«Твоей матери здесь больше нет», произнёс муж, встречая её с чемоданом на пороге.
Ольга застыла, пальцы судорожно сжали ручку саквояжа. В коридоре гулял холодный сквозняк входная дверь стояла распахнутой, а в комнате, где обычно спала мать, горел свет.
«Как это нет?» голос её дрогнул. «Я была в отъезде всего три дня. Куда она могла пропасть?»
Игорь молча развёл руками и отошёл в сторону, пропуская жену в квартиру. Он был странно спокоен, почти отстранён.
«Отвёз её к тёте Галине. Она согласилась взять её на время».
«На время?» Ольга резко сбросила туфли. «Какое ещё время? И почему ты решил это без меня?»
«Потому что больше не могу», Игорь посмотрел ей прямо в глаза. «Не могу и не хочу. Три года мы живём как в аду. Три года, Оля. Мне хватило».
Она прошла на кухню, швырнула сумку на стол. Руки дрожали от усталости, от неожиданности, от подступающего гнева. Достала из холодильника бутылку воды, сделала несколько глотков.
«Ты выгнал мою мать, пока меня не было?» спросила она, с трудом сдерживая дрожь в голосе.
«Не выгнал, а перевёз. Со всеми вещами, без скандалов», Игорь стоял в дверном проёме, опираясь на косяк. «Ты сама знаешь, что это правильно. Она твоя мать, но наш брак важнее».
Ольга покачала головой. Странно, как в одно мгновение всё может перевернуться. Утром она уезжала, уверенная, что дома ничего не изменится. А вернулась и словно попала в чужую жизнь.
«Я хочу поговорить с мамой», она потянулась за телефоном.
«Уже поздно», Игорь перехватил её взгляд. «Одиннадцатый час. Поговоришь завтра».
«Я сейчас поеду к тёте Галине».
«Нет», твёрдо сказал он. «Ты только с поезда. Отдохни. Утром разберёмся».
Ольга набрала номер матери телефон был выключен. Позвонила тёте та не отвечала. Игорь молча наблюдал за её попытками.
«Что ты ей наговорил?» Ольга швырнула телефон на стол.
«Правду. Что мы больше не можем жить втроём. Что наш брак трещит по швам. Что один из нас должен уйти или она, или я».
«Ты поставил ей ультиматум?»
«А разве не должен был?» Игорь провёл рукой по взъерошенным волосам. «Оля, мы сто раз это обсуждали. Я больше не выдержу. Хочу, чтобы у нас была нормальная семья. Ты и я. Без вечных ссор и упрёков».
Она опустилась на стул, закрыла лицо ладонями. Да, они говорили об этом. Но она не думала, что он решится на такой шаг. Казалось, всё как-нибудь уладится само.
«Как она отреагировала?» спросила Ольга, не поднимая глаз.
«Спокойнее, чем я ожидал. Сказала, что давно это предвидела. Собралась за час. Даже не плакала».
Ольга горько усмехнулась. Да, это было похоже на мать гордую, несгибаемую. Она никогда не стала бы рыдать, даже если бы сердце разрывалось от обиды.
«Я должна её увидеть», сказала Ольга.
«Утром», повторил Игорь. «Сейчас спать. Ты еле на ногах стоишь».
Она подчинилась. В ванной долго стояла под горячей водой, пытаясь осмыслить произошедшее. Мать переехала к ним после инсульта врачи запретили ей жить одной. Ольга забрала её без раздумий, ведь дочерний долг святое.
Сначала Игорь не возражал. Но месяцы шли, а здоровье Людмилы Степановны улучшалось медленно. Она стала раздражительной, придирчивой. Могла молчать целый день, а потом обрушиться на зятя упрёками.
«Не мужик, а тряпка», говорила она дочери, когда Игорь уходил на работу. «Ни гвоздя забить, ни денег нормальных заработать. Ты с ним пропадёшь».
Ольга защищала мужа как могла. Объясняла, что времена изменились, что он IT-специалист, работает головой, а не руками. Что живут они хорошо квартира, машина, отпуск раз в год.
«При моём отце такого не было», отрезала мать. «Настоящий мужчина должен уметь всё».
Игорь старался не реагировать, но напряжение росло. Он задерживался на работе, избегал семейных ужинов. Их брак, когда-то тёплый и близкий, превратился в формальное сосуществование.
И вот развязка. Муж решил всё за неё. Мать увезена. Выбор сделан без её участия.
Ольга вышла из ванной и тихо пробралась в спальню. Игорь лежал, делая вид, что читает книгу.
«Я понимаю тебя», сказала она, ложась рядом. «Но ты не должен был действовать за моей спиной».
«Три года я ждал, когда ты примешь решение», он отложил книгу. «Три года предлагал варианты сиделку, пансионат. У нас есть деньги. Но ты не хотела слушать».
«Она моя мать», Ольга сжала кулаки. «Одна подняла меня, без отца. Работала на двух работах, чтобы я училась в хорошей школе. Я не могу отдать её чужим!»
«А я?» тихо спросил Игорь. «Кто я для тебя? Тоже чужой?»
Она не ответила. В комнате повисла тишина, нарушаемая только тиканьем часов. Игорь выключил свет, повернулся к стене. Ольга смотрела в потолок, чувствуя, как бешено стучит сердце.
Утро началось с звонка. Тётя Галина сообщила, что всё в порядке, Людмила Степановна устроилась, волноваться не стоит.
«Можешь не приезжать сегодня», сказала она. «Мать просила передать ей нужно время освоиться».
Ольга не поверила. Мама всегда хотела видеть её каждый день. Даже если она отлучалась в магазин, тут же звонила: «Где ты? Когда вернёшься?»
«Я всё равно приеду», ответила Ольга и положила трубку.
Игорь молча пил кофе, делая вид, что не слышит. На кухне было непривычно тихо никто не гремел посудой, не ворчал, что чай слишком слабый, а пол недостаточно чистый.
«Я взял отгул», сказал Игорь, вставая. «Нам нужно поговорить. По-настоящему».
Ольга кивнула. Да, разговор был необходим.
«Сначала я съезжу к маме», сказала она. «Потом вернусь, и мы обсудим всё».
Тётя Галина жила на окраине, в старой хрущёвке без лифта. Ольга поднималась по облупленным ступеням и думала, как мать будет справляться с этими четырьмя этажами. После инсульта она ходила медленно, опираясь на трость.
Дверь открыла сама тётя полная женщина с ярко-рыжими волосами. Двоюродная сестра матери, с которой они редко общались.
«Проходи», сказала она, пропуская Ольгу в тесную прихожую. «Мать твоя на кухне, чай пьёт».
Людмила Степановна сидела у окна, прямая, как штык. Не повернулась, даже когда дочь вошла.
«Мам», тихо позвала Ольга.
«Пришла», мать не подняла глаз от чашки. «А я думала, муж не пустит».
«Как ты могла так подумать?» Ольга села напротив. «Я приехала, как только узнала».
«А что ты узнала?» наконец мать взглянула на неё. Глаза блестели, но голос был твёрд. «Ничего особенного. Зять показал, кто в доме хозяин. А я-то считала его слабаком. Ошиблась. Тиран оказался».
Ольга вздохнула. Опять эти крайности либо святой, либо исчадие ада.
«Он не тиран, мам. Просто устал. Мы все устали».
«Устал?» мать усмехнулась. «А мне было легко? Болеть, зависеть, чувствовать себя обузой? Думаешь, я не видела, как он на меня смотрит? Как вздыхает, когда я вхожу?»
«Мам…»
«Не надо жалости», перебила она. «Я не для этого тебя растила. Ты выбрала мужа живи с ним. А я как-нибудь сама».
Тётя Галина тактично вышла. Ольга смотрела на мать седую, но всё ещё красивую, с гордо поднятой головой. Такой она знала её всю жизнь несгибаемой.
«Я сниму тебе квартиру рядом с нами», предложила Ольга. «Или найму сиделку».
«Не надо», мать отрезала. «Поживу у Галины, потом вернусь к себе».
«Но врачи сказали…»
«Врачи много чего говорят», она сжала губы. «Я сама знаю, что мне делать. Буду заниматься, следить за давлением. Научусь жить заново».
Голос её был твёрд, но Ольга видела, как дрожат пальцы, сжимающие чашку. Матери было страшно. Впервые за долгие годы по-настоящему одной.
«Я буду приезжать каждый день», пообещала Ольга.
«Не надо», мать покачала головой. «У тебя своя жизнь. Приезжай по выходным хватит».
Ольга знала этот тон. Мать не примет помощи, если решила иначе. Гордость её крест и щит.
Они проговорили ещё час. Обустройство, покупки мать от всего отказывалась. «Не надо, сама справлюсь».
Когда Ольга уходила, мать вдруг схватила её за руку.
«Я всегда хотела, чтобы ты была счастлива», сказала она неожиданно мягко. «Может, твой Игорь прав. Может, вам действительно будет лучше без меня».
Ольга обняла её, вдохнула знакомый запах духов «Красная Москва». Запах детства, безопасности.
«Я люблю тебя, мам», прошептала она. «Я всегда буду рядом».
Мать кивнула, отстранилась. Снова стала прежней строгой, непробиваемой.
«Иди», сказала она. «Не заставляй мужа ждать».
На улице Ольга остановилась, глубоко вдохнула. В груди щемило от боли и вины. Разумом она понимала Игорь прав. Но сердце разрывалось.
Дома муж ждал её с обедом. Накрыл стол, приготовил её любимые драники. Они сели друг напротив друга, как в старые времена.
«Как она?» спросил Игорь.
«Держится», ответила Ольга. «Делает вид, что всё в порядке».
Он кивнул. Ольга посмотрела на него усталого, напряжённого, но всё ещё её. Она протянула руку через стол и коснулась его пальцев.
«Я не знаю, правильно ли мы поступили, тихо сказала она. Но, наверное, у нас не было выбора».
Игорь сжал её ладонь. Никто не заплакал. Просто сидели, чувствуя, как между ними потихоньку возвращается то, что казалось утерянным.
В прихожей молчал телефон. Мать больше не звонила.
