В семь сорок шесть утра отец позвонил мне и сказал, что под бассейном моего начальника нашли кое-что, из-за чего тот кричит на полицейских. Я сидела на совещании, держала ручку над блокнотом и пыталась понять, не ослышалась ли.
— Анна, приезжай к Ричарду, — сказал папа. — Только не звони ему.
— Что случилось?
На другом конце повисла короткая пауза. Я услышала глухой стук, будто кто-то уронил металлическую трубу.
— Я не один. И лучше тебе увидеть это самой.
Двадцать минут спустя я свернула на улицу, где стоял огромный дом Ричарда. Две полицейские машины перекрывали подъезд, а возле клумбы лежала мокрая резиновая перчатка, испачканная чёрной землёй. Ричард кричал с крыльца:
— Вы не имеете права заходить на мою территорию!
— Это вы позвали нас? — спокойно спросил один из полицейских.
— Я позвал, чтобы остановить этого человека! Он разрушил мой бассейн!
Мелисса стояла рядом, прижимая ладонь к губам. Её белый халат был забрызган грязью, а дорогая серьга раскачивалась у щеки. Она увидела меня и резко отвернулась.
Отец ждал у края бассейна. За девять дней он превратил мутную зелёную воду в прозрачное зеркало: заменил насос, проложил трубы, поставил фильтр. За работу Ричард должен был заплатить семь тысяч восемьсот долларов. Но накануне Мелисса посмотрела на счёт, рассмеялась и сказала:
— Семь тысяч за несколько труб? Вашей дочери стоит напомнить, кто подписывает ей зарплату.
Я до сих пор чувствовала, как от стыда горели щёки.
— Пап, я сама разберусь, — сказала я тогда.
Он лишь посмотрел на воду и ответил:
— Позвони мне завтра утром.
— Вы угрожаете моей семье? — усмехнулась Мелисса.
— Нет, — спокойно сказал он. — Я просто жду, когда вы оба поймёте, что подписали.
Теперь, стоя у бассейна, я заметила, что часть плитки разобрана. Под ней чернел квадратный проём, а рядом лежала отрезанная труба. От влажной земли тянуло ржавчиной и чем-то сладковато-тяжёлым.
— Папа, что здесь произошло?
Он не ответил. Вместо этого к нам подошла пожилая женщина в коричневом пальто. На её рукаве блестела круглая латунная брошь в форме ласточки. Она смотрела не на меня, а на дом.
— Это вы Анна? — спросила она.
— Да.
— Тогда вы должны знать, почему ваш отец попросил меня приехать.
С крыльца сорвался Ричард:
— Нора, убирайтесь отсюда! Вы продали этот дом двадцать лет назад!
— Я продала не дом, — ответила женщина. — Я подписала бумагу, которую мне подсунули после похорон мужа.
Ричард побледнел, но тут же снова повысил голос:
— Это бред старой женщины!
Отец положил ладонь на край проёма. На его пальцах блестела чёрная глина.
— Анна, — сказал он, не глядя на меня, — ты помнишь металлическую бирку, которую я нашёл вчера в насосном отсеке?
Я вспомнила маленькую пластинку с выбитым числом четырнадцать. Отец тогда спрятал её в карман и попросил Мелиссу подписать акт доступа к старой коммуникационной шахте. Потом Ричард поставил свою подпись под отдельной строкой.
— Зачем ты заставил их обоих подписать?
Он поднял глаза.
— Потому что один из них сейчас будет утверждать, что никогда сюда не заходил.
Полицейский присел у проёма и осторожно отодвинул землю. Под ней показался край деревянной крышки. Нора резко вдохнула.
— Там должно быть другое, — прошептала она.
— Что именно? — спросила я.
Она посмотрела на Ричарда, а затем протянула руку к папке, которую отец держал под мышкой. Его пальцы легли на застёжку, и в тот момент Мелисса вдруг шагнула вперёд, будто собиралась вырвать папку у него из рук…
ЧАСТЬ 2
…Но отец успел прижать папку к груди. Мелисса остановилась в полуметре, тяжело дыша.
— Вы не понимаете, что делаете, — прошипела она.
— Зато понимаю, что вы пытались сделать, — ответил папа.
Ричард спустился с крыльца. На его дорогих туфлях уже выступила грязь, но он словно не замечал её.
— Анна, — сказал он, — возвращайся на работу. Мы обсудим это позже.
— После того как ты объяснишь, почему под бассейном лежит закрытая шахта?
— Это старая канализация.
— Тогда почему Мелисса так испугалась папки?
Он дёрнул щекой.
— Потому что твой отец устроил спектакль и шантажирует мою семью.
Отец вынул из папки два листа. На верхнем стояла подпись Мелиссы, на нижнем — подпись Ричарда. Бумаги были испачканы по краям, но строки читались отчётливо.
— Вчера, в шестнадцать десять, ваша жена подписала разрешение на вскрытие технической шахты, — сказал он. — В шестнадцать двадцать три вы подтвердили, что все найденные внутри предметы остаются на месте до приезда владельца старых коммуникаций.
— Я ничего подобного не подписывал!
— Вот ваша подпись.
Ричард вырвал лист, пробежал глазами и сжал его так, что бумага хрустнула.
— Это обычный акт ремонта!
— Нет, — сказала Нора. — На обороте есть номер старого земельного плана.
Она говорила тихо, но голос у неё не дрожал.
Полицейский поднялся.
— Господин Уолш, отойдите от проёма.
— Вы знаете, кто я?
— Знаю. Поэтому и прошу не трогать ничего руками.
Ричард посмотрел на меня. В его взгляде уже не было начальника, привыкшего распоряжаться сотрудниками. Там был человек, который понял, что привычная власть не действует.
Я сжала ремень сумки.
— Ты знал о шахте?
— Нет.
— А Мелисса?
— Она тоже нет.
Мелисса резко повернулась к нему.
— Не втягивай меня!
— Я тебя не втягиваю.
— Ты сказал, что всё давно убрано!
Слова повисли над водой.
Отец медленно взглянул на неё.
— Что именно убрано?
Мелисса прикрыла рот, но было поздно. Ричард схватил её за локоть.
— Замолчи.
— Ты говорил, что в шахте ничего нет! Что твой отец всё уничтожил!
Нора пошатнулась. Я успела подхватить её за плечо и почувствовала под пальцами жёсткую ткань старого пальто.
— Мой отец? — спросила она.
Ричард отступил.
— Она не понимает, о чём говорит.
— Я прекрасно понимаю, — ответила Нора. — Мой сын Даниэль исчез двадцать один год назад. А через три недели ваш отец купил этот участок за бесценок.
Отец достал из папки небольшой пакет. Внутри лежала латунная бирка с числом четырнадцать и обрывок красной шерстяной ленты.
Нора увидела их и закрыла глаза.
— Лента была на шарфе Даниэля, — прошептала она.
Полицейский уже говорил по рации, вызывая ещё одну машину. Ричард рванулся к проёму, но отец преградил ему путь.
— Отойдите.
— Там нет ничего, кроме старых труб!
— Тогда вам нечего бояться.
Он поднял деревянную крышку. Внутри блеснул металлический ящик, а рядом виднелась человеческая кость…
ЧАСТЬ 3
…Нора издала тихий стон и прижала ладонь к броши-ласточке. Полицейский немедленно оттеснил всех от шахты.
— Никто не двигается. Анна, уведите женщину к машине.
— Нет, — сказала Нора. — Я должна увидеть.
— Не сейчас.
Отец достал из кармана старый план, сложенный вчетверо. На нём красным карандашом был отмечен тот самый квадрат под бассейном.
— Я нашёл план вчера, когда менял фильтрационный узел, — объяснил он. — В насосном отсеке была полая стенка. За ней лежали бирка и кусок ленты. Поэтому я попросил Мелиссу и Ричарда подписать документы о вскрытии. Мне нужно было, чтобы они не смогли сказать, будто я сам пробрался под бассейн.
— Ты знал, что там останки? — спросила я.
— Я подозревал. Поэтому позвонил Норе.
Пожилая женщина смотрела на Ричарда.
— Даниэль собирался рассказать, что твой отец вывозит из города опасные отходы и прячет их в старом резервуаре, — сказала она. — Он нашёл записи. Вечером он пришёл сюда за документами и исчез.
— Мой отец умер десять лет назад, — процедил Ричард.
— Но ты унаследовал его дом, его счета и его ложь.
— Я был ребёнком!
— Тебе было двадцать четыре.
Мелисса попятилась.
— Ричард, ты говорил, что Даниэль уехал.
— Так и было написано в справке.
— В справке, которую подписал твой отец, — сказала Нора. — Я видела её. И видела, как он заставил меня продать землю, пригрозив, что иначе я никогда не узнаю, куда делся мой сын.
У Ричарда задрожали руки.
— Вы все сошли с ума.
В этот момент полицейский открыл металлический ящик. Внутри лежали завернутые в промасленную ткань тетради, несколько квитанций и фотография молодого мужчины с той же ласточкой на воротнике.
Нора коснулась фотографии и заплакала беззвучно.
Отец осторожно поднял верхнюю тетрадь.
— Здесь номера машин и даты. Последняя запись сделана за день до исчезновения Даниэля.
Мелисса посмотрела на мужа.
— Ты знал.
Ричард хотел ответить, но увидел раскрытую тетрадь и вдруг выпалил:
— Я не убивал его! Я только помогал отцу убрать тело!
Даже вода в бассейне казалась неподвижной.
Он понял, что сказал, и прикрыл рот ладонью.
Нора закрыла глаза.
— Вот почему ты так боялся ремонта.
Полицейские увели Ричарда в сторону. Мелисса осталась возле крыльца, белая как плитка.
Я думала, что на этом всё закончится. Но отец достал из нижней части папки ещё один лист, которого никто не видел.
Он посмотрел на меня.
— Анна, это письмо пришло сегодня утром. В нём сказано, что Даниэль был не единственным человеком, которого твой начальник заставил исчезнуть.
На листе стояло название моей компании. А ниже — моя фамилия.
И тогда я поняла: бассейн был только началом…
Ричард увидел последнюю папку — и отступил от стола…
Я думала, что тайна бассейна касается только прошлого. Но найденные бумаги показали: опасность давно стояла рядом со мной.
«Ты залил могилу бетоном».
Он отступил, будто услышал приговор.
👇 Финал истории уже открыт
