧАСТЬ 4
— Кто вы? — спросил я.
За окном гудели машины, а Тео сидел на полу возле журнального столика и раскладывал десятидолларовую купюру, чек и шоколадку в одну прямую линию. Он так делал, когда пытался вернуть миру порядок.
— Меня зовут Нина, — сказала женщина. — Я работаю в школе, где раньше учился Тео. Нам нужно встретиться сегодня.
— Сейчас?
— Сейчас. Речь идёт о ребёнке по имени Саша.
Я посмотрел на брата.
— Что с ним?
— Он жив. Но если вы хотите понять, почему в магазине появилась та папка, приезжайте в школу.
Мы добрались туда через двадцать минут. В коридорах уже погасили верхний свет, и лампы над кабинетом психолога мерцали, будто не могли решить, гореть им или нет. Нина ждала у двери. В руках она держала толстую школьную тетрадь с ободранным уголком.
— Тео оставил её у нас два года назад, — сказала она.
— Почему вы не отдавали её раньше?
Нина опустила глаза.
— Потому что директор запретил.
Тео остановился.
— Я думал, она потерялась.
Мы вошли в кабинет. На стене висела карта эмоций, у окна стоял мешок с мягкими кубиками. Нина положила тетрадь на стол и раскрыла её.
Страницы были исписаны временем, именами и короткими фразами.
«Саша прячется в туалете после обеда».
«Он говорит, что дома нельзя шуметь».
«Сегодня у него синяк на руке».
Я перечитал последнюю запись дважды.
— Тео, ты это написал?
— Да.
— Почему не сказал мне?
Он пожал плечами.
— Ты тогда работал ночью. А директор сказал, что Саша сам ударился.
Нина сжала тетрадь.
— Тео пытался рассказать. Директор заявил, что он неправильно понял ситуацию. Потом в школьной характеристике появилась фраза о «склонности к выдумкам». Именно этот лист отправили в магазин, когда родители пожаловались на его поведение.
Я почувствовал, как во мне что-то ломается. Не от злости на Тео. От стыда за то, что я столько лет защищал его от шума, толпы и жестоких слов, но не заметил, сколько он сам видел вокруг.
— А Саша? — спросил я.
— Его забрали из той семьи после проверки. Сейчас он живёт у тёти. Он хотел встретиться с Тео, но боялся, что ему не поверят.
В дверь постучали.
На пороге стоял мальчик лет двенадцати. Он держал рукав толстовки зубами и смотрел в пол.
Тео сразу встал.
— Саша?
Мальчик кивнул.
— Ты записал про меня всё правильно, — сказал он. — Только одну вещь забыл.
— Какую?
— Ты тоже боялся.
Тео опустил глаза. Я увидел, как он снова касается серебристой бирки под воротником.
— Я не хотел, чтобы ты исчез, — сказал он.
Саша подошёл ближе и осторожно положил ладонь на край стола.
— Я не исчез.
Они не обнялись. Тео не любил неожиданных прикосновений. Но Саша остался рядом, и этого оказалось достаточно.
На следующий день в магазине собрались Лида, Вера, представитель владельцев сети и тот самый охранник. Управляющего уже отстранили. Мужчина, который пытался увести Аню, больше не мог приближаться к ней; его дело передали в службы защиты детей. Лида получила копии всех документов, а бумагу с запретом для Тео уничтожили прямо перед нами.
Представитель сети смотрел на Тео с неловкой улыбкой.
— Мы хотели бы предложить вам небольшую подработку. Проверять доступность проходов и помогать составлять понятные инструкции для покупателей, которым трудно ориентироваться в шумном магазине.
Тео посмотрел на меня.
— Это будет по расписанию?
— По расписанию, — ответил мужчина.
— И можно будет делать перерыв возле стены?
— Можно.
— Тогда я согласен.
Лида поставила перед ним шоколадку.
— Ты так и не купил её в тот день.
Тео взял чек.
— Я купил. Просто потом пришлось потратить деньги на другое.
— На что?
Он показал на Аню, которая сидела рядом с матерью и рисовала на обороте старой ведомости. Тео отдал ей шоколадку, потому что она всё ещё дрожала после произошедшего.
Лида отвернулась, чтобы снова не расплакаться.
Я достал из кармана десятидолларовую купюру и протянул брату.
— Ты всё-таки заслужил свою покупку.
— Нет, — сказал он. — Оставь.
— Почему?
Тео посмотрел на Сашу, на Аню, на прозрачную коробку с заявлениями, которые теперь лежали не в закрытом шкафу, а на открытом столе для всех сотрудников.
— Мне понадобится на следующей неделе.
— Для чего?
Он повернулся к представителю магазина.
— В автомате у входа продаются карточки с картинками. Я хочу сделать набор для детей, которые не могут быстро объяснить, что случилось.
Мужчина кивнул.
— Мы оплатим.
— Нет, — ответил Тео. — Первую куплю сам.
В тот вечер мы снова стояли у тех же стеклянных дверей. Только теперь Тео не ждал, пока я разрешу ему войти. Он держал в руках папку с новыми карточками и объяснял Лиде, куда поставить знак тихого прохода.
Аня приклеила на кассовый экран первую карточку: «Мне нужна помощь».
Тео поправил её, выровнял по краю и сказал:
— Пусть каждый сможет показать её вовремя.
Пропустили начало?




