Я объявила, что никогда не выйду за властного мужчину, а незнакомец позади меня вдруг перестал улыбаться

Я только что заявила, что скорее останусь одна навсегда, чем выйду за мужчину, который будет распоряжаться моей жизнью, когда незнакомец за соседним столиком открыл телефон и начал записывать мои слова.

Это было в субботу, около двух часов дня, на террасе отеля «Палметто Краун». Атлантика блестела за белыми перилами, под ногами нагревалась каменная плитка, а в воздухе смешивались запахи цитрусовой воды и солнцезащитного крема.

— И пусть он даже не пытается говорить мне, что делает всё ради моего блага, — сказала я подругам. — Я уже жила внутри чужих решений. Второй раз не стану.

Дженна подняла бокал.

— Тогда составь список требований.

— Хорошо. Он должен быть спокойным, надёжным и не считать себя подарком человечеству.

— Богатым?

— Обеспеченным, но не одержимым деньгами. Это разные вещи.

Мэйси рассмеялась.

— Красивым?

— Красивым настолько, чтобы мне нравиться, но не настолько самовлюблённым, чтобы он проводил больше времени у зеркала, чем со мной.

Девушки загрохотали смехом. Я тоже улыбнулась, хотя внутри неприятно кольнуло. Моего бывшего звали Адриан, и он умел выглядеть идеальным ровно до того момента, пока мы не оставались одни.

— Ещё он обязан помогать матери, — продолжила я. — Быть добрым к тем, кто ничего ему не может дать. И понимать, что слово «нет» не требует объяснительной записки.

— А мафия? — спросила Дженна.

Я фыркнула.

— Разумеется, никаких людей из мафии. Даже если он красивый, богатый и умеет носить пакеты с продуктами.

За моей спиной кто-то тихо выдохнул. Я обернулась.

Незнакомец сидел один. Тёмная льняная рубашка, часы без броского блеска, широкие плечи и шрам на костяшке правой руки. На его левом предплечье виднелись тёмные татуировки, похожие на старые морские карты. Он смотрел не на меня, а на экран телефона.

Рядом с ним мужчина в сером жилете медленно поставил чашку.

— Доминик, — сказал он вполголоса, — последнее требование создаёт серьёзную проблему.

Незнакомец поднял глаза.

— Я ничего не просил комментировать, Итан.

Я снова отвернулась, но почувствовала, как уши нагрелись. Через минуту мужчина рассмеялся — коротко, неожиданно тепло. Я повернула голову, и наши взгляды встретились.

Он тут же спрятал улыбку за чашкой кофе.

— Ты только что смутился? — спросил Итан.

— Замолчи.

Я не знала, почему это меня развеселило. Наверное, потому что мужчина выглядел так, будто привык запугивать людей одним взглядом, а теперь скрывался за фарфоровой чашкой.

Телефон на моём столе зазвонил. На экране высветилось имя Адриана. Я отключила вызов.

Дженна заметила.

— Он снова звонит?

— Уже третий раз сегодня.

— Заблокируй его.

— Он обещал, что больше не будет приходить к школе.

Я сказала это уверенно, но пальцы сами сжали телефон. На экране появилось новое сообщение: «Ты всё равно вернёшься. Не заставляй меня напоминать, кому принадлежит твоя жизнь».

Незнакомец заметил моё лицо.

— Всё в порядке? — спросил он.

— Прекрасно. Просто мужчина, который не понимает слова «нет».

В его взгляде исчезла насмешка.

— Как его зовут?

— Это не ваше дело.

— Верно.

Он опустил взгляд, но Итан уже смотрел на меня слишком внимательно. В этот момент к столу подошёл управляющий отеля и наклонился к незнакомцу.

— Господин Руссо, люди у восточного входа снова спрашивают о мисс Беннетт.

Доминик медленно поднялся. Его пальцы легли на спинку стула, а голос стал ледяным.

— Позовите Розу. И никого не выпускайте с территории, пока я не узнаю, кто их сюда привёл…

ЧАСТЬ 2

Доминик не успел сделать и шага, как мой телефон соскользнул со стола. Он поймал его прямо над каменной плиткой.

— Хорошая реакция, — сказала я.

— Привычка.

— Какая именно профессия требует ловить чужие телефоны?

Итан за его спиной кашлянул, будто подавился кофе.

— Я занимаюсь гостиничным делом, — ответил Доминик.

— А ещё охраной?

— Иногда.

— И управлением?

— В некотором смысле.

Я забрала телефон.

— Спасибо, «в некотором смысле».

— Доминик.

— Клэр.

Он произнёс моё имя так, словно уже давно его знал. Я нахмурилась.

— Мы раньше встречались?

— Нет.

— Тогда откуда вы знаете, как меня зовут?

На террасе стало слишком тихо. Даже музыка у бассейна будто отдалилась.

Итан отвёл взгляд.

Доминик мог соврать. Я видела, как люди делают это: чуть приподнимают подбородок, улыбаются и подсовывают красивую версию правды. Но он просто сказал:

— Ваши подруги называли вас по имени.

— А люди у восточного входа тоже услышали его от подруг?

Его челюсть напряглась.

— Вы слышали?

— Я не глухая.

— Тогда слушайте внимательно. Не уходите с территории одна.

Я рассмеялась, но смех вышел резким.

— Вот именно поэтому я не связываюсь с мужчинами, которые раздают приказы.

— Это не приказ.

— Вы только что сказали, чтобы я не уходила.

— Потому что за вами наблюдают.

— Вы тоже за мной наблюдаете?

Доминик промолчал секунду дольше, чем следовало.

Я почувствовала знакомое давление в груди. Так начиналось с Адрианом: сначала забота, потом советы, потом список людей, мест и поступков, которые мне «не подходят».

— Мне не нужен новый надзиратель, — сказала я.

— Я не собираюсь им становиться.

— Мужчины обычно так говорят перед тем, как начинают решать, с кем мне разговаривать.

— Тогда проверяйте меня действиями.

Его ответ сбил меня сильнее, чем любой спор.

В три часа мы спустились к стойке регистрации. Роза, невысокая женщина с медной прядью в волосах, ждала нас возле служебного коридора. Она держала в руках связку ключей, и один ключ нервно постукивал о остальные.

— Мисс Беннетт, — сказала она, — я должна кое-что объяснить.

— Вы знаете меня?

Роза посмотрела на Доминика.

— Я видела ваше имя в журнале посетителей. И имя мистера Кроуфорда.

Адриан Кроуфорд. У меня перехватило дыхание.

— Он был здесь?

— Вчера вечером. С двумя мужчинами.

Доминик повернулся к ней.

— Что они спрашивали?

— О школьном участке. О вашей матери. И о том, приезжали ли вы одна.

Я сжала ремешок сумки. На нём болтался маленький деревянный брелок в форме маяка — подарок от мамы, который я носила с тех пор, как уехала в колледж.

— Почему вы не позвонили мне?

— Я пыталась. Ваш номер был указан в заявке на заселение, но кто-то изменил последние две цифры.

Доминик резко взглянул на меня.

— Вы подавали заявку лично?

— Да.

— И подписывали согласие на передачу данных?

— Нет.

Роза побледнела.

— Тогда нам нужно проверить папку, которую принёс мистер Кроуфорд.

Итан запер дверь служебной комнаты. Внутри пахло бумагой, пылью и горячим металлом принтера. Роза открыла шкаф, достала толстую папку и положила её на стол.

Доминик остановил её руку.

— Сначала ответьте, почему вы так испугались.

Роза сглотнула.

— Потому что я уже однажды подписала то, чего не читала. И из-за этого погиб человек.

Доминик застыл.

— Кто?

Роза посмотрела прямо на меня.

— Отец Адриана Кроуфорда. Он не погиб случайно. И ваш бывший знает, кто приказал убрать его имя из документов.

Доминик медленно раскрыл папку. На первой странице была моя подпись…

ЧАСТЬ 3

На первой странице действительно стояла моя подпись.

Я узнала каждую букву, даже неровный росчерк в конце фамилии. Но я не подписывала этот документ.

— Что это? — спросила я.

Роза закрыла дверь на задвижку.

— Соглашение о продаже земли, где находится ваша школа. В нём указано, что вы согласились выступить поручителем от имени благотворительного фонда вашей матери.

— Это подделка.

— Я знаю, — сказала Роза. — Потому что сама напечатала чистый бланк три недели назад. Адриан принёс его обратно уже с вашей подписью.

Доминик взял лист двумя пальцами.

— Вы видели, как он её подделывал?

— Нет. Но видела, как он заставлял Клэр подписывать документы раньше. У него осталась копия её старого заявления. Он вырезал подпись и перенёс её на новый лист.

Я почувствовала, как подкашиваются колени.

— Почему вы молчали?

Роза посмотрела на Доминика.

— Потому что он сказал, что если заговорю, люди Руссо сожгут мой дом.

— Я никогда такого не говорил, — тихо произнёс Доминик.

— Не вы. Ваш дядя Сальваторе.

Воздух в комнате стал тяжёлым.

Доминик положил документ на стол.

— Сальваторе использовал имя моей семьи, чтобы захватить участок?

Роза кивнула.

— Адриан работает на него. А вы, Клэр, были нужны им как удобная подпись. После продажи школы фонд получил бы долг, ваша мать потеряла бы дом, а Сальваторе забрал бы землю через подставную компанию.

Я повернулась к Доминику.

— Ты знал?

— Я знал, что Адриан связан с моим дядей. Не знал, что они выбрали тебя.

— Ты знал о нём и всё равно подошёл ко мне.

— Я подошёл потому, что хотел предупредить.

— Или следить?

Он выдержал мой взгляд.

— Сначала следить. Потом защищать. А потом я понял, что мне хочется слышать, как ты смеёшься, даже когда это опасно для моего самолюбия.

Я не ожидала честности. От неё стало только страшнее.

Итан достал из шкафа бухгалтерскую книгу.

— Роза спрятала это после визита Кроуфорда.

На страницах были даты, суммы и инициалы. Последняя запись связывала Адриана с компанией, которая должна была купить школьную землю.

— Здесь есть ещё одна подпись, — сказала Роза. — Подпись Сальваторе.

Доминик посмотрел на неё и понял, что документ уничтожит не только его дядю, но и половину его семейного бизнеса.

— Передайте книгу мне, — сказал он.

— Нет, — ответила я. — Она остаётся у меня.

Он поднял глаза.

— Клэр, это опасно.

— Моя жизнь уже стала опасной, потому что мужчины решили, будто имеют право распоряжаться ею.

Доминик отступил. Это было маленькое движение, но я заметила его.

В этот момент зазвонил мой телефон. Номер мамы.

Я ответила.

— Мам?

В трубке несколько секунд слышалось только дыхание.

Потом мужской голос произнёс:

— Если хочешь услышать её снова, приезжай на старую пристань одна. И прихвати книгу.

Связь оборвалась.

Доминик уже направлялся к двери.

— Ты никуда не поедешь одна.

Я сжала бухгалтерскую книгу.

— Тогда поедешь рядом. Но решение приму я.

Он кивнул, однако Итан вдруг посмотрел на экран своего телефона и побледнел.

— Доминик, это не Сальваторе. Он только что прислал сообщение. Он говорит, что мать Клэр находится не на пристани…