**Личный дневник.**
Я никогда не была подозрительной. Не рылась в телефоне, не устраивала сцен, не искала чужой парфюм на рубашках. Жила на доверии, как на крепком фундаменте. Доверяла слепо, безоглядно, по-дурацки.
И потому в тот роковой вторник, забежав в кафе за водой по пути с работы, с тяжелыми пакетами в руках, я сначала не поверила глазам. У окна, залитый солнцем, сидел мой муж. Дмитрий. Тот самый, который утром целовал меня на прощание, бормоча что-то о срочной командировке в Питер и сложных переговорах.
Первая мысль: «Коллега. Встреча сорвалась, зашли перекусить».
Вторая, уже холодная: «Но он же должен быть в аэропорту»
Третья, ударившая под дых: его рука лежала на её ладони, а лицо светилось тем самым взглядом, который когда-то был только моим.
Звуки кафе растворились. Ноги понесли меня к ним сами, будто по скользкому льду.
Я думала, ты в Питере, сказала я ровно, будто не свой голос.
Он дёрнулся, как от удара. Лицо, секунду назад спокойное, исказилось. Девушка хрупкая блондинка в лаконичном свитере испуганно перевела взгляд с него на меня. По её лицу пробежало понимание.
Аня его голос сорвался. Он вскочил, задев стакан.
Сиди, прозвучало у меня низко, с ледяной яростью. Так командировка или нет?
Тишина повисла густая, как кисель. Девушка сжала губы, уставившись в стол.
Нет, выдавил он. Это не то, что ты подумала
Ясно, перебила я, глядя на неё. Как тебя зовут?
Лера, прошептала она.
Лера, сколько тебе?
Двадцать два
На десять лет младше. Пропасть. Её мир кафе с подругами, мои ипотека, быт и отложенные «на потом» дети.
Давно с моим мужем?
Она растерянно взглянула на него. Он сидел, уставившись в кофе.
Три месяца
Цифра ударила в виски. Именно тогда участились его «командировки» и «корпоративы». Я чувствовала подвох, но гнала мысли: «Это же Дима. Мой Дима».
Встаём. Идём домой. Сейчас, бросила я, хлопнув пакетами о стол.
Он покорно поднялся. Лера схватила сумку:
Я пойду
Сиди. Поговорите позже. Очень обстоятельно.
Мы вышли. В машине молчали. Это молчание било громче крика.
Дома я приказала:
Собирай вещи. У тебя два часа.
Он попытался оправдаться, но слова его были пусты. Я стояла в дверях, смотря, как он механически складывает рубашки. Будто готовится к очередной «командировке».
Я не хотел, чтобы ты узнала так пробормотал он.
А как? В нашей постели?
Я запутался
Я рассмеялась сухо.
Ты три месяца вёл двойную жизнь. Ты уже всё решил.
Когда дверь за ним закрылась, я рухнула на диван и разрыдалась. Восемь лет. Пять из них брак. Общая ипотека, планы, которые он откладывал: «Давай сначала встанем на ноги». И всё в прах. Из-за девчонки, чья жизнь пахла беззаботностью, а не бытом.
Подруга Катя примчалась через полчаса.
Тварь! Где он сейчас?!
Я вылила всё: его ложь, её испуг, своё ледяное спокойствие.
Всякие способны, вздохнула Катя. Особенно когда рядом юная дурочка без забот.
Зачем тогда жениться?!
Они сами не знают, чего хотят.
Я уснула одна в нашей постели. А утром проснулась с новым чувством яростью.
Его сообщения я не читала. Заблокировала номер. Потом нашла Леру в соцсетях: селфи, кафе, спортзал. Жизнь без ипотек и «пора бы ребёнка».
Написала ей: «Давай поговорим».
Она пришла. Без макияжа, испуганная.
Он говорил, вы в разводе что ты тяжело переживаешь
Я усмехнулась.
Мы жили вместе до вчерашнего дня.
Она побледнела.
Боже какой же я дурак
Ты не дурак. Ты просто молодая. А он подлец.
Мы расстались без скандала. Две обманутые.
Через три месяца я встретила Диму у подъезда. Он умолял о втором шансе.
Ты изменился за три месяца? спросила я мягко. Нет. Ты просто соскучился по комфорту. Но это не любовь.
Мы развелись. Квартиру продали, деньги поделили.
Будь счастлива, сказал он у ЗАГСа.
Постарайся не ломать больше чужие жизни.
Я шла по улице и вдруг ощутила лёгкость. Будто сбросила тяжёлый плащ.
Да, было больно. Страшно. Но сквозь боль пробивалось главное я выбрала себя.
Моя история замужества закончилась. Но моя жизнь только начинается.
