Я привезла мужу забытые лекарства в офис, но слова секретаря заставили его побледнеть

Секретарша сказала, что моего мужа нет в офисе уже неделю, а через минуту он написал мне, что тонет в рабочих делах.

Я стояла у стойки с двумя бумажными стаканами кофе и его таблетками от сердца, зажатыми в ладони. На крышке одного стакана корицей было выведено имя «Виктор» — я сама попросила бариста написать его, чтобы сделать мужу маленький сюрприз.

— Доброе утро, — сказала я девушке. — Виктор Орлов забыл дома лекарства. Позовите его, пожалуйста.

Она повернулась к компьютеру, провела пальцем по списку сотрудников и нахмурилась.

— Виктор Орлов? Простите, но он уже неделю в отпуске.

Мне показалось, что в холле вдруг стало слишком тихо. Даже лифт, который секунду назад гудел за моей спиной, замолчал.

— Вы, наверное, ошиблись, — выдавила я. — Он каждый день приходит сюда.

— Я сама оформляла его отпуск, — осторожно ответила девушка. — С понедельника его здесь не было.

Я улыбнулась, поблагодарила её и вышла на улицу. Только у машины поняла, что всё ещё держу кофе. Крышка смялась, горячая жидкость пролилась мне на пальцы, но я почти не почувствовала ожога.

Виктор ушёл из дома сорок минут назад. Поцеловал меня в висок, взял ноутбук и сказал, что вечером будет поздно из-за совещания. Так он говорил пять дней подряд.

Я села за руль и набрала его номер. Палец завис над кнопкой вызова. Если он неделями лгал мне, почему должен заговорить правду, услышав мой голос?

Я написала: «Ты забыл лекарства на кухне».

Ответ пришёл сразу: «Оставь их. Сегодня настоящий кошмар на работе. Заберу вечером».

Я перечитала сообщение трижды. Потом заметила на пассажирском сиденье его ноутбук — второй, старый, который он обычно не брал. Значит, тот, с которым он ушёл, был не его рабочим компьютером.

Вечером Виктор вошёл в квартиру в половине девятого. От него пахло холодным воздухом и машинным маслом, хотя в офисе он всегда пах кофе и кондиционером.

— Ты опять не поел? — спросил он, снимая пальто.

— Где ты был?

Он замер, удерживая пальто за воротник.

— Я же сказал. На работе.

— В твоём офисе сказали, что ты в отпуске.

Виктор медленно положил пальто на стул. На внутренней стороне воротника я увидела белую пыль, похожую на известь.

— Елена, ты ездила туда?

— Да.

— Зачем?

— Отвезти тебе лекарства. Разве это преступление?

Он провёл ладонью по лицу и отвернулся к окну.

— Я всё объясню.

— Сегодня?

— Не могу.

Это «не могу» было хуже любой измены. Я почувствовала, как внутри меня поднимается ледяная пустота.

Ночью Виктор уснул быстро, но я заметила, что он положил телефон под подушку. В пять сорок утра я встала, достала ключи и припарковала машину у подъезда напротив.

Виктор вышел в шесть десять. Он не посмотрел по сторонам, сел за руль и поехал не к офису, а через весь город — к старому кирпичному зданию без вывески.

Я остановилась напротив. Через несколько минут он вышел оттуда вместе с мужчиной в тёмной кепке.

Мужчина поднял лицо.

У меня перехватило дыхание. Я узнала этот шрам у левой брови, хотя не видела его восемнадцать лет.

Виктор передал ему папку. Тот резко схватил мужа за рукав, и я уже открыла дверцу машины, когда мужчина повернулся прямо к моему автомобилю и поднял руку к лицу, будто хотел показать что-то Виктору…

ЧАСТЬ 2

Я пригнулась так резко, что ударилась лбом о руль. В ушах зазвенело. Когда снова подняла голову, Виктор и незнакомец уже скрылись за кирпичной стеной.
Я не уехала. Десять минут смотрела на закрытую дверь, пока на стекле не высохла капля кофе, оставшаяся с утра. Потом вошла внутрь.
В коридоре пахло лекарствами, пылью и горячим металлом. На стене висела табличка: «Центр восстановления после тяжёлых травм». У стойки сидела пожилая женщина в зелёном халате.
— Мужчина, который только что пришёл с Виктором Орловым, — сказала я. — Кто он?
Женщина подняла глаза и побледнела.
— Вы родственница?
— Я его жена. И я спрашиваю не о нём.
— Тогда вам лучше поговорить с заведующей.
— Где она?
— Наверху. Но сначала скажите, как вас зовут.
Я назвала имя. Женщина выронила ручку. Она покатилась по стойке и упала на пол.
— Елена… Неужели вы всё-таки пришли?
Я почувствовала, как холод пробежал от затылка к пальцам.
— Мы знакомы?
Она подняла ручку, но руки у неё дрожали.
— Нет. Не лично.
— Тогда откуда вы знаете моё имя?
В этот момент сверху донёсся тяжёлый металлический грохот. За ним — голос Виктора:
— Ей нельзя это видеть!
Я бросилась к лестнице. На площадке муж перехватил меня за запястье.
— Елена, пожалуйста, спустись.
— Кто он?
— Человек, которого ты считаешь погибшим.
— Ты хочешь сказать, что мой брат жив?
Виктор закрыл глаза. Вот тогда я поняла: я угадала.
Восемнадцать лет назад мой младший брат Артём исчез после пожара на литейном заводе. Нашли только обгоревший медальон и несколько костей, которые так и не удалось точно опознать. Мать умерла с его именем на губах. Я сама поставила свечу на кладбище, где не было могилы.
— Где он? — спросила я.
— В палате.
— Почему ты знал и молчал?
— Он сам попросил.
— Он попросил тебя лгать мне каждый день?
— Он боялся, что ты возненавидишь его.
Я вырвала руку.
— За что мне его ненавидеть?
Виктор посмотрел на меня так, будто ответ был страшнее самой встречи.
— За то, что пожар начался по его вине.
Женщина у стойки закрыла лицо ладонью. Я вспомнила старую ночь: красное зарево, запах горелого масла, Артём, который кричал, что отец запер его в подсобке. Потом отец сказал, что брат сбежал и бросил нас.
— Он был там? — прошептала я.
— Был, — ответил Виктор. — Но не так, как тебе рассказывали.
Дверь палаты открылась. Мужчина в кепке стоял внутри, держась за металлическую спинку кровати. На его лице были следы ожогов, но глаза остались прежними — зелёными, испуганными, моими.
— Елена, — сказал он. — Не подходи, если не готова услышать всё.
Я сделала шаг.
И тогда заведующая достала из папки пожелтевший лист с подписью нашего отца и положила его на стол…

ЧАСТЬ 3

— Это не свидетельство о смерти, — сказала заведующая. — Это заявление, которое ваш отец подал утром после пожара.
Она развернула лист. Подпись была знакомой: резкая буква «Р», длинная черта под фамилией. Я видела её на старых квитанциях и записках, которые он оставлял на холодильнике.
— Здесь написано, что Артём погиб, — сказала я.
— Так он хотел, чтобы все думали, — ответил мужчина у кровати.
Голос был хриплым, но я узнала его сразу. Артём.
Он снял кепку. На затылке тянулся грубый шрам.
— Я выжил, — продолжил он. — Меня нашли рабочие из ночной смены. Отец приехал раньше всех. Он сказал, что если я заговорю, то сядет не только он.
— За что?
Артём посмотрел на Виктора.
— Он хранил на заводе незаконные химикаты. В ту ночь одна бочка протекла. Я увидел это, хотел предупредить людей, но отец ударил меня и запер в подсобке.
Я не могла вдохнуть.
— Почему он сказал, что ты сбежал?
— Потому что сам поджёг склад, чтобы уничтожить документы. А потом объявил меня виновником. Ему нужно было, чтобы полиция искала мёртвого мальчишку, а не его.
Заведующая положила рядом второй лист.
— Это выписка из старого архива. Ваш отец подменил данные пациента и перевёл Артёма в закрытый приют под чужим именем. Мы нашли его только три месяца назад.
— Почему Виктор?
Артём усмехнулся без радости.
— Я увидел его фамилию в списке волонтёров. Он помогал центру. Я попросил найти тебя, но не смог решиться встретиться.
Виктор шагнул ко мне.
— Я хотел сначала убедиться, что он действительно твой брат. Потом врачи сказали, что его лёгкие сильно повреждены и времени мало. Он не хотел умирать, оставив тебе только ещё одну ложь.
— Поэтому ты взял отпуск?
— Поэтому.
— А лекарства?
Виктор опустил взгляд.
— У меня случился приступ на прошлой неделе. Я не говорил, потому что не хотел, чтобы ты переживала, пока всё не выяснится.
Я посмотрела на Артёма. Он сжимал край простыни, и под его ногтями виднелись следы чёрной краски.
— Почему ты не пришёл домой?
— Потому что думал, что ты поверишь отцу. И потому что он однажды сказал мне: если вернусь, ты будешь помнить меня только как причину пожара.
Я подошла ближе. Артём не отступил, но весь напрягся.
— Я помнила тебя мальчиком, который любил воровать вишни с соседского дерева, — сказала я. — Не убийцей.
Его лицо дрогнуло.
Виктор отвернулся, а заведующая достала из шкафа ещё один конверт.
— Есть проблема, — тихо сказала она. — Сегодня утром пришло уведомление из архива. Ваш отец не умер, как вы думали. Он узнал, что Артём найден, и уже направляется сюда…