ЧАСТЬ 4
Список уже отправлен.
Сирена продолжала выть над плацем, и её звук резал воздух так, что у меня заболели зубы.
Тайлер медленно убрал руку от кобуры.
— Кому отправлен?
Коул не ответил.
Рид схватил его за плечо.
— Закройте ворота. Никто не покидает участок связи.
— Вы не командуете здесь, — процедил Коул.
— Сегодня командует тот, кто ещё помнит, сколько людей вы уже похоронили.
Мама прижала ладонь ко рту. Отец стоял рядом, сжимая край стола с брошюрами так сильно, что побелели костяшки.
Я достала из кошелька металлическую пластинку Нейта Уоллеса. На ней были выбиты координаты и три цифры, которые десять лет казались мне бессмысленными.
— Рид, участок связи находится в старом ангаре?
— Да.
— Под ним есть резервная комната?
Он посмотрел на пластинку и резко вдохнул.
— Не может быть.
— Может. Нейт перед смертью сказал, что оставил там страховку. Я не поняла его тогда.
Тайлер повернулся ко мне.
— Ты знала о комнате и молчала?
— Я знала только координаты. И думала, что Нейт погиб, потому что мы опоздали.
— А теперь?
— Теперь понимаю, что он рассчитывал на того, кто придёт позже.
Коул рванулся к ограждению, но Тайлер перехватил его. Между ними завязалась короткая, тяжёлая борьба. Папка Рида упала на землю, листы разлетелись по пыли.
— Отпусти меня! — крикнул Коул.
— Вы собирались убрать меня? — спросил Тайлер.
— Ты ничего не понимаешь.
— Тогда объясните.
— Твой брат погиб в Салехе из-за неё! — выкрикнул Коул, показывая на меня. — Она дала неверные координаты и потом спряталась за тайной службой. Я пытался вернуть тебе справедливость.
Эти слова ударили сильнее, чем я ожидала.
Тайлер замер.
Рид посмотрел на меня.
— Это правда?
Я не отвела взгляда.
— Да. Координаты дала я.
Мама издала тихий звук, будто ей стало трудно дышать.
— Элеанор…
— Мне передали их через человека, которого считали надёжным. Я проверила два источника, но третий был подменён. Когда поняла ошибку, было поздно. Коул воспользовался ею, чтобы продать маршрут и скрыть собственную сделку.
Тайлер смотрел на меня, и в его глазах смешались ярость и растерянность.
— Почему ты никогда не сказала?
— Потому что после той ночи мне приказали исчезнуть. А потом я узнала, что за каждым, кто пытался открыть дело, начинали следить.
— Ты могла сказать семье.
— Я могла сказать вам: «Я ошиблась, и из-за меня погибли люди». Но это не вернуло бы их. А вас сделали бы следующей мишенью.
Коул рассмеялся, однако смех прозвучал хрипло.
— Очень трогательно. Только список уже ушёл. Сегодня вечером начнутся задержания.
— Нет, — сказала я.
Я подняла папку Рида. Среди разлетевшихся листов лежал маленький металлический ключ с биркой «С-14».
Рид побледнел.
— Это ключ от резервной комнаты.
Мы побежали к ангару. Мама хотела последовать за мной, но я остановила её.
— Останьтесь с отцом. Если начнётся эвакуация, идите к медицинскому пункту.
— Я больше не отпущу тебя одну, — сказала она.
— Тогда держись рядом.
Внутри ангара пахло резиной и горячим железом. За старым шкафом нашёлся люк. Ключ повернулся с трудом. Под ним была узкая лестница, а внизу — комната с пыльным столом, лампой и армейским ящиком.
На крышке лежала записка.
«Тому, кто знает Фьюри десять. Если ты пришла, значит, Коул снова решил, что прошлое можно похоронить».
Под запиской находилась не запись и не оружие. Там лежали оригиналы платёжных поручений, список посредников и письмо Нейта, написанное за час до нападения.
«Элеанор, я понял, кто передаёт координаты. Подпись ведёт к Коулу. Если я не выйду, не спасай моё имя. Спаси тех, кто ещё жив».
Я закрыла глаза.
Нейт не обвинял меня.
Он оставлял мне работу.
Рид прочитал письмо через моё плечо. Тайлер стоял у лестницы и не двигался.
— Дай мне документы, — сказал он.
— Зачем?
— Чтобы я сам отнёс их командованию.
— Ты уверен, что после этого твоя карьера закончится?
— Возможно.
— Тебя могут объявить соучастником за то, что ты поверил Коулу.
— Я уже достаточно долго верил не тем людям.
Это был не красивый жест. Тайлер говорил с серым лицом и дрожью в пальцах. Но он протянул руку.
Я отдала ему папку.
В этот момент сверху раздался грохот. Коул спустился по лестнице, держа в руке пистолет.
— Положите документы на стол.
Рид шагнул вперёд.
— Майор, вы только что подтвердили всё, что здесь написано.
— Заткнитесь.
Коул смотрел на меня.
— Ты уничтожила мою жизнь десять лет назад.
— Нет. Ты уничтожил её сам, когда решил заработать на погибших.
— Я пытался защитить подразделение.
— Ты пытался защитить себя.
Он поднял оружие.
Тайлер встал передо мной.
— Уберите пистолет.
— Отойди.
— Нет.
— Ты не понимаешь, кто она.
— Теперь понимаю достаточно.
Коул дёрнул затвор. Я заметила его левую руку: большой палец дрожал. Не от страха. От старой травмы, о которой говорилось в платёжной ведомости. Он не мог долго удерживать оружие в этом положении.
Я ударила по лампе.
Комната погрузилась во тьму.
Рид бросился в сторону, Тайлер толкнул Коула к стене. Раздался выстрел, пуля ушла в металлический шкаф. Через несколько секунд оружие звякнуло на полу.
Я включила аварийный свет.
Коул лежал на коленях. Тайлер держал его руки, а Рид стоял рядом с найденными документами.
Сверху уже слышались шаги и голоса прибывшего командования. Но я не почувствовала облегчения. Я смотрела на письмо Нейта и понимала: документы очистят его имя, но не вернут его в ту комнату, где мы оставили его десять лет назад.
Тайлер поднял глаза.
— Ты могла ненавидеть меня.
— Ненавидела.
Он кивнул, принимая ответ.
— За то, что я называл тебя призраком?
— За то, что ты смеялся, когда я пыталась объяснить, почему не могу говорить. За то, что тебе было проще считать меня трусихой, чем признать: ты ничего обо мне не знаешь.
Он опустил голову.
— Я был неправ.
— Да.
— И я не знаю, как это исправить.
— Не исправляй словами. Подпиши заявление Рида. Расскажи, кто приказал тебе закрыть тот канал связи.
Тайлер посмотрел на Коула, потом на папку.
— Подпишу.
— Даже если потеряешь звание?
— Особенно если потеряю.
Позже, у медицинского пункта, мама обняла меня так крепко, что у меня заболели плечи. Отец стоял рядом и плакал молча, не пытаясь спрятать лицо.
— Я думал, ты бросила нас, — сказал он.
— Я думала, вы уже выбрали, кем хотите меня видеть.
— Мы выбрали неправильно.
Я не ответила сразу. На плацу снова включили музыку, но теперь она звучала далеко, будто за толстым стеклом.
Рид подошёл последним.
— Уоллес хотел, чтобы его имя вернулось в список погибших не как ошибка, а как имя человека, который попытался остановить Коула.
— Оно вернётся.
— А ты?
Я посмотрела на металлическую пластинку в ладони.
— Я ещё не знаю.
— Фьюри десять больше не существует.
— Знаю.
— Тогда кем ты будешь?
Я сжала пластинку и передала её Тайлеру.
— Его сестрой. Но не его призраком.
Тайлер взял пластинку осторожно, словно она могла обжечь.
На обратной стороне Нейт когда-то нацарапал одну короткую фразу. Я не замечала её все эти годы, потому что смотрела только на координаты.
«Вернись за живыми».
Тайлер прочитал и поднял взгляд.
— Элеанор, нам нужно вернуться к стенду.
— Зачем?
— Там всё ещё лежит твой пропуск.
Мы пошли обратно вместе. На пыльном плацу карточка лежала возле баннера его подразделения, а на её фотографии моё лицо уже не казалось чужим.
Тайлер поднял пропуск и протянул мне.
— В этот раз я сам представлю тебя.
Он повернулся к ближайшим морпехам и сказал:
— Это моя сестра. Она вернула домой тех, кого мы уже считали потерянными.
Я взяла карточку из его руки.
А под ветром тихо звякнула металлическая пластинка Нейта: «Вернись за живыми».
Пропустили начало?




